Сон мертвеца - Ася Виленица

– Как много сна, – задумчиво протянул он и вернулся к готовке. – Если ты не ешь ортанскую кухню, то я могу что-нибудь заказать, – донеслось откуда-то из-за холодильника.

Лишь закрыв его, Во’он поймал мой полный экзистенциального ужаса взгляд.

– Ах да, я забыл.

– Дам шанс твоей интерпретации, – успокоила его я, – повезло, что ваш заклинатель воспитывался не на Индаае.

– Да, но узнать насколько, мы сможем только сейчас. – Во’он, погрузил все, что кропотливо нарезал до этого, в большой сотейник и щедро присыпал солью.

Я заинтересованно наблюдала за его действиями. Ортанская кухня обычно была крайне пресной, но он, похоже, старался адаптировать ее под всех жителей дома.

– Признаться, я даже не задумывался об этом его преимуществе, – усмехнувшись, продолжил он. – Родители Мина переехали в Банглаор сразу после его рождения. Он как раз просто жить не может без доставок.

Дальше мы сидели молча, ортанец увлеченно готовил, а я размышляла о том, что же такого им может быть от меня нужно. Пожалуй, я разочаруюсь, если это будет что-то из моих стандартных заказов. Разочаруюсь, но вздохну с облегчением.

Ходящие не были магами, как это могло показаться. У нас была лишь одна способность: отделять сознание от тела и проникать в сны людей, но ее с лихвой хватало, чтоб жить и не бедствовать на Индаае или, например, угодить на виселицу здесь, на Ортане. Ремесло ходящих, так или иначе, преследовалось во всех обитаемых мирах Веера, кроме моего, в котором просто закрывали глаза на Орден за немаленький процент в казну. Вряд ли, конечно, именно поэтому, но рождались ходящие только в мире дождей и духов. Кто-то продолжал считать нас странным проявлением магии, хотя как раз с энергией мира мы взаимодействовать не могли никак, а именно с этой характеристики в любом учебнике начиналось описание мага. Были теории на тему влияния какого-то вида духов. Но истина в этом случае не лежала не то что посередине, даже рядом не валялась.

Из раздумий меня вырвал тихий скрип ступеней – это, зевая, со второго этажа, спускались близнецы. Северный Ветер приветственно махнул мне, а Южный просто улыбнулся. Создавалось ощущение, что все мы тут одна дружная семья и мне уж точно не стоило волноваться о будущем.

– Есть еще время размяться да завтрака? – спросил Северный Ветер.

– Да, – кивнул Во’он. – Минут пятнадцать.

А затем громко, заставив меня подскочить на стуле, крикнул:

– Завтрак пятнадцать минут!

– Я бы пропустил. – Южный Ветер плюхнулся на стул рядом со мной.

– Ты думаешь, тебе не перескажут, если будет что-то интересное? – Его брат уже выжидающе приоткрыл наружную дверь.

– У нас всех разное понятие об интересном. – Парень подобрал ноги, показывая, что выходить он сейчас никуда не планирует.

– Я составлю тебе компанию. – Одна из дверей на первом этаже открылась, и оттуда вышел Сексуальный Огонь, в очередной пижаме, которую в зеленом мире называли повседневной одеждой. Длинные волосы сегодня свободно лежали на его плечах, и я в очередной раз испытала укол зависти. Он быстрым шагом пересек гостиную, подхватил руку Северного Ветра и утащил его за собой на улицу.

Следом из комнаты, неспешно потягиваясь, вышел второй представитель зеленого мира. Он тренировкой, очевидно, не соблазнился и присел напротив. Сегодня его внушительные мускулы на удивление прикрывала обтягивающая майка. Прикрывала, но совершенно не скрывала.

– Как спалось? – внезапно обратился мужчина ко мне.

– Жарко, – я не успела собраться с мыслями и выдала первые ощущения от сна.

– Да, летом тут самое настоящее пекло. Я вот предпочитаю спать голым, – поделился он со мной, без сомнений, нужной информацией.

Во’он уже расставил на столе тарелки и разложил приборы, когда вторая дверь, ведущая из гостиной в спальни, открылась, и оттуда вышли Ручейки. Тихий сразу присел за стол, а Бурный, вооружившись вилкой, напал на завтрак, все еще скворчащий на плите.

– Ты сегодня даже не проспал? – Ортанец недовольно глянул на происходящее безобразие, но останавливать не стал.

– Он тоже решил не доверять вашему представлению об интересном, – улыбнулся Южный Ветер.

Парень оторвался от тарелки с едой и обернулся, оперевшись на кухонный стол и вызвав еще один недовольный взгляд сегодняшнего повара.

– Я могу поспорить, тут еще никто не спросил как тебя зовут. Я Мин. – Он протянул руку через стол, чем привел меня в легкое замешательство.

– Кара, – представилась я и, наконец вспомнив, что на Банглаоре принято пожимать руки при знакомстве, протянула свою.

– Теперь придется прекратить звать тебя птичкой, – хихикнул любитель спать без одежды, – Хан. – Он тоже протянул мне руку, но вместо того чтобы пожать, поцеловал запястье.

Я тут же отметила для себя, что ни рук, ни ног, ни тем более других важных вещей доверять ему больше не буду.

– Так она, судя по всему, и не птичка, – ортанец посмотрел на меня изучающим взглядом. – Я Волтер, но тут все зовут меня Во’он.

Это разрешило засевшую у меня в голове с вечера загадку про такое странное для мира оранжевого солнца имя. Кажется, здесь никто не пользовался полными именами. Я тоже этого не любила.

– Кан, – Тихий Ручеек просто кивнул мне. Очевидно, он не был приверженцем нарушения личных границ.

– Эйрик, – представился Южный Ветер, – а мой брат – Марк.

– А… – Я едва не забылась и не спросила, как же зовут Сексуального Огня. Вряд ли он, конечно, обидится на такое прозвище, но до этого лучше не доводить.

– Ан-Ён, – ответил Хан, – только про полное не спрашивай, его никто из нас тут не выговорит.

– А свое полное ты выговариваешь? – хихикнула я.

– Не всегда, – ответил он серьезно, оставив меня размышлять, была ли это шутка или у него действительно есть с этим проблемы. У жителей Юнцайеса была традиция называть детей так, чтоб только самые близкие люди, вроде семьи и партнеров, могли произнести их имена правильно. Считалось, что это убережет человека от сглаза и чужих дурных мыслей.

– А можно вопрос? – Эйрик, кажется, по праву мог считаться самым любопытным в этой компании.

– Да, – неуверенно протянула я, еще не решив, хочу ли я отвечать на какие-то лишние вопросы.

Он немного помолчал, а затем спросил:

– Почему ты сама пришла на встречу, а не сделала, как принято в вашем Ордене?

– Потому что в Ордене она не состоит. – Джун, как и в прошлый раз, застал меня врасплох. Сердце пропустило удар, а по позвоночнику пробежали мурашки. Эффекту от зацепа уже было бы неплохо начать проходить. Хотя, конечно, сны, подобные утреннему, этому точно не способствовали.

Мужчина присел на свободное место рядом и развернулся ко мне. Сегодня волосы не спадали на его лицо: он