Барон особого назначения. Том 4 - Евгений Щурский

— Каким образом? — признаться, мне не хотелось лезть в политические игры региона, но и терпеть зажравшегося ублюдка у руля родного Каменска желания не было совершенно.

— Это совсем несложно… — заговорчески прошептала Егорова.

Глава 5

Где-то убыло

Я ехал домой в полной уверенности, что поступаю правильно. Говорили мы с Егоровой долго и обстоятельно.

Выходило так, что мэр, и раньше-то не шибко чистый на руку, воспользовался ситуацией и грёб почти все бюджетные деньги в личный карман, ссылаясь на отток горожан, проделки мародёров и прочие неприятности. В общем, бюджет он осваивал семимильными шагами, но сделать ему никто ничего не мог.

Бюджет полиции был урезан в первую очередь, за ним перекрыли краник и местному отделению ГУЗНА. В Екатеринбурге всё обещали разобраться, прислать комиссию, но будто бы был кто-то, кто покрывал это всё дело сверху. Да и неудивительно подобное в целом-то — слишком уж самоуверенно вёл себя мэр на нашей первой встрече. Я бы даже сказал, нагло.

В общем, план был простой, как пробка — побеседовать с начальником полиции и попробовать его уговорить на рисковую операцию: собрать кучу жителей в одном месте, положить мне в карман «связыша» и отправить на переговоры с мэром, по возможности выбив из него как можно больше компрометирующей информации.

Куча свидетелей, моё слово, как аристократа — и ублюдку некуда будет деться. Временно исполняющей обязанности мэра станет Егорова, клятвенно пообещавшая мне первым делом решить вопрос с «отводом земли под хозяйственное и обороно-служебное устройство», причём не просто на условиях аренды, а с возможностью последующего выкупа, в случае подтверждения позитивного влияния на экономику города.

Прикинув все за и против, я согласился — вариант просто дать взятку я не рассматривал, а на длительное противостояние с зажравшимся вельможей времени у меня не было совершенно.

Знакомство с Павлом Анатольевичем Парамоновым, начальником местной полиции, прошло не шибко гладко. Закостенелый майор, совсем уж близкий к пенсии, хоть и ненавидел мэра всей душой, больше всего боялся потерять работу и не иметь возможности содержать детишек, да внуков.

Пришлось предложить ему взятку. Точнее, условие: если его уволят по моей милости — с меня половина миллиона. Я не обеднею, а мужику до конца жизни хватит, и внукам останется. Разумеется, если план проходит как надо и все получают по заслугам, ни о какой компенсации не будет и речи. В общем, всем это пойдёт на пользу.

Я остановил машину у ворот имения и расплылся в улыбке. Вернули-таки на место, голубчики! И даже не погнули почти, разве что покрасить заново…

Райдена я обнаружил неподалёку, он сидел на макушке одной из елей и пристально наблюдал за шумной перепалкой, местом действия которой стала площадка перед моим домом.

— Да я вас на лоскуты пообдираю, черти поганые! — грозился один из ремесленников — плечистый детина под два метра в высоту. Он крепко держал за шиворот одного из представителей группы теперь уже бывших мародёров.

— А ну, поставь Карася! — несмотря на то, что Петруха Перун был на голову ниже и буквально дышал бугаю в грудь, держался он весьма уверенно. — Не то поджарю тебя, как сраную селёдку, деревенщина поганая!

— Это кто тут с деревни, сука!

— Да в принципе все! О, командир!

— Ну, — выдохнул я, подходя поближе к притихшей кучке балагуров, — что у вас тут стряслось?

— Так это, командир, — Петруха мигом потерял спесь, но при этом держался ровно, не сказать, что с испугом, — Дело так было…

— Давай-давай, расскажи! — подначил его Боровичок.

— А я и рассказываю! Так вот, господин барон, дело было так: прибыли мы, значится, на место. Сразу ворота поставили… Видали ворота?

— Ага, — задумчиво кивнул я, — покрасить надо будет.

— Сделаем, господин барон, — продолжил Петруха. — Ну, приехали мы, значится, барахло ваше, в смысле, позаимствованные вещи личного пользования выгружать. А эти уже тут, что-то делают, строят… Вы-то нас предупредили, что они тут будут, а супостатам этим про нас-то неведомо ничего!

— Занятно, — я окинул взглядом чуть помятых бойцов с обеих сторон. — Дальше-то что?

— Что-что! — вмешался Боровичок. — Уж простите, ваше сияйство, за грубость, но я прихожу и спрашиваю, прямым текстом: «Хули вы тут забыли, черти?», а они мне «Не твоё собачье дело!» и вот так вот, слово за слово, ху… кхм! В общем, туда-сюда, и мы лица друг другу бить начали!

— А чего перестали?

— Так они это… Ваньке Грозному нос в голову затолкали, тот замертво прям тут и рухнул!

— Да ну на… — начал было я, судорожно выискивая труп глазами.

— Не-не-не! — вмешался Петруха. — Карась у нас лекарь, хоть и начинающий! Сразу всё поправил!

— А ругались то почему? — я устало потёр виски, пытаясь найти хоть одну крупицу здравого смысла в этом балагане.

— Разрешите слово взять, господин Барон? — с заднего зрительского ряда показалась худая рука. — Ванька Грозный это!

— Валяй, — выдохнул я.

— Тут оно какое дело, ваше бродие, нос-то этот супостат мне почнил, только вот что наделал! — мужик с длинными чёрными волосами, собранными в тугой пучок, повернулся ко мне в профиль, показывая на причину конфликта.

— Нос как нос, — пожал я плечами, — нормальный, аккуратный…

— Вот именно, ваше бродие! — гневно воскликнул Ванька. — Был у меня нос крутой… В двух местах переломанный, горбатый! Грозным меня потому-то и прозвали! А счас чего⁈ Ванька Красивый? Симпатяга? Может, мне сразу в мужеложцы податься?

— Так, — я медленно выдохнул, закончив считать до десяти. — Группа Петрухи сейчас идёт разгружать мои вещи. Ремонтная бригада вставляет окна, налаживает отопление и свет. После заката мы собираемся, обсуждаем эту ситуацию, делаем выводы. А пока… Если хоть посмотрите косо друг на друга, я лично каждому сделаю нос, как у Ваньки Грозного, причём до чудесного вмешательства Карася! Всем ясно? Ну тогда вперёд, и чтоб никаких пакостей ближнему своему! С каждого спрошу!

Дважды повторять не пришлось — обе команды притихли и пошли заниматься своими делами. Закончив заносить внутрь мебель и прочие награбленные мной вещи, команда Перуна отпросилась до вечера, чтобы лишний раз не маячить перед всё ещё обиженными ремонтниками. Да и цель у них была благая — по максимуму вернуть все незаконно присвоенные вещи в дома