Степные ястребы - Джек из тени

Бой снова переломился, но цена была чудовищной. Поле перед нами было усеяно не только обгорелыми, дымящимися тушами «Жнецов», но и телами десятков орков, которые не успели отойти. Самая настоящая, кровавая, беспощадная мясорубка. И я был её главным мясником.

* * *

Победа над «Жнецами» была куплена страшной ценой. Воздух был тяжёлым, пропитанным запахом горелого мяса, хитина и орочьей крови. Орки, уцелевшие в этой битве, стояли, тяжело дыша, опираясь на своё оружие. Их ярость сменилась мрачной, опустошённой усталостью. Они смотрели на павших товарищей, и в их глазах не было слёз, только глухая, холодная ненависть, которая стала ещё твёрже, ещё злее. Потери были огромными, почти треть ударного отряда Урсулы осталась лежать на этом проклятом поле.

Но у нас не было времени на скорбь. Враг был сломлен, но не разбит. Из центральных руин, из-за древних мегалитов, доносились крики и лязг оружия. Эльфы, оправившись от первого шока и видя, что их главная ударная сила уничтожена, пытались перегруппироваться, занять оборону в руинах.

— Они не уйдут, — прорычала Урсула, подойдя ко мне. Её лицо было бледным, на щеке алела глубокая царапина, оставленная, видимо, осколком панциря. Но в её глазах снова горел огонь. — Мы не дадим им уйти.

— Они и не собираются, — ответил я, глядя в трубу. — Готовятся к обороне, каждый камень, каждый проход будет ловушкой.

Я видел, как эльфийские маги, уцелевшие после нашего снайперского огня, спешно возводят магические барьеры. Как лучники занимают позиции на вершинах мегалитов. Они были в ловушке, но собирались продать свои жизни как можно дороже.

— Лобовой штурм сейчас будет самоубийством, — констатировал я. — Они ждут нас, мои легионеры и остатки твоих орков увязнут в этих развалинах. Нам нужно сменить тактику.

Я снова посмотрел на карту, на этот лабиринт из древних камней. И решение пришло само, простое, наглое и единственно верное.

— Брунгильда! — крикнул я. — Мне нужны твои ребята. И все гранаты, что у нас остались.

— Что ты задумал, Железный? — спросила Урсула, с подозрением глядя на меня.

— То, чего они точно не ждут. Мы не будем штурмовать их крепость. Мы пройдём сквозь неё.

Пока мои легионеры и остатки орков, вели отвлекающий бой на флангах, не давая эльфам высунуться из руин, я собрал ударный кулак. Два десятка лучших гномов-воинов Брунгильды, закованных в тяжёлую броню, с огромными щитами и короткими, широкими секирами. Два десятка моих самых отчаянных «Ястребов» из штурмовой группы, вооружённых винтовками и гранатами. И я сам.

— Наша задача не ввязываться в затяжные бои, — инструктировал я своих бойцов. — Мы движемся максимально быстро. Гномы впереди «черепахой» пробивают дорогу. Мы за ними, подавляем огневые точки. Цель центральный мегалит, судя по всему, их командный пункт там. Обезглавим змею, и тело умрёт само.

Мы вошли в руины, это был совершенно другой бой. Не открытое поле, а узкие, извилистые проходы между гигантскими, поросшими мхом камнями. Из каждой щели, с каждой развалины в нас летели стрелы. Но они бессильно отскакивали от гномьих щитов, которые, сомкнувшись, образовали почти непробиваемый панцирь.

— Гранату! — кричал я, и один из моих «Ястребов» швырял «карманную артиллерию» за очередной поворот. Взрыв, крики, и мы двигались дальше.

Гномы работали передвижным укреплением, не обращая внимания на стрелы или плетения магов, просто шли вперёд, снося всё на своём пути. Если проход был слишком узок, они расширяли его ударами своих кирок, кроша древние камни. Если из-за угла выскакивал эльф, его просто сметали ударом щита и превращали в отбивную. Если щит разъедало мощное плетение, щитовик тут же менялся со вторым номером, идущий следом. При этом маг тёмных обычно заканчивал свой земной путь с простреленной тушкой.

Мы продвигались медленно, но неотвратимо. Шаг за шагом, коридор за коридором. Эльфы, не ожидавшие такого наглого прорыва в самое сердце их обороны, метались, пытаясь нас остановить. Но их тонкие клинки были бесполезны против гномьей брони, созданной из нового сплава, а наши винтовки не давали им поднять головы.

Наконец, мы вышли на небольшую центральную площадь, в центре которой возвышался самый большой мегалит, испещрённый светящимися рунами. Здесь нас уже ждали, несколько десятков эльфийских гвардейцев, элита из элит, в чёрных, как ночь, доспехах, с длинными двуручными мечами. И впереди них стоял высокий, с аристократически бледным лицом и глазами, полными ледяного презрения командующий обороной.

Он не стал кричать приказы. Просто молча поднял свой меч, и его гвардейцы, как один, шагнули вперёд.

— Держать строй! Ястребы', огонь по флангам!

Началась резня, гномы, сбившись в стального ёжа, приняли на себя удар гвардейцев. Звон стали был таким, что закладывало уши. А мы из-за спин начали методично расстреливать эльфов.

Это было грязно и некрасиво. Винтовки против мечей в ближнем бою. Я видел, как пуля, выпущенная почти в упор, разносит эльфу грудную клетку. Как другой, получив заряд осколков из гранаты, падает, пытаясь собрать руками собственные вывалившиеся кишки.

Эльфийский командир, видя, что его гвардия тает на глазах, с яростным криком бросился на наш строй. Он был невероятно быстр, его меч описывал смертоносные дуги, при этом силы ему было не занимать. Командир гномов выдал короткую команду, наш круговой строй превратился в фалангу, буквально отодвинув тёмных, которых волочили по земле на щитах, перекрыв не слишком широкий проход, где «Ястребы» могли маневрировать.

Эльфийский командир, проявив чудеса гимнастики просто перепрыгнул стену щитов, набросившись на меня. Я отступил, вскидывая винтовку, но не для выстрела, а как дубину, отбивая его удар. У меня не было шансов против него в фехтовальном поединке. Но у меня было то, чего не было у него.

В тот момент, когда он занёс меч для решающего удара, я просто довернул винтовку и нажал на спуск. Выстрел в упор был оглушительным. Его отбросило назад, на груди его великолепного доспеха расплылось огромное кровавое пятно. Он упал на колени, с удивлением глядя на дыру в своей груди, а потом завалился набок.

Его смерть стала последней каплей. Оставшиеся в живых гвардейцы дрогнули и побежали, пытаясь скрыться в руинах. Но мои легионеры и орки, ворвавшиеся на площадь из-за наших спин и с соседних проходов, уже отрезали им все пути к отступлению.

Когда всё стихло, я стоял посреди центральной площади, тяжело дыша. Вокруг лежали десятки тел, наших и чужих. Мы победили, взяли штурмом Каменный Круг. Эта земля, эта святыня, пропитанная кровью её защитников и её осквернителей, теперь принадлежала нам.

Я посмотрел на древние, покрытые рунами мегалиты. Они молчаливо смотрели