Пространство - Джеймс С. А. Кори

в Атерпол на Марсе, понимая, что это центр исследований, второй в системе Сол после Земли, и более благоприятное место для беременности, чем любая из более глубоких станций, за исключением, может быть, Ганимеда. Жизель была в восторге, и Рохи поначалу тоже.

Они пришли в лапшичную, которая была их обычным внесменным местом отдыха. На небольшом помосте сидел молодой человек с невылеченными прыщами и домброй, наигрывая нежную мелодию и не обращая внимания на сидящих за столиками людей. Кит сидел, Рохи сидела напротив него, и они тоже игнорировали музыку.

"Хочешь заказать первой?" сказал Кит, стараясь, чтобы его голос звучал нейтрально.

"Да", - ответил Рохи. Ввод их предпочтений в таблицу и их подтверждение системой заняло не больше минуты. Они сидели в тишине в течение трех минут, пока старый Джандол не вышел с их мисками - лимонная трава и яичный рулет для него, com chiên cá для нее. То, что она заказала одно из своих комфортных блюд, что-то для него значило. Джандол кивнул им обоим, не замечая напряжения или, наоборот, игнорируя его, и вернулся на кухню. Рохи наклонилась над своей миской.

"Ну", - сказал Кит. "Что у тебя на уме?"

"Выслушай меня, хорошо?".

Он кивнул ей.

"Я думаю, нам стоит еще раз рассмотреть возможность отложить контракт".

"Рохи"

"Нет, выслушай меня". Она подождала, пока не убедилась, что он замолчит. "Я знаю, что на Марсе только треть g, но это постоянная треть. Постоянная гравитация очень важна в первые несколько месяцев развития. Его внутреннее ухо все еще формируется. Начинается рост костей. В течение следующего года ему предстоит пройти через множество фундаментальных изменений, и даже если мы будем на одном из быстроходных кораблей, мы все равно будем находиться на плаву в течение нескольких месяцев. Я не хочу, чтобы он вырос с каким-либо из синдромов низкой гравитации. Я не хочу начинать его жизнь с изменения его тела, которое даст ему меньше возможностей в будущем. Нет, если мне это не нужно".

"Я слышу, что вы говорите".

"Я посмотрел на расписание. Есть еще три части команды, которые могли бы занять наше место на "Прейссе". Мы все равно уложимся в сроки, если пересядем на "Наг Хаммади"".

"Предположим, что мы попадем на него", - сказал Кит.

"Я не говорю, что не надо этого делать", - сказал Рохи. "Я не говорю отменить контракт. Я не это имела в виду".

По ее щеке медленно потекла жирная слеза, и она вытерла ее, как будто она предала ее.

Кит сделал глубокий вдох и выдохнул. Когда он заговорил, он говорил осторожно. "Ты плачешь".

"Да. Ну, мне страшно".

"Чего ты боишься?"

Она посмотрела на него недоверчиво. Как будто ответ был очевиден.

Так оно и было, но он решил, что ей все равно важно произнести это вслух.

"Я предлагаю тебе поставить под угрозу свою карьеру", - сказала она. То, что она сказала "твоя карьера", а не "наши карьеры", было всем. Кит думал, что понял динамику их отношений, и теперь он знал, что был прав. Уголки ее рта опустились, и он на мгновение увидел, как она выглядела в детстве, задолго до того, как он встретил ее.

"Хорошо", - сказал он. "Моя очередь?"

Она кивнула.

"Вот первое", - сказал он. "Я не мой отец. И я не ваши матери. Я не собираюсь принимать решения, которые принимали они. Ты и Бакари - мой первый выбор, каждый раз. Я не собираюсь уходить, даже если это означает прервать карьеру".

"Я просто..."

Он взял ее за руку. "Выслушаешь меня?"

Она кивнула. Следующую слезу она проигнорировала.

"Я знаю, что сейчас не самое подходящее время", - сказал он. "Но идеального времени никогда не будет. Всегда будет что-то. Развитие Бакари, или здоровье моей матери, или конференция, на которую мы не сможем вернуться, или что-то еще. Всегда что-то есть".

"Пока Лакония не решит начать еще одну войну, чтобы доказать свою точку зрения. Или инопланетяне убьют нас всех".

"Я не могу контролировать ничего из этого", - сказал Кит. "Все, что я могу сделать, это продолжать вести себя так, как будто вселенная продолжает существовать, и планировать свое будущее в ней. Ньивестад - один к двум g. Это будет тяжело для него, да и для нас тоже. Jacobin-Black Combined Capital - хорошая компания, выполняющая ту работу, которую мы хотим делать, но это не значит, что мы должны это делать. Мы можем разорвать контракт и найти что-то другое. Или мы можем пойти и сделать все, что в наших силах. Если мы поедем, там есть много хороших программ по оказанию помощи детям и младенцам при гравитационных переходах. И я буду вставать, чтобы ходить с тобой в спортзал каждый день, если ты захочешь. Если мы останемся здесь, есть и другая работа. Мы можем заниматься чем угодно. Но мы будем делать это вместе".

Глаза Рохи были красными, и она вытирала слезы салфеткой. "Это глупо".

Кит взял ее за руку. "Ты пугаешься, когда мы говорим о балансе между семьей и работой, и это нормально. Я понимаю это, и я люблю тебя, а поплакать - это просто часть нашего разговора об этом. И ты никогда не осуждаешь меня, когда наступает моя очередь плакать".

"Я просто не хочу все испортить", - сказала она. "А что, если мы испортим все для него?"

Кит погладил ее костяшки большим пальцем, как он делал, когда она не могла заснуть. "Мы все равно испортим. Никто не идеален. Каждый несет в себе что-то, что его родители сделали бы по-другому, если бы знали. Или если бы они были лучшими людьми. Или если бы все было по-другому. Это нормально. Это нормально. Часть того, почему я такой, какой я есть, - это все плохие решения, которые сделали мои мама и папа, и если бы они поступили по-другому, они бы все равно совершили какие-то ошибки, и они стали бы частью меня. Они не были совершенны, и мы не совершенны".

"Но он совершенен", - сказал Рохи. "Бакари - да".

"Он такой, не так ли?"

Они помолчали немного. Вышел Джандол и предложил забрать остатки еды. Когда Кит покачал головой, старик пожал плечами и вернулся на кухню.

В конце концов Рохи перевела дыхание и, вздохнув, наклонилась вперед. Когда она заговорила, ее голос потерял свою жесткость. "Хорошо. Спасибо."

"Не говори "прости"".

"Я и не говорила".

"А ты собирался".

Она улыбнулась, и он увидел, что буря прошла.