Барон особого назначения. Том 4 - Евгений Щурский

— Смир-р-р-но! — по-военному рявкнул Перун, останавливая своё незатейливое воинство. — Приветствуем командира!

— Здравствуйте! Доброе утро! Моё почтение! — вразнобой прокричали бойцы.

— Вольно, — махнул я рукой. — Сморю, у вас тут физподготовка полным ходом?

— Есть такое, — гордо улыбнулся Петруха. — Раз уж становимся на путь истины, буду прививать дисциплину «от» и «до».

— Похвальная инициатива, — проговорил я, внимательно оглядывая чумазых охламонов в лохмотьях. Нет… Так дело не пойдёт.

— На-ка, — я достал из кольца-хранилища пару тысячерублёвых купюр и протянул командиру этой шайки. — Прикупи бойцам одёжку. Пару комплектов парадной, пару спортивной. Обувь, предметы личной гигиены. К цирюльнику всех загони. Раз уж претендуете на гвардию, надо хоть отдалённо на неё быть похожей. И еды на неделю возьмите. Кстати… Есть тут у вас кулинары?

— Благодарю, вас, господин барон! — Перун принял от меня деньги, ловко спрятав их в нагрудный карман куртки. — Сделаем в лучшем виде. А что до кулинаров… — мужик горько вздохнул, — таких у нас нет, к сожалению. Все как один… Рукожопы.

Это было не очень хорошо: сегодня, может, завтра, появится Василий, а с ним ещё с полтора десятка людей. А это значит, что всю эту ораву нужно будет как-то поставить на довольствие. Бедный Василий просто физически не потянет кормить тридцать человек в одного, а следовательно, ему нужен будет помощник. А лучше два.

— Значит, — сказал я, — надо вам пообщаться с местными, завербовать для нас парочку помощников повара. Виртуозы нам не нужны, но должны знать, с какой стороны за нож держаться и соль от перца отличать. Справитесь?

— Репутация у нас не очень-с… — Петруха виновато почесал затылок. — Не будут нам местные рады-то… Но я постараюсь уговорить Боровичка. Этот-то будет только рад кого-нибудь из знакомых нам сбагрить.

— Пусть так, — кивнул я. — Только проследи, чтоб руки были на месте. Готовить пока будете на моей кухне, тут уж ничего не поделаешь. Как решу вопрос с землями, построим отдельную столовую.

— Столовая — это хорошо! — крикнул из строя Карась.

— А ну, разговорчики! — рявкнул Перун. — Давайте-ка ещё кружок без меня, аппетит нагуляете заодно! А потом в город, людей из вас делать будем!

Как только строй новобранцев скрылся за поворотом, я посмотрел на Петруху.

— Надо ещё чего? — спросил я его.

— Вы и так дали нам больше, чем мы могли себе представить, господин барон…

— Ну, хорошо. Я поехал, утром куча дел. Кстати, в город вам лучше выбраться после обеда. Говорят, в первой половине дня будет неспокойно. Что делать будете?

— Так есть чего, командир: остатки вещей по домам развезём!

— И хорошо, бывай.

Я пожал руку Петрухи и уже собрался было уходить, как вспомнил, что совсем забыл предупредить.

— Кстати, — сказал я, развернувшись вполоборота. — Сегодня-завтра должны приехать мои люди. Немцов, госпожа Бóбру и ещё с дюжину человек сверху. Предупреди своих и Боровичку тоже передай, пусть встретят их нормально, и чтоб никто никого по лицу не бил.

— Будет сделано! — ответил Петруха, провожая взглядом свой отряд, заходящий на следующий круг.

Неспешно пройдясь по аллее, я подошёл к воротам. Надо же, успели покрасить! И даже не сказать, что плохо… Нормально!

До, надеюсь, последней встречи с мэром оставалось порядочно времени, так что я решил позволить себе провести его с пользой: найти более-менее живую забегаловку и хорошенько позавтракать, а то при одной только мысли, связанной с сухпайками, меня начинало заметно подташнивать.

Глава 6

Власть народу

Единственным местом, где в Каменске-Уральском подавали еду, оказалась уютное заведеньице под названием «Танюша». Посетителей было немного, человек шесть, и они не отличались большой дружелюбностью, молча провожая меня взглядом.

Хозяйка заведения была пышной дамой в самом расцвете лет. Если твёрдые сорок годков могут так называться, конечно. Впрочем, несмотря на усталый вид, встретила она меня весьма радушно, вот только меню не блистало разнообразием.

Получив свою порцию каши с оладьями и не самый вкусный компот, я принялся всё это дело поглощать. Признаться, даже столь незамысловатая кухня пришлась мне по душе: всё лучше, чем давиться консервами.

— Ну, за Толика, мир его праху! — с соседнего столика за моей спиной донёсся звонкий мужской голос.

— Будем, — ответил ему собутыльник. Следом раздался характерный звон бьющихся друг о друга стопок.

— Хороший был мужик.

— Ага… И угораздило ведь!

— Да не бои́сь! Все там будем!

— И то верно…

— Ладно, чего нос повесил… Слыхал, Петрович всех к участку созывает?

— Нет… А что там?

— Та хрен его знает, Миклуха. Говорит, объявление делать будет!

— И чего такого важного в этой глуши объявлять? Никак по Толику плакаться собрался?

— Это уж вряд ли! Толика он не любил.

— Ну, делать-то всё равно нечего, пойдём?

— Пойдём… Только это… Ещё по одной накатим!

Интересно… По народу уже вовсю молва ходит, мол, пожалуйте на собрание. Остаётся лишь надеяться, что до мэра эта информация не доберётся. Сиялов — та ещё гадюка. Хитрый… Если заподозрит хоть что-то, начнёт осторожничать. И либо вообще взятку не возьмёт, либо ничего лишнего не ляпнет. Меня не устраивали оба варианта.

Наскоро поев, я отправился прямиком в местное отделение Имперского. Здешний банк выглядел гораздо скромнее того же отделения в Печоре. Видать, и у него были трудные времена. Зато менеджер, едва меня завидев, просиял так, будто он — выживший на необитаемом острове, а я — случайный корабль, причаливший к берегу.

Обслужили меня по высшему разряду, без лишних вопросов выдав мне пару чековых бланков для крупных сумм. Наличных в таких объёмах у них не оказалось, да оно и к лучшему — не придётся возвращаться, обратно на счёт класть.

Попрощавшись со счастливым управленцем, я направился прямиком к шефу полиции. Вручил ему второго «Связыша» и обрисовал примерный план действий. Народу возле участка собралось с полсотни, не меньше. Более чем достаточно.

До здания мэрии идти было недалеко, я и не заметил, как прошёл эти три квартала. К моему удивлению, на душе было легко: никаких угрызений совести по поводу грядущего обмана я не испытывал. За время общения с местными я уже сполна убедился: Сиялову край, как нужно посидеть за решёткой лет так двадцать, а то и вовсе на эшафот сходить.