Лучший мистический детектив - Гапарон Гарсаров

— Похоже на продолжение легенды для туристов.

— Конечно, легенда она и есть, — улыбнулся бармен, протягивая мне очередную порцию.

Бар стал заполняться людьми, и бармен занялся своими непосредственными обязанностями. А я стала раздумывать, как мне добираться до замка. Такси, как я понимала, здесь не вызовешь, а тащиться пешком километра два с половиной загруженный скотч не позволял. Раздумывая о создавшейся сложной ситуации, я окончательно расплатилась с барменом и вышла на свежий воздух, проклиная себя, что не обдумала пути отхода.

Снаружи давно стемнело, и, хотя в центре городка было светло от горевших фонарей, асфальтная дорога, ведущая к особняку, утопала в кромешной тьме. «Вот так задачка…» — подумала я, с сомнением оглядывая свои босоножки на шпильке. После недолгого раздумья я сняла их и босиком пошла по дороге. Через несколько минут мимо меня на огромной скорости пронеслась машина. Не успела я удивиться такому явлению, как визжа тормозами, машина остановилась и, развернувшись, подъехала ко мне.

— Господи! Как ты меня напугала! — схватив меня за плечи, словно пытаясь убедиться, что это действительно я, хрипло сказал выскочивший из нее Гордон. — Я целый вечер искал тебя по всему острову! Садись в машину, все тебя ждут к ужину.

Я решила не сообщать, где я конкретно была, ибо и так было видно, а села в машину, раздумывая, как бы отвертеться от ужина. Что-то мне не хотелось, чтобы Линда видела меня в столь «приподнятом» настроении.

— Ну, чем занималась я — понятно, а как прошел ваш день? — подразумевая его и Линду, спросила я.

— Не столь приятно, как твой, — почему-то разозлился Гордон, но вдаваться в подробности не стал. Достала его, видно, Линда до самых печенок.

— Извини, но я не голодна, думаю, лучше мне отправиться спать. Устала я что-то.

Гордон пожал плечами и уговаривать меня не стал.

Поднявшись в свою комнату, я убедилась, что поступила довольно мудро, отказавшись от ужина. В помещении меня стало неудержимо развозить, и я поняла, что пьяна в стельку, не особенно помог даже ледяной душ. Наплевав на всех и вся, я забралась под одеяло и стала сражаться с крутящимися в голове «вертолетиками». Наконец, «вертолетики» пошли на посадку, и я блаженно уснула.

— Да где же эта проклятая дверь?? — чертыхнулась я, нащупав ногой новый пролет ступенек. Кажется, я шла уже целую вечность. Даже темнота, окутавшая меня почти осязаемым покрывалом, после того как, удушливо закоптив, погасла свеча, перестала раздражать. Спичек конечно у меня не было. Да и откуда им взяться, если на мне была только тончайшая шелковая ночная рубашка, карманы в которой дизайнер почему-то не предусмотрел. В голове комариным звоном меня терзала какая-то мысль, которая никак не желала оформиться в нормальные слова. Зато робкий внутренний голос противно ныл всю дорогу:

— Ну что тебе тут нужно? Давай повернем назад? Ведь сама знаешь, ничего хорошего ты тут не найдешь!

— Заткнись, без тебя тошно! — грубо оборвала я его, обхватив себя руками за плечи. Сырой холод подземелья пробирал уже насквозь. Я же точно знаю, что дверь здесь есть, и мне отчаянно нужно туда попасть! Идти вперед можно было только на ощупь. Со вздохом я снова коснулась ладонями ледяных каменных стен. Проход был довольно узким, руками я свободно доставала до противоположных стен, но я чувствовала себя замурованной и была уже недалека от паники. Я слышала шорохи, шепот, вздохи, как будто бестелесные невидимые призраки пытались о чем-то меня предупредить.

Вдруг стены резко оборвались, и я поняла, что вышла в какой-то зал. Темнота немного рассеялась, и я увидела чуть приоткрытую дверь, из которой сочился слабый тусклый свет. Вернее, это была не дверь, а каменная плита, закрывающая вход в следующее помещение и немного повернутая по оси. Я нажала на край плиты, и она послушно стала отъезжать вовнутрь, открывая проход. За дверью была довольно большая мрачная комната. На стенах ее горели факелы, а в дальнем углу спиной ко мне стояла человеческая фигура в черном плаще и накинутом на голову капюшоне. Услышав мои шаги, человек повернулся и подошел ко мне.

— Я ждал тебя! Я знал, что ты придешь! — прошептал он и откинул капюшон.

— Гордон!! — протянула я к нему руки. Я не удивилась, я поняла, что спешила именно к нему. По телу пробежала дрожь возбуждения, а дыхание вдруг стало тяжелым и неровным. Безумное желание огнем охватило меня, и я утонула в его объятиях. Его руки скользили по моей спине, и я чувствовала жар его тела. Его лицо непереносимо медленно склонялось ко мне, но наконец его прохладные губы коснулись моих, и от прокатившегося по моему телу наслаждения я прикрыла глаза.

Но неожиданно мое тело обожгла ледяная волна холода. Вздрогнув, я открыла глаза, и беспредельный ужас захлестнул меня. Прямо перед собой я увидела нестерпимо яркое плещущееся в бездонных глазницах зеленое пламя. Существо оттолкнуло меня, дико захохотав, факела запылали, словно взорвавшиеся звезды, задрожали и с оглушительным грохотом стали трескаться стены. Я заслонилась руками от падающих камней, и меня окатило ледяными брызгами. «Боже, сейчас подземелье зальет водой. Наверх!» — но плита позади глухо захлопнулась.

Я сидела на кровати, обхватив себя руками. Тело мое сотрясала крупная дрожь от пережитого ужаса и холода, и я не могла понять, что происходит. За окном бушевал бешеный шторм. От порыва ветра тяжелая створка окна распахнулась и теперь билась о стену. Открытое окно заливали потоки дождя, а каждые несколько секунд небо раскалывали гигантские молнии. Непрекращающийся ни на минуту грохот грома довершал сюрреалистическую картину. Кое-как закрыв окно и надев халат, я попыталась успокоиться, но приснившийся кошмар смешался с реальностью, и я поняла, что буквально схожу с ума от страха.

Я попыталась включить свет, чтобы разогнать мрак в комнате и в душе, но свет не включался. В панике я стала бешено щелкать выключателем, уже понимая, что сумасшедшая гроза повредила генератор, и электричества нет во всем доме. Темнота шевелилась и подступала ко мне со всех сторон, в углах комнаты клубились какие-то тени, успевая каждый раз спрятаться перед очередной вспышкой. Мне показалось, что я единственная живая душа во всем особняке.

Находиться в комнате стало невыносимо, и я вышла в коридор, надеясь разыскать хоть кого-нибудь и попросить свечу или фонарь. А еще мне требовалось немедленно что-то выпить, и покрепче, чтобы утихомирить совсем разыгравшиеся нервы. Припоминая, что бар находится на противоположной стороне периметра, я стала потихоньку пробираться