Тёмный Хогвартс. Первый курс - ВеенРок

гостиную своего факультета. Когда я вошёл туда, круглое помещение с большим узорчатым камином и множеством кресел и диванов показалась мне довольно уютным местом.

Большинство гриффиндорцев, особенно младших курсов, двинулись сразу по спальням — сытые и усталые. В самой гостиной оставались лишь старшие, что расположились на диванах и глядели на нас заинтересованными взглядами.

— Ну что, добрались? — спросила у нас девушка со значком старосты, — все на месте, или кого-то всё же потеряли?

Мне показалось, что именно этот голос вовремя посоветовал нам выдвинуться из Большого зала.

Я оглядел своих однокурсников и ответил за всех:

— Да, все. Двенадцать человек.

— Отлично. Я Оливия Райли, староста с пятого курса. К сожалению всё, что могу вам сейчас рассказать — это то, что план расположения помещений и расписание занятий находятся на стене у Главного входа. Запомните это и тщательно посмотрите их в понедельник после завтрака. А сейчас я покажу ваши спальни…

— Не торопись так, Оливия, — сказал внезапно голос со стороны старшекурсников, — дай сказать пару слов первачкам.

К нам вышел статный парень с таким же как у Оливии значком.

— Чего тебе, Дилан? — Оливия скрестила руки по бокам, — ты же прекрасно знаешь, что мы не должны ничего им рассказывать.

— Однако, тебе это не помешало крикнуть им в Большом зале, когда мелкие должны были сами додуматься последовать за товарищами с факультета, — парировал некий Дилан, — да и не собираюсь я им давать никаких советов. Назовём это угрозой, — он хмыкнул.

Парень подошёл к нам поближе:

— Значит так, мелочь. Я Дилан Блэр, староста с шестого курса. В следующем году я собираюсь стать старостой школы, и для этого нам необходимо победить в соревновании факультетов. Если же мы проиграем… Я посмотрю, скажем, три нижних имени в списке заработанных за год очков у первого курса, и обеспечу им безлимитный курорт в больничном крыле. Ни к чему не призываю и не советую, — он поднял руки, будто сдаётся, — но посыл вам мой лучше уловить. Смекаете?

Мы закивали подобно болванчикам. И пусть этот парень мне сразу сильно не понравился, но дополнительных проблем на свою голову мне точно сейчас не нужно. Сказал, что будут последствия в следующем году? Да пожалуйста! Доживу до того момента, а там уже будем разбираться.

— Это низко, Дилан, угрожать первокурсникам, — заявила Оливия еще больше нахмурившись, — сам знаешь, каково им придётся, и подливаешь масла в огонь.

Блэр сжал руки в кулаки и направился к Оливии:

— Ты, Райли, что-то многое о себе возомнила. Думаешь, смогла проскользнуть в старосты и стала неприкасаемой?! — он резко, с силой ударил её кулаком по лицу.

Не ожидавшая подобного девушка завалилась назад, стукнувшись спиной о колонну у камина. Но парень и не думал на этом останавливаться.

Наклонившись к закрывающей лицо и стонущей девушке, он снова стал бить её — раз, второй, третий удар приходили в область рук, шеи и груди. Никто и не думал его останавливать.

Дилан поднялся, и несколько раз ударил ногой по животу девушки со словами:

— Больше. Не. Спорь. Со мной, — каждое его слово сопровождалось ударом.

Парень наконец закончил, неспешно сел на одно из свободных кресел и начал рассматривать свои кулаки, поглядывая при этом на нас.

— Всё, первокурсники, по комнатам. Сейчас, — сказал другой староста с рыжими волосами, по всей видимости являющийся братом Рона, Перси. — Девочки вон по той лестнице, в дальнюю дверь справа. Мальчики, за мной, — продолжал он командовать.

Мы с ребятами уже поднимались по лестнице, когда Оливия наконец смогла встать с пола. Обернувшись, я увидел, как она смотрит прямо на меня своим отрешенным взглядом.

Мне стало её по-настоящему жаль, однако, я следом за остальными двинулся в спальню. Не мне вмешиваться в здешние разборки. По крайней мере, не сейчас.

— Вот, располагайтесь, если это слово вообще можно применить в данной ситуации, — сказал Перси, заводя нас в комнату. — Завтрак в девять, до шести утра гриффиндорскую башню не покидать.

Староста спешно закрыл дверь, оставив нас одних в собственной… Спальне?

Комната будто была создана для каких-то аскетов. Четыре голых каменных стены, такой же голый каменный пол с потолком и пара настенных канделябров с магическими свечами. А, ну и наши чемоданы, в количестве шести штук.

— А… Где кровати? — спросил удивлённый Дин. — Или нам на полу спать прикажете?

— Видимо, на полу, — ответил я задумчиво, — можем постелить магловские вещи, чтобы не замёрзнуть. У кого есть?

Как выяснилось, лишь Невилл отправился в школу в мантии — остальные переодевались уже в поезде, так что на своеобразные простыни и подобия одеял одежды хватило всем.

— Ну как вам Хогвартс, ребят? — спросил я остальных, когда все разлеглись.

— Жесть, — ответил Дин. — Я думал, что тут всё совсем иначе… Менее опасно, чтоли.

— Да уж, — поддержал его Симус, — несладко нам здесь придётся.

— Я теперь понимаю слова бабушки: «в Хогвартсе тебе придется стать мужчиной», — сказал вдруг плаксивым голосом Невилл, — не было бы обучение обязательным, бабушка отдала бы меня куда-нибудь ещё, она сама так говорила.

— Но неужели о самой школе вам ничего родственники-волшебники не рассказывали? — вопрошал я.

— Мне ничего, только похожие фразы, — ответил Невилл.

— И мне мать ничего не говорила. Провожала, плакала, но так ничего и не сказала про то, что может меня тут ждать. Хотя сама здесь училась не так давно, — сказал Симус.

— Но почему? — мне это было решительно непонятно, — а тебе, Рон? Говорили что-нибудь? У тебя всё же братья здесь учатся, да и старшие недавно учились.

— Нет, — коротко ответил Рон, после чего отвернулся в другую сторону, закрыв голову своей кофтой.

В подробности я решил не вдаваться, и, снедаемый бесконечной чередой вопросов, уснул.

Этот бесконечно-сумасшедший день, наконец, подошёл к концу.

* * *

POV Рон Уизли.

1 августа 1991 года.

— Ох, — отец Рона схватился за живот, — спасибо, Молли, дорогая. Ужин как всегда выше всяких похвал.

— Не за что, дорогой, — улыбнулась матушка, после чего переключилась на Джинни, — доедай до конца. И так мало кушаешь — совсем тощая растёшь.

— Ну мам, — возмутилась Джинни, — я наелась!

— Вот, хоть в чём-то бери пример с Рона, он, как видишь, всю порцию умял и добавки попросил.

— Мам! — теперь уже возмутился сам Рон, почувствовав обиду от слов матери.

— Он просто…

— Самый способный…

— Поедатель своих ужинов, — сказали в своей манере друг за другом близнецы и засмеялись собственной шутке.

— Так, а ну брысь все спать, раз поели. Вам скоро в школу, а там встают рано, пора отвыкать валяться до самого обеда, —