Закон вольных сталкеров - Дмитрий Олегович Силлов

– Это плохо, – шумно вздохнул тот, кого скрывала спинка кресла. – Ладно, идите, дальше я сам.

Мои сопровождающие попятились к двери, а кресло довольно шустро развернулось на сто восемьдесят градусов, после чего я увидел ствол штурмового револьвера РШ-12, направленный мне в живот.

– Ты меч-то убери, – сказал хозяин револьвера. – На пол его положи и ногой пни ко мне. Щит можешь оставить, только вряд ли он тебе поможет.

С этим трудно было не согласиться. Револьвер от Тульского конструкторского бюро приборостроения стрелял пулями калибра 12,7 на 55 миллиметров, оставляя в цели дыру, в которую запросто по локоть пролезет рука умелого гинеколога. Соответственно, такую пулю мой щит задержит чуть лучше, чем никак, что совершенно не повлияет ни на проникающую способность той пули, ни на диаметр отверстия в моей тушке.

Потому я не выпендриваясь положил на пол щит, пристроил на него меч и всю эту комбинацию пинком отправил в сторону кресла, не сводя взгляда с его хозяина.

А посмотреть там было на что.

Точнее, на кого…

Во вселенной Кремля, существующей через двести лет после произошедшей там ядерной войны, встречал я таких существ, как осмы. Там считалось, что странное прозвище прилепилось к ним от сокращенного «осьминоги». Но на самом деле аббревиатура ОСМ означала название программы «Оборонные специализированные мутации», созданной еще до войны, полностью перекроившей планету.

У осмов вселенной Кремля была лысая пупырчатая голова, глаза без век и рот с окостеневшими губами, больше похожий на клюв. Конечности у этих порождений биоинженерной мысли невероятно гибкие, длинные, с бляшками, смахивающими на присоски. Тела мутантов, которых я встречал, едва прикрывали лохмотья из одинаковой мешковины, настолько грязной, что определить ее первоначальный цвет не представлялось возможным, ибо жили осмы преимущественно на радиоактивных помойках, питаясь отбросами.

Но это была лишь маскировка!

На деле осмы вселенной Кремля это идеальные убийцы, маскирующиеся под париев, чтобы их не трогали люди и мутанты. В случае опасности эти существа, подобно осьминогам, выстреливают облако черного дыма, а вместо слюны выделяют кислоту, растворяющую органику. Такой плевок, попавший в цель, означает лютую смерть, так как кислота сразу же начинает медленно, но верно пожирать плоть жертвы, проникая все глубже и глубже в ткани. Осмы отлично лазают по стенам благодаря присоскам, чем отдаленно похожи на потолочников, в отличие от которых обладают изощренным разумом.

Во вселенной Кремля осмы имеют свой подземный город в Москве, представляющий собой систему бункеров, которую обслуживают группы разведчиков, бойцов и поставщиков-смертников, готовых на все ради интересов клана.

То, что передо мной в кресле сидит осм, сомнений не было. Но этот вариант мутанта оказался гораздо больше похож на гигантского осьминога. Башка такая же, как у мутов вселенной Кремля, а вот конечностей восемь. Четыре там, где положено быть рукам, и четыре внизу. Туловища, из которого они росли, было почти не видать, ибо щупальца мутанта были очень толстыми у основания, сужаясь к концам… которые оканчивались вполне человеческими стопами и кистями, одна из которых и сжимала револьвер, направленный на меня. Откровенно говоря, так с ходу и не скажешь, какой вариант осма функциональнее – те, что встречались мне в соседней постъядерной вселенной, или же этот…

– Подчиненные зовут меня Босс, – сказал осм. – Ты можешь звать меня Комментатором – до тех пор, пока не станешь моим подчиненным. А теперь рассказывай, кто ты и как тебя занесло в тело Низшего.

* * *

Признаться, я не удивился проницательности Комментатора. Нетрудно догадаться, что с разминочным телом, предназначенным на убой, что-то не так, если это тело множит на ноль двух элитных бойцов подряд.

Ну, я и рассказал. Невелика тайна.

Осм задумчиво почесал клюв мушкой револьвера.

– Занятно, – проговорил он. – Попаданец, значит. Из убежища «Икс».

– Чего? – не понял я.

– А ты не в курсе? – удивился Комментатор. – В Советском Союзе при каждой атомной электростанции существовал свой научно-производственный подземный город, который одновременно мог служить убежищем на случай ядерной войны. Комплекс заводов и лабораторий под Обнинской АЭС, первой в СССР, назывался «Альфа». Под второй, Сибирской, – «Бета». Правда, потом с нумерацией по латинскому алфавиту все перепуталось, потому Чернобыльский комплекс назвали «Икс». А наше убежище до сих пор называют «Зет».

– А оно к какой электростанции подключено? – поинтересовался я.

– А тебе какая разница, Снар? – издевательски прищелкнул клювом Комментатор. – Главное, что мы с коллективом ученых сидим тут под землей живы и относительно здоровы. Работаем, развлекаемся как хотим и никуда себе при этом не дуем.

– Это вон те фрики около сцены ученые? – удивился я.

– Не только, – качнул головой осм. – Производственники, лаборанты, работники пищеблока, уборщики – все, кто сейчас не на вахте. А что они одеты, как ты выразился, словно фрики – так мы за шмот никому не предъявляем. Ходи вне смены в чем хочешь, хоть вообще без штанов, это твое личное дело. Главное, чтоб на работе был в той униформе, какая положена.

– Логично, – кивнул я. – А Низшие – это кто?

– Хороший вопрос. – Комментатор одобрительно ткнул в мою сторону стволом револьвера. – Высшие – это руководители убежища. Я, например. То есть начальство. Средние – это работники. А Низшие – это продукция. Причем если Низший хорошо выполняет свои функции, то может стать Средним. Если его до этого не продадут. Например, Ящер и Примат были Средними, пока ты их не убил.

– Погоди, – наморщил лоб я. – Что значит «Низшие – продукция». И кому их продают?

– Сам еще не понял? – зевнул Комментатор, которому, похоже, поднадоело проводить ликбез. – Убежища всегда работали на военно-промышленный комплекс. Твое родное чернобыльское, например, в основном специализировалось на оживлении трупов с последующим их использованием на поле боя, потому сейчас там у вас частенько шляются мертвяки, вырвавшиеся из подземных лабораторий. А мы всегда выращивали боевых мутантов с нуля – и, как видишь, весьма в этом преуспели. Они и есть Низшие. Выращенные в автоклавах биологические машины для убийства. Ну а Арена – это наш испытательный полигон. Если Низший замочит десяток конкурентов, он или идет на продажу, или переходит в разряд Средних и остается в убежище на должности тестировщика. До тех пор, пока его не замочат. Или не продадут.

– Понятно, – кивнул я. – В случае с Низшими Средний – это скорее почетное звание. По сути, прав среднего звена он не получает.

– Конечно. – Комментатор пожал пучком щупалец. – Но Низшие за шанс получить это звание готовы рвать друг другу глотки, так почему бы нам не подсластить им горькую пилюлю? Тем более бесплатно.

– Кстати об оплате, – сказал я.

Мутант сморщил в гармошку уродливую морду вокруг клюва.

– Слушай, попаданец,