Фантастика 2026-140 - Павел Игоревич Хохлов

грязной порванной одежде: совсем еще девчонка, худая, изможденная, одни кости да кожа. Она щурилась, не в силах сообразить, что происходит. — Сейчас мы всех освободим и выведем за ворота. Ты найдешь, где спрятаться? — Девушка молча кивнула. — Там есть еще кто? — Она вновь кивнула.

— Девушки не могут говорить, они сорвали голос, — пояснил Хэлиель герцогу. — Прежде чем запереть их здесь, хозяйка приказала избить всех розгами. Вот они тогда и накричались.

У Арнеса от злости сжались кулаки.

Спасатели открыли двери и выпустили пленниц, за ними — Кассиана. На пороге камеры неизвестного мужчины герцог замешкался, услышав:

— Лорд Айжонский, все эти годы я верил — когда-нибудь вы поймете, что мое место занимает совершенно другой человек!

— Э-э-э, прошу прощения?.. — недоуменно протянул Арнес.

— А я думал, вы пришли спасать мою душу, — грустно произнес мужчина и горько вздохнул.

— Вы мне кого-то напоминаете, но точно сказать не могу. Кто же вы?

— Я — герцог Кадор Энемноген

Глава 31

Арнес Айжонский

Немая сцена длилась несколько секунд, пока Хэлиель не дернул герцога за руку:

— Все вопросы, ваша светлость, придется решать в другом месте. К утру нам нужно быть как можно дальше отсюда. Хозяин — не тот эльф, который простит вторжение в казематы и освобождение пленников.

— Ты прав, — согласился Арнес. — Сейчас не место и не время.

То, что перед ним не давно знакомый герцог Энемноген, он понял сразу. Да, очень похожий, но различия все же имелись, и довольно существенные.

Из тюрьмы выбирались с максимальной осторожностью. Впереди шел Хэлиель, за ним Кассиан, затем освобожденные эльфийки и замыкал колонну герцог Айжонский. До калитки в стене добрались без приключений.

Увидев любимую, Кассиан подскочил к ней и крепко обнял. Валиэль прижалась всем телом к юноше и беззвучно расплакалась. Граф погладил по вздрагивающую девушку по спине и что-то тихо прошептал на ушко.

Станиэль недовольно взглянул на молодую пару, но промолчал, смирившись с действительностью. Ему явно было тяжело видеть дочь в объятиях совершенно постороннего мужчины.

Не выдержав, Арнес положил руку на плечо леснику.

— Не переживайте, она под защитой жениха, и с ней ничего не случится. Они любят друг друга и счастливы, так порадуйтесь за молодых.

Лесник лишь тяжело вздохнул.

***

Беглецы постарались как можно дальше отойти от владений лорда Авилье-старшего. Хэлиель предупредил, что о побеге заключенных узнают довольно быстро: ранним утром в тюрьму приходит паренек и приносит еду сначала для стражников, а вторым заходом — для пленников.

Остановившись на очередной привал, герцог поинтересовался у юных эльфиек, почему они попали в казематы. Девушки молчали недолго, вскоре заговорила наиболее смелая из них.

Удалось выяснить, что Ансиниэль на самом деле не истинная лорда Авилье. Она была его любовницей еще до женитьбы и продолжила ею оставаться после появления супруги. Ей очень хотелось стать графиней и полноправной хозяйкой замка и земель, и она принялась искать способ как притянуть к себе мужчину, чтобы это притяжение все считали любовью истинной пары. Ей повезло: в старинном фолианте нашелся рецепт особой настойки и способ ее приготовления.

Одной из освобожденных девушек и оказалась та травница, которую Ансиниэль попросила приготовить снадобье. Конечно, для чего оно нужно, любовница графа не сообщила. Подумав, что травы, использующиеся при изготовлении настойки, не ядовиты и не опасны, травница согласилась. Она даже не догадывалась, что сочетание вроде бы безобидных ингредиентов приведет к созданию мощнейшего приворотного средства, и тот, кто пьет его регулярно, рискует навсегда потерять светлую часть души. Об этом травница узнала позже, когда заметила, что хозяин стал не просто нервным, а злым и агрессивным. Промолчала Ансиниэль и о том, что дети в таком союзе не рождаются.

— Подождите! А как же две дочери отца? — удивился Кассиан.

— Они тебе не родные. Это сразу понятно при знакомстве, — хмыкнул герцог.

Вспомнив тот момент, когда впервые увидел сестер Авилье, он непроизвольно передернулся. Вели девицы себя слишком чопорно и жеманно, но это не могло скрыть их недалекость и глупость.

— Хорошо, травница помогла приворожить графа. А остальных за что бросили в тюрьму? — продолжил расспросы Кас.

— Мы пришли рассказать хозяину правду про его супругу и дочерей, — ответила одна из двух оставшихся девушек. — За это он велел отправить нас на конюшню, а хозяйка приказала отходить розгами и бросить в камеру.

— А сейчас вы куда пойдете? — озаботился герцог.

— Здесь недалеко есть город, не принадлежащий лорду Авилье. Пока остановимся там и попытаемся подать весточку родным. А дальше — как Всесильный решит.

— Что же, девушки, вот вам несколько рупанов, — Арнес опустил в ладонь эльфийки кошель. — Первое время продержаться должно хватить. И постарайтесь не попасться стражникам лорда.

Естественно, больше пары-тройки золотых он дать не мог. Им самим требовались деньги, чтобы благополучно вернуться в столицу.

Попрощавшись с эльфийками, Айжонский бросил на землю портальный камень, настроенный до города Птуфен на границе с Родуной — ближайшее место, куда хватало мощности портала. От него до столицы империи нужно было добираться еще двое суток.

Остановившись на постоялом дворе, герцог попросил сына хозяина сбегать на рынок и купить для двух потрепанных жизнью мужчин одежду. К тому времени, как юноша принес обновки, беглецы уже покончили с трапезой и, сидя за столом в дальнем от двери углу заведения, вели беседу.

— Кассиан, о твоем разговоре с отцом я знаю, — сообщил Арнес. — Это Китана попросила меня помочь. Она увидела, что иначе Валиэль убьют, а тебе придется жениться на той, на которую укажет Гаскон. Предотвратить непоправимое нам удалось. Надеюсь, теперь у вас все будет в порядке. А вот с вами, герцог, — он повернулся к Энемногену, — непонятная история.

— Честно признаться, мне и самому не до конца все ясно, — развел руками Кадор. — За пятнадцать лет в темнице уже стало казаться, что я вовсе не герцог, это лишь мои больные фантазии. Но родовой перстень-печатка Энемногенов, который возможно снять с главы рода только после смерти, убеждал в обратном. Я надеялся, что игру