Сон мертвеца - Ася Виленица

– Она думает, у меня богатый любовник. Так что выбирайте, кто из вас им будет, – нервно хихикнула я и еще раз оглядела груду одежды в чемодане. Кажется, должно хватить. Осталось взять самое важное, но для этого сначала надо выпроводить соседку, которая как раз аккуратно скреблась в дверь.

– Открыто! – крикнула я, быстро выскакивая в коридор, и замерла на месте. Ан-Ён, вышедший за мной, похоже, тоже лишился дара речи.

Эта невероятная женщина умудрилась буквально за десять минут одеться в шелковое платье, идеально скроенное по ее хрупкой фигуре, и нанести легкий вечерний макияж.

Так мы и стояли. Сзади подошел Хан и приобнял меня, очевидно, решив, что про любовника я не шутила. Видимо, теперь надо внимательнее следить за словами, которые вылетают у меня изо рта. Затем он приобнял Ан-Ёна, чем смутил уже подошедшую старушку. Смутил, но не слишком.

– Шаффи такая проказница, – заговорила она на весьма чистом наречии Юнцайеса и, быстро вытащив из рук парня предлог сунуть нос в мою личную жизнь, поставила кошку на пол и жестким голосом скомандовала: – А ну, марш в дом!

Кошка, громко мяукнув, подняла хвост трубой и метнулась на балкон.

– Это Ан-Ён и Хан, – представила я спутников, намеренно упустив любые указания на отношения между нами, – а это Виктория, мы с ней иногда пьем чай и перемываем косточки остальным нашим соседям, – назвать соседку подругой моя подозрительность пока не позволяла, хотя это наверняка обижало ее.

– Можно просто Тори, – обворожительно улыбнулась она, – дорогая, ты уезжаешь?

Как она умудрилась высмотреть в гостиной чемодан, стало для меня загадкой.

– Да, – я обернулась и приобняла Хана в ответ. – Мое солнце везет нас на острова Юнцайеса.

Кого конкретно «нас» я тоже уточнять не стала, оставив соседке место для фантазии.

– Ох, как же там хорошо, – она показательно зацокала, но при этом все еще внимательно осматривала Ан-Ёна, который выкрутился из объятий нашего общего друга и решил сбежать обратно в комнату. – А кто будет поливать твои цветочки?

– Какие цветочки? – красавчик обернулся.

Жители Юнцайеса, особенно части, называемой крайней, испытывали острую потребность в заботе обо всем зеленом и хвостатом вокруг. Когда я поняла, о каком цветочке она говорит, мне захотелось немедленно исчезнуть из квартиры. Цветочком это растение было разве что только по учебнику. Уже как с полгода в моем доме поселилась хищная орхидея ростом в целый кэн[3] и родом как раз из Юнцайеса. Вывозить любые растения оттуда было запрещено, но межмировую контрабанду придумали ровно в то же время, что и сами таможенные правила. Я обычно старалась не брать ответственность за столь сомнительные формы жизни, но орхидея была подарком, и со временем я к ней даже привыкла. Мне нравился узор ее листьев и узкий, но прочный стебель, похожий на причудливый меч. Однако схватка со сложнейшим уходом за этим растением была мной, увы, проиграна. Оно ни разу не радовало цветами или даже новыми листьями. Я считала для себя успехом уже то, что оно было все еще зеленого цвета и как будто не планировало умирать. Старушка тем временем повела Ан-Ёна смотреть на эту достопримечательность, а я вдруг подумала, что умение так же быстро, как Кан, строить порталы мне бы сейчас не помешало.

Через несколько минут из комнаты вышел ожидаемо злой любитель цветов, бережно несущий перед собой горшок с гигантской орхидеей.

– Мы забираем ее с собой, – буквально прошипел он.

Соседка, ощутив откровенно агрессивные вибрации, решила, что время посещений закончено, и сбежала, даже не попрощавшись. А я, убедившись, что красавчик занялся первой помощью несчастному растению, а Хан оказывает первую помощь нежному внутреннему миру красавчика, поспешила ретироваться в кабинет.

В чужие сновидения я отправлялась исключительно отсюда, поэтому часть пространства была отведена под широкую мягкую кровать. Никаких жестких ортопедических матрасов и специальных подушек. На этой кровати мне важно было быстрее провалиться в сон. Кабинет был единственным затемненным помещением в квартире: плотные шторы, глубокий лавандовый цвет стен. Чего только не сделаешь для комфортной работы. Вторую часть помещения занимала небольшая библиотека. Многие книги отсюда я не читала и, возможно, никогда не прочту, но ведь библиотеки и не для этого собирают. Для меня это было словно картина или вышивка, к которой я годами подбирала нити и изящными стежками ставила книги на полки. Каждую на свое, только ей подходящее место. Но были здесь и прикладные томики. Я взяла небольшую сумку и сложила туда «Обзорную энциклопедию Тарнума» и монографию о феномене Мертвого Короля. Обе я пролистывала лишь мельком, так как не имела достаточных знаний и опыта в магии. Затем пришла очередь сейфа, скрытого за одной из книжных полок. Там, в углу мирно ждал своего часа старый дневник моего прадеда. Я быстро сунула его за пояс юбки и прикрыла сверху свободной футболкой, надетой как раз для этих целей. Надеюсь, щупать и обнимать меня сегодня больше никто не будет. А вот вторую семейную реликвию достать незамеченной не удалось. Хан, зашедший в кабинет, с интересом перехватил мою руку с запрещенным во всех обитаемых мирах томиком – подробным обзором сохранившихся артефактов времен войны некромантов. Глянув на автора и название, он фыркнул:

– У нас есть такая.

– У меня будет своя, – отрезала я, захлопнула сейф и кинула талмуд в сумку. Раз у них есть, то, надеюсь, мою трогать никто не будет.

Вернувшись в гостиную и с громким стуком захлопнув чемодан, я объявила о готовности возвращаться.

– Вот это скорость. Я оценил. Ты душ принимала дольше, чем собиралась, – голос Хана звучал как-то насмешливо, но причин я не понимала.

Мы вышли в коридор, где нас уже ждал Ан-Ён в обнимку с цветком.

– Оно не выдержит стихийного портала, – скептически посмотрел на растение мой спутник.

– Да, – кивнул истинный уроженец зеленого мира, – поэтому мы идем обычным.

Хан лишь тяжело вздохнул и подхватил чемодан. Я попыталась перехватить книги, но получила ответ, что для ношения чего-то тяжелей женской сумки меня еще откармливать и откармливать.

Всю дорогу до портала я задавалась вопросом, как мы планируем его пройти с запрещенной книгой и с цветком, также официально запрещенным к провозу между мирами.

– У меня даже нет разрешения к посещению, и выдают такое у нас не меньше месяца, – я продолжала нервно задавать одни и те же вопросы буквально до самого прохода.

Спокойствие парней страшно бесило. Еще больше бесило, что единственным ответом, которого я дождалась, стал совет Ан-Ёна думать