Укротитель Драконов 4 - Ярослав Мечников

Запах шёл странный — что-то среднее между гарью и падалью.

Сглотнул и отвернулся.

— Еда? — спросил я, обернувшись к Кар-Роху.

Сам не знал, зачем спросил. Может, чтобы услышать свой голос и убедиться, что он ещё есть. А может, и в шутку с прицелом на правду. Драконам нужно есть. Силы у них в полёте уходят больше, чем в человеке за неделю. А они к тому же еще и стихию свою использовали.

Дрейк качнул шеей. По нити пришло коротко.

«Кар-Рох не ест. Плохое мясо. Холодное внутри.»

— Понял. Можно было догадаться.

Усмехнулся, но вышло криво.

Запрокинул голову. Серое небо лежало низко. Снег сыпал крупными хлопьями.

— Кар-Рох. Нужно идти.

«Аррен бесстрашный.»

— Или глупый.

Сказал и сам услышал, как голос у меня снова сел. Дрейк повёл мордой вверх и тут же сильно встряхнул головой, мотнул из стороны в сторону, будто стряхивал с морды муху. Топнул передней лапой о камень.

Я развернулся к расщелине.

— Наверх, Кар-Рох. Их тут больше нет. Я знаю.

Знал это потому, что вспомнил старого псаря в бараке. Тот говорил вполголоса, как все говорили о таких вещах: ходят по двое, по трое, четвёркой почти никогда. Значит, путь чистый.

Может быть, чистый.

Кар-Рох постоял за моей спиной ещё несколько секунд. Я чувствовал его дыхание у затылка. Потом услышал тяжёлый удар крыльев, и поток воздуха толкнул меня в спину. Дрейк поднялся.

Пошёл я по расщелине медленно, заглядывая в боковые трещины так же внимательно, как и в первый раз. Доверять тут нечему. Дошёл до того места, где лежал первый, тот, которому я разбил голову камнем.

Он ещё дёргался.

Тело лежало боком у стены, в той позе, в какой завалилось. Шея согнута неправильно, голова свёрнута, но тонкие ноги перебирали в воздухе, скребли когтями о камень, и долговяз каждые несколько секунд бился черепом о скалу с глухим стуком. Глаза без зрачков смотрели мимо меня. Я не знал, видит ли он меня вообще.

Прошёл мимо, не задерживаясь. Сил добивать не было, и не моё это дело.

Шёл дальше. Дыхание сбивалось, а в груди тянуло. Та сила, что Кар-Рох мне налил, уходила теперь окончательно, и каждый шаг становился тяжелее предыдущего. Ноги несли по привычке.

На середине второй половины ущелья, я остановился. В углублении стены, прямо под нависающим карнизом, из трещины тянулось наружу что-то знакомое. Присел на корточки, тяжело, придерживаясь рукой о холодный камень и наклонился ближе.

Узловатый корень с бурой кожицей, тёмная зелень мелких листьев у основания. Я этот рисунок знал — кормил им Сухаря в пещере.

Мглокорень.

Странно. Я был уверен, что мглокорень растёт только во Мгле, в самой Пелене или у её кромки. А этот сидел тут, в сухой расщелине, метров на пятьдесят выше Мглы.

[РАСТЕНИЕ: схоже с мглокорнем]

[Тип: предшественник]

[Примечание: становится мглокорнем после длительного нахождения в Пелене]

[Текущая форма: пищевая ценность для теневых дрейков сохранена]

[Регенерационный эффект: отсутствует]

Значит, не мглокорень ещё. Заготовка, что ли. Чтобы корень стал тем, что лечило Сухаря, ему надо много времени просидеть во Мгле, а пока что это просто еда. Без той силы, что нужна теневому, чтобы заращивать перебитое крыло.

Постоял над этой мыслью. Лечения зверю не дам, но накормить смогу. У голодного зверя силы все уйдут на то, чтобы не сдохнуть, а тут я хотя бы дам ему калории. Это уже что-то.

Подлез под карниз. Ладонью отгрёб с корня мелкий щебень и снег. Корень сидел крепко и упирался в камень. Я взял пальцами у основания и потянул осторожно, не дёргая. Чувствовал, как он поддаётся, как тянется живая жила из расщелины. Пошёл целиком — размером с мою ладонь и тонкими отростками на конце.

Осмотрел. Кожица не повреждена, листья на месте. Хорошо.

Сунул за пазуху, под куртку, в нагрудный карман на подкладке. Там не помнётся и не вывалится.

Поднялся. Ноги повело, я переждал, упершись плечом в стену. Пошёл дальше.

До выхода добрался без приключений. Расщелина закончилась, передо мной открылась широкая ровная площадка между скал. Не такая, как первая, где мы садились. Эта тянулась на километр вперёд и в стороны, окаймлённая со всех сторон тёмными гребнями. Снег шёл крупный, валил полосами, видимость падала.

Запах Мглы ловил уже отчётливо. Шёл откуда-то спереди, тот самый горьковатый с золой и кислинкой. Если Мгла прямо, значит, к Сухарю мне прямо и налево. Так я прикидывал по тому, откуда вернулся Кар-Рох когда нашел разлом. Он был как раз прямо во Мгле.

Пошёл вдоль скалы. Ветер бил в лицо, гнал снежную крупу по площадке. Куртка спереди уже стояла колом от налипшего снега.

Кар-Рох опустился рядом тяжёлым ударом крыльев. Снег вокруг взметнуло столбом. Дрейк пошёл со мной шагом, держался на пару шагов сбоку, чтобы не задевать крылом.

И тут в небе закричал Искра.

Я поднял голову. Грозовой шёл низко, на снижение, мягкими широкими кругами. Выбрал место шагах в десяти от нас и сел. Крылья сложил почти беззвучно.

Я двинулся к нему. Кар-Рох шёл рядом.

Остановились в шаге от грозового. Кар-Рох наклонил шею и издал короткий низкий звук, в котором я расслышал вопрос. Так спрашивают «ну как».

Искра опустил голову. Помотал из стороны в сторону медленно. Потом поднял её высоко, на полный размах шеи, и прорычал что-то длинное, с переливом в конце. За рыком пошёл тонкий сухой треск, будто кто-то ломал мелкие сухие веточки.

Кар-Рох зарычал недовольно, грудью и повернул ко мне голову.

Я в этот момент уже смотрел Искре в глаза. И увидел в них то, что узнаётся сразу, если человек или зверь не пытается это скрыть: вину и досаду.

«Одна ушла, Аррен.»

Молчал я секунду. Значит, одну он не догнал. Сейчас эта виверна летит обратно к и тащит за собой направление, по которому Бычья Шея пустит людей. Это плохо, но это уже случилось.

Подошёл к Искре. Поднял руку, остановил её на секунду, давая дракону увидеть жест. Положил ладонь между его глаз, в ту тёплую впадину у начала гребня.

— Кар-Рох, — сказал по нити, не глядя на каменного. — Грозовой сделал, что мог. Их было пять. Он положил четверых.

Каменный фыркнул.

— Спасибо, Искра, — сказал вслух.

Грозовой опустил голову ниже. Прикрыл глаза, будто не хотел смотреть мне в лицо.

Я постоял ещё немного, ладонь на тёплой чешуе. Потом убрал руку и поднял голову