Студент: Долгопа - LikanTrop

в сторону Вовы, что помалкивал и позволял вести разговор мне. О чем мы, собственно, с ним договорились заранее, еще до стрелки прикидывая наши дальнейшие действия в случае успеха, — но знать об этом будем только мы. Так что для всех единственным главным в городе будешь ты, Паша.

— Ахахаха, — Паша тихо и хрипло рассмеялся и даже утер выступившие слезы, — серьезно? Ты думаешь все так просто? Смекай, паря! У Хромого были связи со всеми главным людьми в городе: с ментами, прокурором, председателем, директором рынка, да много с кем. За ним была поддержка московских Воров. Или вы думаете, что пуколки свои достали и с вами люди разговаривать теперь будут? Ахахаха! Ну вы, конечно, фантазеры, — Паша снова негромко рассмеялся, на физиономии его читалась обреченность и превосходство над несмышленышами, что решили голой силой взять на штыки город. Он снова налил себе янтарного напитка и выпил, — и меня тоже слушать никто не будет. Как узнают, что Хромого «того». Что с фурой не порешали тоже. Так сразу и поставят от себя человека на город. Да вон, того же Журика, а мне пинка под зад дадут, отседова и до Магадана. Это я уж молчу, что, если кто стуканет о стрелке мусорам, а кто-то по любому рано или поздно стуканет, еще и менты могут на хвост упасть. Вы просто не сечете в какой блудняк сейчас залезли.

— Согласен. Мое предложение звучит несколько, — я пощелкал пальцами, выбирая слово, — амбициозно и нереалистично. Но это на первый взгляд. Смотри сам, — я принялся загибать пальцы, — о том, что Хромого больше нет, знаем только мы. Для остальных он просто уехал, а куда не сказал. Когда еще это протечет? Хрен его знает, но время у нас точно есть. Это раз, — я загнул первый палец, — все контакты по хозяйственной части ты знаешь, а они знают тебя. Верно? — Паша кивнул с легким удивлением следя за здравыми размышлениями юнца, — когда местные поймут, что Хромого нет, так и так пойдут к тебе. Им не по хер ли кто им башляет? Наоборот, даже лучше будет, что бабки засылать теперь будет не ваш Андрей Павлович. Давай по чесноку: Хромой всем местным после последних косяков поперек горла. Не прав я? — Черный задумался и кивнул:

— Вроде, пока верно базаришь.

— Вот! Давай дальше, — я загнул третий палец, — про фуру. Фура я так понимаю воровская? Что в ней?

— Их. Хрен знает что. Мало ли?

— Срок какой дали ее вернуть?

— В понедельник Журик за ней приедет. И если ее не будет, то все ваши планы по пизде пойдут. Это Вор, Хромой через него связь с Москвой держал. Молодой и дерзкий засранец. Жадный до власти и бабок, с ним вы как со мной хрен убацаете, — Паша презрительно поморщился как будто говорить об этом Журике ему было крайне неприятно.

— Ну так не проблема. Будет твоим Ворам и фура, вместе с товаром, — пожал я плечами, взял стакан и сделал еще один глоток. Ребята сбоку от меня после рюмки водки перешли на французский коньяк. Видимо дорвались до дорогих иностранных напитков. Ладно хоть рюмки не полные наливали и слушали внимательно. С интересом, — итого. Проблема с грузом решаема к сроку. Хромой в отпуске, в Ессентуках.

— Ага. Только отпуск затянется. И возникнут вопросы, — покачал головой Черный, — и чо тогда?

— А тогда, все лучшие люди города и все с чего получал Хромой в Долгопе уже будет завязано на тебе. А у тебя будет целый начальник охраны Ткач, — я кивнул на парня, — с его орлами афганцами. Скажи плохо? Дальше. В общак засылаете же? Значит будешь дальше засылать. Ну и смысл тебя менять Ворам при таких раскладах? Жулики народ рациональный, тебе ли не знать?

— Журик все равно полезет в город. Как почует, что место свободно, сразу и полезет, — поморщился Черный от упоминания молодого Вора, но было видно, что к словам моим он отнесся серьезно и смотреть на меня свысока перестал.

— Ну так это проблема не срочная. Не переживай, — посмотрел я Паше в глаза и с иронией подмигнул, — пусть лезет. Встретим.

— Гладко стелешь, — буркнул мужчина, но сам сидел явно задумчивый от услышанного, — хотя звучит вроде здраво. Только мне какой интерес? Хромой мой кореш старый был, а вы кто?

— А мы твои новые кореша, — хмыкнул я, — интереса тут у тебя два. Жизнь, это раз. Что уже не мало. Ну и конечно бабки и статус. Это сразу два и три. То, что ты не сам по себе, знать будем только мы. Получать ты очевидно будешь куда больше, чем при Хромом. Жить будешь в его доме. Ездить на его дорогой машине. Трахать его баб. Поди плохо?

— Может оно и не плохо. Только думаешь я не догоняю, что вы моей жопой прикрываться будете? — спросил мужик, но все таки кивнул через паузу, — хотя лады, малец. Всему есть своя цена. Банкуй.

— Отлично. Руку жать предлагать не буду, знаю, что у вас это не принято, — криво ухмыльнулся я урке и еще раз подмигнул.

— Странный ты, малец, какой-то. Стелишь как положенец Ерёма в 71 году, когда я на первую ходку заехал в Воркуте.

— А я, Паша, больше на зону не собираюсь, — я слегка помрачнел, вспоминая прошлую жизнь, а потом шутливо добавил, — и тебя туда не пущу и не проси.

Дальше все пошло как по маслу, сперва мы открыли сейф любезно предоставленным Пашей ключом: как я и ожидал, миллионов там мы не нашли. Десять тысяч в марках и долларах и около пятнадцати штук в рублях. Куда важнее документация на кооператив «Афродита», машины и дом. А так же, некоторое количество долговых расписок, с которыми еще предстояло разобраться что делать. Выяснив, что основной курок (тайник) Хромого в «Афродите», посадил Ткача с Пашей и Вовкой разбирать документацию, в конце концов теперь это их делянка. И еще озадачил Черного составлением списка с чего получал в городе Хромой. А сам занялся изучением рабочего стола, надеюсь, уже покойного урки. По словам Черного, тайник был где-то в нем, а именно в одном из выдвижных ящиков. Подробности Паша не знал. К слову, урка