Кодекс Магических Зверей 6 - Павел Шимуро

В этот момент из-за обольстителя показалась золотистая морда. Люмин прижал уши и прислал по нити обиженный образ: я, грядка и нож. Смысл этой картинки считался без труда: «Опять режешь зелень без меня!».

— Любуйся со стороны, — отозвался я. — Этот лист не вкусный.

Зайцелоп фыркнул и ускакал к колодцу, возле которого дремал Крох. Усевшись рядом с ним, насупился и прислал ещё один образ: голодный, брошенный зайцелоп. Я слегка улыбнулся его драме и срезал шесть нижних листьев.

Зайдя в лабораторию, сказал Элиану, чтобы не обращал на меня внимания и принялся за работу.

Толочь росянку оказалось непростым занятием. Молочно-белая мякоть пружинила под пестиком и неохотно выпускала густой сок, оседавший на стенках ступки.

Вскипятив воду, я соскреб со стенок получившуюся кашицу и, добавив её в котелок, подвесил его над углями. Жидкость почти сразу окрасилась в нежный сливочный оттенок.

Через пять минут процедил зелье сквозь ткань в склянку.

[Получено: Зелье «Быстрая Росянка»]

Взяв наполненную ёмкость, вернулся в главный зал и поставил её на стол.

— Теперь добавим перчинки, — сказал я и пододвинул к себе всю аптечку.

Накрывая каждую склянку по очереди ладонью, начал медленно вливать ману.

[Прирост эффективности: +20 %]

Отлично. Аккуратно сложив в ранец одиннадцать подготовленных ёмкостей с лекарствами, а также иголку, нитки полуночной паучихи и жидкий герметик, оставил его на видном месте, чтобы утром не искать спросонья, и вернулся в лабораторию к Элиану. Парень склонился над очередной этикеткой, старательно выводя каждую букву.

— Не уснул? — с улыбкой спросил я.

— Куда там, — он поднял голову и потянулся. — Я почти закончил, дальше займусь кормом.

— Отлично. На завтра есть особое задание — сделай десять этикеток для нового зелья.

— Какого?

— Запиши: «Зелье Быстрая Росянка. Дата изготовления. Назначение: нейтрализация магических и природных токсинов в течение 1–3 минут после приёма. Способ применения: влить в пасть зверя, удерживая голову. Применять однократно».

Элиан записал на чистой полоске ткани.

— Меня завтра не будет, — добавил я. — И, скорее всего, ещё несколько дней.

Перо замерло на весу. Элиан осторожно опустил его на край чернильницы.

— Неужели ты снова пойдёшь…

— Нет, в Лес я пока не собираюсь, — я отмахнулся. — Меня пригласили в качестве целителя от Ассоциации на Имперский турнир, так что возвращаться я буду поздно, когда твой рабочий день уже закончится.

На лице парня по очереди промелькнуло удивление и гордость.

— В принципе, для тебя ничего не изменится, — продолжил я. — Приходи в лавку как обычно и спокойно работай, вечерами буду проверять. Дяде помогать не нужно, но, пожалуйста, проследи, чтобы он не таскал тяжести.

— Хорошо, — Элиан серьёзно кивнул. — Ты там… будь осторожнее, ладно?

— Я целитель, а не боец, — я махнул рукой. — Самое страшное, что мне грозит — это разъярённый зверь, который не поймет, что бой окончен.

Когда рабочий день Элиана подошёл к концу, я заплатил парню тридцать пять медных марок и проводил его до двери. Астик устроился на плече хозяина и на прощание качнул одним из хвостов, мол, до встречи, целитель.

Пока занимался домашними делами, пришел посыльный от Миры, и я отдал ему сорок порций в обмен на девять серебряных марок. Судя по всему, мужчина куда-то торопился: не проверив количество корма, он схватил мешок и поспешно скрылся за поворотом.

Не имея ни малейшего желания выяснять, что у него случилось, я закрыл дверь и отправился на кухню. Дойдя до проёма, увидел Ларка, сидящего за столом.

— Садись, племяш, — он указал на табурет напротив. — Поговорим.

Я разложил разогретую еду по тарелкам, разлил чай и опустился на свободное место.

— Ты сегодня весь день носишься, как заведённый, — начал Ларк, берясь за ложку. — Выкладывай, что происходит.

— Ты наблюдательный, — хмыкнул я.

— Мне делать нечего, оттого и подмечаю мелочи, — он усмехнулся и потянулся к кружке.

— С завтрашнего дня начнется Имперский турнир, — сообщил я. — И я приму в нём участие в качестве целителя от Ассоциации.

Кружка в руке Ларка замерла на полпути ко рту. Дядя медленно поставил её на стол и внимательно посмотрел на меня.

— Племяш, — он почесал бороду, и в его глазах блеснуло искреннее удивление. — Ты ведь понимаешь, что туда кого попало не зовут?

— Разумеется, — произнёс я, дуя на еду в ложке.

— Ничего ты не понимаешь, — он фыркнул, но без злости.

— А что мне делать? Прыгать от счастья? — спросил я.

— Гордиться! — буркнул Ларк. — Родители… — он прервался, кашлянув в кулак. — Они бы порадовались.

Я отпил чай и вдруг почувствовал, что к моей ноге под столом прижался тёплый пушистый бок. Кинув взгляд вниз, увидел Кроха, который улёгся и закрыл глаза.

— Спасибо, Ларк.

— Не благодари. Я тебе не наставник, а родной дядька, и имею полное право говорить очевидное.

Мы ненадолго замолчали. На улице кто-то ругался, расплёскивая воду по мостовой.

— Ты обо мне не думай, — Ларк сделал глоток. — Ходить уже могу, ем за двоих, да и Элиан под боком. Завтра вот планирую до Борка дойти, жратвы какой-нибудь прикупить, а то скоро будет шаром покати.

— Держи на расходы, — произнёс я, выложив на стол серебряную марку, — тут хватит надолго.

— Ты за кого меня держишь? — дядя нахмурился, тыча рукой на монету. — Я что, по-твоему, еды в дом купить не в состоянии?

— Да я ничего такого и не думал, — я примирительно поднял руки. — Просто откуда у тебя деньги? Ты ведь в таверну так и не возвращался.

— И то верно… — проворчал он, понимая, что зря вспылил. — Но ты не переживай, у меня всегда с собой припрятано немного на всякий случай, так что на еду точно хватит.

Доедали мы в тишине. Закончив, дядя поднялся, опираясь на край стола, и неспешно зашаркал к выходу из кухни. У двери он остановился, и, не оборачиваясь, произнёс:

— Эйден.

— Да?

— Ты там… береги себя, — тихо бросил он. — И помни, что ты целитель, а не герой.

— Запомню.

Он постучал костяшками по дверному косяку и ушёл.

Утро встретило меня прохладой и мокрым носом, ткнувшимся в щёку.

— Доброе утро, ушастый.

Люмин прислал по нити требовательную картинку: пустая миска и заботливый хозяин, бегущий её наполнять.

— Ну ты наглец, — сонно буркнул я, потягиваясь.

Умылся холодной водой, натянул чистую рубаху и покормил зверей. Смастерив себе пару бутербродов из хлеба и сала, на ходу съел один, а второй завернул в тряпицу и спрятал в ранец на всякий случай. Туда же отправилась и наполненная водой фляга.

Опустившись на корточки перед мохнатыми, провёл ладонями по их холкам.

— Слушайте сюда, — тихо сказал я. — Меня не будет до вечера, так что ведите