Чонса - Ла Рок

— Такое невозможно, сонбэ.

— Хватило духу сознаться, — довольно кивнула скуластым лицом Соха, — поэтому избежала наказания.

Стройная девушка низко поклонилась и благодарит:

— Ка-а-амса хамнида-а!

Затем она спрашивает:

— А как же Ангел?

— Пусть мучается!

Хозяйка хлопает ладонями, поднимая облачко муки.

— Сонбэ-э… — расстроилась ЧинЛи.

— Надумал дерзить и смотрит волком. Сорванец! Никакого воспитания.

— Разве… это он…

— Естественно, — прищурилась Соха. — Голос хриплый, одежда бестолковая! Зачем перчатки, шарф и очки? Выглядит жестянщиком! Насмотрелась на таких, часто они наверх шастают.

— Жестянщик? — удивилась ЧинЛи.

— Те самые, которые на гитарах бренчат и волосами трясут. Ужасная музыка! Патлы накрасили, цепи навешали и скачут дико.

— Сонбэ… наверное металлист?

— А я что сказала?! — рявкнула Соха и ворчит: — Предупреждение хочешь?

У испуганной помощницы отрицательно мотнулась аккуратная головка.

— Знаешь поговорку: «Если нечто выглядит как утка, плавает как утка и крякает как утка»… — Соха внимательно осмотрела растерянную девушку, после чего ей кричит: — Значит, это и есть тощий парень!

— А-а-а… — согласно протянула ЧинЛи и тихо шепчет: — Вот почему лицо без косметики…

— Что, понравился?

— Кто?!

— Этот наглец! Или о другом размечталась?

— Айгу… — ойкнув, ЧинЛи густо зарделась: — Как можно, сонбэ!

— Правильно! Нормальный жених из такого не выйдет, слишком костлявый!

Но помощница удивительно настойчива:

— Всё-таки, Ангел помог мне…

Не желая слушать, хозяйка её перебивает:

— Добрые поступки имеют последствия! Чем раньше поймёт, тем лучше.

— Тётка Соха! — хрипло донеслось из подсобки.

— Иностранец бестолковый, — ворчит Соха, налегая на деревянную скалку. — Только послушай его! Какие могут быть сомнения?

— Никаких, сонбэ… — задумчиво ответила ЧинЛи.

Хозяйка прекратила раскатывать тесто и отряхивает руки:

— Иду уже!

(Тем временем) Кладовка бара «Помятая Креветка».

Оранжевый комбинезон оказался мне по росту, правда, вширь он болтается тряпкой. Залезть в пластиковый жилет сложности не составило, проблемы возникли с застёгиванием многочисленных липучек, но и тут удалось справиться. Проще всего оказалось с обувью, мягкие башмаки укрыли старые кеды.

— Жизнь заставит, и не так раскорячишься… — вяло признаю, задумчиво осматривая длинные рукава на толстых перчатках.

Меня немного тянет назад. Центр тяжести сместился, это дал о себе знать хвост, стоящий торчком.

— Просто обалдеть, — вырвался жалобный стон в бетонный потолок. — Офигеть, дожили! Скафандр есть, могу путешествовать…

Для глупого прикола всё зашло слишком далеко! Соха решила устроить мне весёлую жизнь, что стало понятно минут десять назад, когда моё сильное удивление вызвало довольный смех хозяйки.

Дурацкая тётка должна была сказать: «Ха-ха, шутка!» и определить нормальную работу. Ан, не-е-ет… Она усмехнулась и ушла, напоследок заявив: «Когда оденешься, зови! И не вздумай идти на мою кухню в таком виде!».

Послать их всех нафиг! Далеко и надолго. Желание яростно молотит в голове, вот только отношения с главным работодателем портить не хочу.

Ладненько, я не креветку изображаю, а провожу рекогносцировку, притворившись местным…

— Жителем морским! — зло пыхчу, вытаскивая руку из-под жилета.

Ещё бесит обнаруженная неприятность! На футболке нашлась большая прореха. Где-то мне удалось сильно зацепиться и разорвать ткань… в Пусане, может быть.

— Дурь, лютая! — застёгиваю молнию комбинезона и тяжко выдыхаю: — Фу-ух-х…

В подсобке жарковато, а раньше живот морозило, теперь понятно отчего. Не хочу пупком светить! Значит, мне нужен магазин со шмотками, не вечно же в застёгнутой толстовке шастать.

— Во-о-от… — тянет Соха за спиной, — этот наряд тебе очень подходит.

Мерзопакостная ведьма! Резко оборачиваюсь и угрожающе пыхчу в скуластое лицо. Какое гадство, да она сияет радостью!

— Чего смотришь, — почти хихикает Соха. — Где шлем потерялся?

Бросаю взгляд к последней части костюма, которая осталась на диване. Треугольная фигня из оранжевой ткани удивляет размером и шариками на палочках. Чтобы надеть головной убор, мне придётся снять Фарэры. Но сомневаюсь я, что старая вредина способна выдержать мой убийственный взор.

— Башка в дверь не лезет… — хмуро отвечаю.

— Ох, не только красиво выглядишь, — язвит Соха, — но и умом отличаешься.

Сжимая челюсти, я стараюсь не обращать внимание на скрип зубов.

— Пошли! — Соха отвернулась к дверце в воротах кладовки.

Мы выходим на широкую улицу. У обочины деревья растеряли листву, уходящие вдаль магазины отмечают объявления на тротуаре, погасли сотни рекламных вывесок. Прохладный воздух куснул за нос и пахнет гарью, знакомый смог мегаполиса.

— Слушай сюда! — важно произнесла Соха и указывает вниз по улице: — Вон там метро, пройдись туда, затем обратно. Потом в другую сторону, к набережной реки, там офисные здания, — оборачиваясь, тётка протягивает мне стопку рекламных листовок. — Встречным предлагаешь акцию: большая скидка на комплексный обед. У остановок людей не пропускай, но молодым и подросткам много не раздавай, от них толку нет. Всё ясно?

— Угу…

— Когда буклеты кончатся, возьми на журнальном столике.

— Угу…

— Шлем не забудь, — хмыкнула Соха. — Голову совсем продует!

— Угу, — косолапо отворачиваюсь и пыхчу сквозь зубы: — Пф-ф…

Закончив инструктаж, хозяйка вернулась в кладовку и хлопает дверью.

Хрясь! Мой торчащий хвост зажат, но я успеваю сделать шаг, почти рухнув вниз.

— Су-ук…

— Йа! — гаркнула Соха.

— Твою ж…

— Следи за костюмом! Чистку с ремонтом из оплаты вычту.

Поправляю новую конечность и хмуро отвечаю:

— Хвост мне в диковинку.

— Привыкнешь…

Хлоп! Закрытая дверь отрезала ворчание хозяйки.

— Тысяча чертей! — непривычно щурюсь, сдёрнув Фарэры с законного места.

Внутри проснулась робость, тушка клонит плечи, но я отгоняю накат стеснительности.

— Ничо-ничо, где наша не пропадала… — беспокойно шепчу и нахлобучиваю дурацкую шапку: — Клянусь моей треуголкой!

Скоро я буду на сцене, а там гораздо страшнее под взглядами тысяч глаз. Это я помню…

Недавно страх перед живой аудиторией почти сорвал мою «крышу». Тогда сильно хотелось бежать куда подальше, но меня спасла злость на ведущего. Проблемка заключается в том, что такой способ отключает голову, следовательно, не всегда полезен. Нужно искоренить робость перед зрителями, чем и займусь.

— Помятая креветка, — дрогнул хриплый голос, — большая скидка!

(Немного позже) Где-то в Сеуле.

Двое стражей Республики Корея идут по тротуару, их серые куртки выделяют жёлтые жилеты. Навстречу полицейским спешит оранжевое существо. Видна непропорционально большая голова, чей треугольный верх плывёт над прохожими, там же скачут глаза на палочках. Если присмотреться, можно понять, что плюшевый костюм имитирует гигантскую креветку.

Необычный морской житель заметил полицейских и резко отвернулся, семенящей походкой косолапя по улице. Но с противоположной стороны появился другой патруль в серо-жёлтой форме.

Словно налетев на прозрачную стену, обитатель глубин остановился, затем быстро мотает хвостом, крутясь на месте. Походка «скачущая креветка» ускорилась, но впереди люди разошлись, там снова маячат полицейские.

— Сука-а… — тянет хриплый голос.

Глаза-палочки прыгают, едва успевая за поворотами треугольной головы.