Закон вольных сталкеров - Дмитрий Олегович Силлов

доскам Арены, собирая собственной кожей занозы с плохо оструганных досок, проскользнул между ног монстра, увидел перед лицом кончик хвоста, схватился за него – и рубанул своим наконечником копья!

…Рев Ящера потряс Арену.

Не ожидал мутантище такого от хилого по его меркам противника – и потому расслабился в предвкушении легкой победы. Опасная ошибка, которую допускали многие сильные бойцы, впоследствии за нее жестоко расплачиваясь…

И Ящер не оказался исключением, лишившись впечатляющего жала на кончике хвоста. Теперь из обрубка хлестала зеленая кровь – ну а я ушел от возмездия, вовремя совершив перекат, после чего в то место, где я находился мгновение назад, с треском вонзился огромный меч.

Ящер рубанул со всей дури, не жалея сил. Думаю, попади я под такой удар, двуручник мутанта точно развалил бы меня пополам! Однако вместо этого эффектное, но тяжелое оружие намертво застряло в полу Арены – так, что даже Ящер не смог с первой попытки его выдернуть.

Рванул – ни фига! Только доски затрещали…

Зарычав от ярости, мут дернул меч еще раз, приложив все возможные усилия – и вырвал из пола свое оружие! Но, не рассчитав, попятился назад и чуть не упал, так как попытался опереться на раненый хвост, а это, видимо, оказалось больно…

Понимание, что это мой единственный шанс остаться в живых, пришло, когда я уже летел вперед в прыжке, стоившем мне всех моих физических и душевных сил. Весь я в тот прыжок вложился…

Хотя, точнее, не совсем я.

У меня обычно мозги соображают медленнее, чем срабатывают рефлексы. Вот они меня и подбросили вперед и вверх, заставив одновременно замахнуться обеими руками – и той, в которой был зажат наконечник копья, и той, которая судорожно стиснутыми пальцами сжимала обрубок хвоста мутанта с торчащим из него длинным шипом…

Ящер даже не успел понять, что за тень на него летит. Лучи прожекторов по обыкновению скрестились на нем, и, вероятно, ослепили на мгновение…

Которого для меня оказалось достаточно!

Я прям ладонями ощутил, как наконечник копья и ядовитый шип вонзились в глаза мутанта, с хрустом пробили слезные кости и прошли глубже до упора, пока ребра моих ладоней с размаху не ткнулись в жесткую, бугристую кожу на морде Ящера…

Мут заревел, однако на этот раз в его реве слышались жалобные нотки. Он выпустил рукоять меча, схватился за морду, выдернул из нее оба орудия, которые я туда воткнул, отбросил в стороны…

Надо же, живучий, сволочь, как и любая рептилия! Фиг его знает, на что он способен. Глядишь, еще и регенерировать начнет, глаза себе новые отрастит взамен вытекших…

Допустить этого, разумеется, было нельзя!

Ящер, держась за глазницы, продолжал орать… И это он, конечно, погорячился, ибо и в горе, и в радости пасть лучше держать закрытой во всех смыслах.

Я подхватил с пола двуручный меч противника. Тяжелый, зараза! Но для двух рук терпимо. Особенно если не рубить им, а схватить на манер копья и изо всех сил воткнуть в раззявленный хавальник мутанта!

Ящер булькнул горлом, подавившись собственным криком и тридцатью сантиметрами стали, сделал неуверенный шаг назад, споткнулся, упал на бок и принялся дрыгать ногами. Вроде помирает, при этом судорожно пытаясь выдернуть из пасти собственный меч?

Непонятно…

Потому для полного прояснения ситуации я подошел, взялся за рукоять меча, приподнял его, одновременно поворачивая насаженную на клинок голову мута, – и резко навалился на гарду, насквозь пронзив голову Ящера…

На этот раз оказалось точно все. Мутант еще пару раз дрыгнул ногами – и затих. И вместе с ним притихли зрители, до этого оравшие как стадо зомби, упустивших добычу.

Правда, тишина оказалась недолгой…

Внезапно толпа взорвалась криками такой силы, что динамик над Ареной возмущенно задребезжал от мощных децибел.

– Безымянный! Безымянный! Молодец, Безымянный, ты крут! Слава Безымянному!

Я стоял, опершись на крестовину меча, и отдыхал. Вопли толпы фриков меня мало волновали. Больше беспокоило то, что, скорее всего, местный ведущий шоу вряд ли захочет отдавать мне выигрыш. Проще выпустить против меня еще одного бойца. А лучше двух или трех, чтобы уж наверняка со мной разделаться. В чье-либо благородство я давно не верил, зато прекрасно понимал, как работают мозги у проигравших, которые имеют власть над выигравшими…

Наконец толпа устала голосить, и динамик снова ожил.

– Какая блистательная и неожиданная победа! – заорал он. – Назови свое имя, Низший!

– Сам ты низший, – громко сказал я. После чего сплюнул на доски вязкую слюну и добавил: – Меня зовут Снар.

Свое настоящее имя, а уж тем более громкое прозвище я светить не хотел. Ни к чему это совершенно, тем более что непонятно, куда меня на этот раз забросила судьба. Потому я назвался погонялом, которое прилепилось ко мне во вселенной Кремля – и которым я пользовался иногда, путешествуя по Розе Миров.

– Итак, нашего победителя зовут Сна-а-ар-р-р! – проорал динамик. – Все мы видели, как круто он разделался с непобедимым Ящером! Но ведь мы же не можем оставить зрителей без битвы, которой мы все так ждали, верно?

– Да! Да! Битва должна состояться! – раздались голоса из толпы.

– И она состоится! – воодушевленно проорал динамик. – Все мы собрались здесь, чтобы увидеть бой Ящера и Примата. Но наш великий боец сейчас валяется на Арене с башкой, пронзенной насквозь собственным мечом. Потому вместо него против Примата выступит новая звезда арены по имени Сна-а-ар-р-р!!!

– Круто! Супер! Пусть выступит!!! – поддержала толпа комментатора, в «благородстве» которого я не ошибся.

Но тут он несколько недооценил меня!

– Погодите! – крикнул я, подняв руку, и толпа, после победы мигом признавшая мой авторитет, почти немедленно заткнулась. – А как насчет моего выигрыша в сто монет?

Динамик слегка подвис, размышляя, после чего, найдясь с ответом, хохотнул:

– А зачем тебе деньги на Арене, Снар? Если ты выиграешь бой с Приматом, получишь десять тысяч, главный приз этого вечера.

– Мне нужны оружие и защита, которые я могу купить на выигранные деньги! – крикнул я.

Объективно я сейчас тянул время, ибо после боя с Ящером подустал: даже краткосрочное рубилово на пределе возможностей организма изрядно выматывает, любой боксер не даст соврать. А уж когда бьешься реальным оружием и ставка – собственная жизнь, так тем более…

Но мой трюк удался.

– Он прав! – раздался голос из толпы. – Пусть купит себе то, что просит!

– Да, пусть купит! – поддержал крикнувшего второй голос. – Так будет интереснее!

– Справедливо, – недовольно кашлянул динамик. И, возвысив голос, проорал: – Эй, там, кто-нибудь! Вынесите то, что можно купить здесь на сто монет! Но учти, Снар, у нас здесь клубные цены, и вряд ли ты приобретешь тут супероружие,