Возвышение Дворца Божественного Величия - Аньинь Ду

Чжэн Ми задумалась: как-то не складываются слова Юйнур. Она же только что говорила, что неподобающее поведение госпожи было вызвано недоработанным эликсиром бессмертия, а сейчас уже новую версию предлагает? Чжэн Ми пристально взглянула на Юйнур. Что за капкан расставляет эта служанка?

– Ми, девочка моя, – донесся до ее слуха ласковый оклик второй матушки.

– Вторая матушка, какие будут распоряжения? – подняв голову, откликнулась она.

Лежавшая на кровати Цуй Юйфан постепенно успокоилась, было слышно, что ее дыхание выровнялось. По всей видимости, отвар и впрямь оказался эффективным. Чжэн Ми развязала тканевые полоски, освободив свекрови руки, и укрыла ее расшитым одеялом.

– Биюнь, Юйнур, уберитесь в покоях старшей госпожи, замените всю побитую посуду на новую. Праздник весны на носу, давайте в конце года все как следует поработаем, попросим милости у богов, чтобы они благословили род Юйвэнь и будущий год прошел гладко! – сохраняя властный облик и невозмутимость хозяйки дома, произнесла Ли Чжэньмэй.

Затем она ласково протянула к Чжэн Ми руки, та поспешно приняла этот жест, и Ли Чжэньмэй притянула девушку к себе.

– Ты очень помогла сегодня с госпожой. Ах, как было бы хорошо, если бы ты стала женой моего Кая!

Когда вторая матушка вот так раскрыла перед ней душу, Чжэн Ми склонила голову и смущенно улыбнулась. На душе вдруг стало грустно, она ведь тоже только и мечтала о том, чтобы стать женой Юйвэнь Кая. Игры судьбы жестоки, никому не под силу противиться решениям богов.

– Ми, ты такая смышленая, такая умная. Как ты думаешь, это эликсир бессмертия так на госпожу повлиял? Или, может, кто-то тайком подсыпал ей яд? – Ли Чжэньмэй притянула Чжэн Ми и усадила ее на плетеный стул, после чего осторожно задала вопрос.

– Вторая матушка, вы слишком хвалите меня. Судя по виду старшей матушки, скорее всего, она правда приняла слишком много эликсира бессмертия и помутилась рассудком, из-за чего и впала в безумие. А вы как считаете? – задала встречный вопрос Чжэн Ми.

– Мне-то откуда знать? Я ведь из иероглифов только свое имя и могу написать, ничего, кроме стен дома, в своей жизни не видела, только и знаю, как ухаживать за цветами в поместье да застолья устраивать. Какой еще от меня прок? – хотя слова Ли Чжэньмэй были в высшей мере скромными, но на самом деле она так лишь хвалилась своей фактической властью.

– Вторая матушка, вы очень талантливы, все в поместье об этом знают! То, что второй молодой господин Юйвэнь так трудолюбив и хорошо воспитан, тоже ваша заслуга, результат ваших стараний, – слегка улыбнулась Чжэн Ми, прикрыв рот рукой. Со второй матушкой намного проще поладить, чем с главной госпожой.

– Но ведь ты сама не захотела стать женой моего Кая! Это так, между нами, как между матерью и дочкой, поговорим начистоту. Если кто другой прознает – плохо будет, – легко улыбнулась Ли Чжэньмэй, говоря то ли всерьез, то ли в шутку.

– Вторая матушка, вы так искусны и у вас такой хороший вкус, могу предположить, что в юности вы тоже были первой красавицей во всей округе! – Чжэн Ми интуитивно почувствовала, что Ли Чжэньмэй – выдающаяся женщина.

– Куда мне с тобой тягаться? Природа наделила тебя изумительной красотой, а потому ты обязана быть порядочной и верной супругой. Другие мужчины будут толпами за тобой бегать, но, боюсь, только Богу войны Юйвэнь Сюну и удастся покорить тебя, умерить пыл прочих воздыхателей, – голос Ли Чжэньмэй становился все тише и ниже, пока она говорила это.

К чему одной женщине понадобилось ставить другую в неловкое положение? Просто Ли Чжэньмэй раскусила натуру Чжэн Ми.

Слушая вторую матушку, та почувствовала, как по телу побежали мурашки – Ли Чжэньмэй не так проста, как казалась. Сохраняя благопристойную позу, девушка мягко ответила в свою защиту:

– Судить о вещах нужно с чистым сердцем, нельзя иметь пристрастий, только тогда можно будет познать их истинную суть. Раз уж я вошла в дом Юйвэнь в качестве невестки, значит, всю жизнь до самой смерти останусь членом семьи Юйвэнь.

– Вот как? Уж не знаю, как обрадовалась бы старшая госпожа, услышь она эти твои слова, – одобрительно погладила ее по плечу Ли Чжэньмэй.

Затем она встала и скрылась в покоях, а чуть погодя вернулась с парчовым мешочком, мелко расшитым шелковыми нитями. Ли Чжэньмэй развязала его и достала черный, глянцево блестящий гребень, а затем, наклонившись, воткнула его в прическу Чжэн Ми. Та послушно приняла подарок: все-таки он не без причины получен.

– Благодарю вторую матушку за доброту, – радостно произнесла Чжэн Ми, проведя рукой по гребню.

– Твоим пышным волосам очень идет этот гребень из черного нефрита, смотрится дорого и изящно. Добрым скакунам положены роскошные седла. Ах, меня так беспокоит здоровье старшей госпожи! Послушай, а если она будет долгое время принимать вот это твое лекарство, погружающее в сон, не повредит ли это? Вдруг и правда что случится, как же я тогда буду ответ перед Сюном держать? – улыбку словно сдуло с лица Ли Чжэньмэй, она вдруг нахмурилась и стала чернее тучи.

Чжэн Ми прониклась состраданием и попыталась придумать, чем могла бы ей помочь.

– Вторая матушка, во всем нужно знать меру. Это лекарство можно спокойно принимать от трех до пяти месяцев, но если продлить этот срок до года, то эффект может быть непредсказуемым. Не беспокойтесь, я непременно сделаю все, что в моих силах, – Чжэн Ми сказала чистую правду, этим она будто обязывала Ли Чжэньмэй.

– Ми, как я тебе благодарна! Если вдруг будешь чувствовать себя одиноко в большом поместье Юйвэнь, захочешь побеседовать с кем-то, иди сразу ко мне, я всегда будут рада выслушать, – легко и нежно улыбнулась Ли Чжэньмэй, сразу же просветлев.

Чжэн Ми, однако, почувствовала, что ее намерения не так просты и поверхностны, но решила не спешить с выводами – чтобы по-настоящему узнать человека, нужно время. Рассмеявшись, она подхватила тон второй матушки:

– Всенепременно! Вторая матушка, время позднее, не смею вас больше задерживать, благодарю за ваше радушие.

Когда Чжэн Ми вернулась к себе, Цзиньчань тут же поспешно подала ей обед. Девушка уже изрядно проголодалась, но тут заметила, что на столе прибавилось блюдо, которого раньше не было – тушеная баранина в красном соусе.

– А это откуда взялось? – спросила она, ткнув пальцем в еще шкварчащее[13] и источавшее чудесный аромат мясо.

– Это принесли люди второй матушки, сказали, что послезавтра будет совершаться жертвоприношение духам предков, а