Фантастика 2026-173 - Александр Вольт

тут же осекся. – Ладно бы Ника… с ней все понятно! Наша связь и все такое… Но почему Юнна вызывает у меня те же чувства?! По идеи из-за метки богини я на неё никак не должен реагировать.

– Это действительно странно, – согласилась Зинария. – Так и вправду не должно быть… А что Богиня? Ты не пытался спросить у нее?

– Говоришь так, будто я могу к ней в гости ходить, когда вздумается, – усмехнулся парень. – Да я ее сто лет не видел… и, честно говоря, не особо стремлюсь.

– Тогда попробуй обратиться к Госпоже Хранительнице, – посоветовала она. – Она думается должна знать, как работает благословение её сестры.

Артем ненадолго замолчал, а потом неожиданно согласился:

– Знаешь, мам, это дельная мысль!

– Я очень рада, что смогла помочь, – раздался звук приближающихся шагов, цокот каблучков Зинарии. – А теперь давай обсудим сегодняшнее собрание… Мне интересно твое мнение по некоторым вопросам. – Звук закрывающейся двери заглушил остаток фразы.

Нам ничего не оставалось, как вернуться в гостиную.

– Ты тоже это слышала? – взволнованно спросила Юнна.

– По крайней мере, мы теперь знаем, что Артем к нам обеим испытыват… хотя бы влечение, – констатировала я.

– И что дальше? – Юнна вопросительно посмотрела на меня.

– Давай обсудим это позже, – я кивнула в сторону двери в комнату Артема, давая понять, что сейчас не время. Юнна, проследив за моим взглядом, понимающе кивнула в ответ.

Как оказалось, мы вовремя прекратили разговор. Минут через десять дверь в комнату Артема отворилась, и оттуда вышла Зинария. Она бросила на нас странный взгляд и, не задерживаясь, покинула дом.

***

Артем.

Надо мною взрывается и осыпается искрами прямо на меня огненный шар. А прямо передо мной разверзлось море огня. Немедля ни секунды, с разбега бросаюсь в него ногами вниз.

Плюх! И вот я уже в объятиях ледяной бездны. Пламя не успело опалить даже кожу. Но о глотке свежего воздуха сейчас можно лишь мечтать. Одна попытка всплыть, и раскаленное земляное масло, бушующее на поверхности, затянет в свои обжигающие объятия. Собрав всю волю в кулак, я из последних сил гребу к спасительному оазису чистой воды, что маячит в десяти метрах. Задача не из легких, учитывая вес моей "легкой" брони. Кольчуга, бронепанцирь, многозарядный кассетный арбалет за спиной, верный клинок у пояса и тяжелые сапоги на ногах – все это тянет ко дну. Боюсь не того, что случайно вынырну. Боюсь, что мне никогда больше не увидеть солнца.

Легкие жжет огнем, но я не сдаюсь. Отчаянный рывок, и вот мои руки уже судорожно цепляются за край берега. Чтобы не соскользнуть обратно в кипящую пучину, вонзаю кинжал в податливый грунт. Лезвие надежно фиксирует меня, помогая выбраться на твердую землю.

В небе, словно огненный демон, проносится пылающий шар и взрывается в двух метрах от меня. Ад продолжается.

Словно пантера, бросаюсь вперед и перелетаю через невысокую каменную стену. Приземляюсь на ту сторону, делаю перекат и мгновенно вскакиваю на ноги. В боковом зрении мелькает враг в стандартном пехотном доспехе. Арбалет, будто живой, сам оказывается в моих руках, и я, не целясь, всаживаю болт ему прямо в грудь. Мощь этого оружия не идет ни в какое сравнение с моим земным арбалетом. От удара противника отбрасывает назад, словно пушинку.

Один готов!

В поле зрения появляется еще один, в окне полуразрушенного дома.

Молниеносный разворот, выстрел!

Минус два!

И снова над головой свистит огненный шар.

Резкий рывок вправо, и я врываюсь в пылающий остов дома. Каменные стены еще держатся, но пламя охватило все вокруг. У меня нет выбора – нужно прорываться сквозь этот ад. На открытом пространстве я – легкая мишень для огненного мага.

Как я и говорил, дом полыхает изнутри. Лестница на второй этаж вроде бы еще цела, и там, наверху, кажется, меньше огня. Это мой шанс. Бегу вверх по ступеням и оказываюсь в задымленной комнате с окнами на противоположную сторону. Не раздумывая ни секунды, прыгаю в окно и падаю, стараясь сделать перекат. Но приземление выходит неудачным – арбалет отлетает в сторону, а кассета с болтами перекашивается, превращаясь в бесполезный кусок металла. Бросаю ее, не испытывая ни малейшего сожаления, и снова рвусь вперед. По обе стороны от меня бушует пламя. Некуда уклониться, некуда спрятаться.

И тут, словно из ниоткуда, появляется очередной враг.

Не останавливаясь, наношу удар клинком и мчусь дальше, не оглядываясь, чтобы увидеть результат.

Вперед! Только вперед!

Впереди забрезжил просвет… Глоток свежего воздуха… Свобода!

Но и здесь мне преграждает дорогу, закованный в доспехи противник.

Еще один удар клинком, последнее усилие – и я вырываюсь из огненного коридора.

Передо мной – безмолвная толпа. Опускаю свой клинок и буднично-спокойно произношу:

– Ну, что-то типа такого должен уметь каждый из вас.

Толпа хранит молчание, в их глазах – смесь благоговейного ужаса и непонимания. Они - воины, прошедшие не одну битву, но даже для них увиденное кажется за гранью возможного. На их лицах читается немой вопрос: как такое вообще возможно? Я же, тяжело дыша, пытаюсь отдышаться и сбросить с себя пелену адреналина. Огонь, кажется, все еще пылает в моих легких, а запах гари преследует меня, как навязчивый кошмар.

Неловкая пауза затягивается. Наконец, один из воинов, самый рослый и крепкий, делает шаг вперед. В его руке – изрядно потрепанный меч, а взгляд полон сомнений.

– Ты… это, командир… как? - запинается он, не зная, как выразить свой восторг и удивление.

Я устало улыбаюсь.

– Практика, мой друг, практика. И немного безумия, - отвечаю я, стараясь придать своему голосу непринужденность. – Но, если честно, ничего сверх естественного я вам не продемонстрировал. Каждый из вас, после немногих тренировок, смогу сделать так же.

Откидываю с лица слипшиеся от пота волосы и оглядываю строй воинов:

– Тут главное – не бояться. И всегда верить в себя. Даже когда вокруг бушует ад… Ну в общем как в той поговорке: глаза бояться, а ноги и руки делают.

Я оглядываюсь за спину на построенную за три дня, по моему указанию, полосу препятствия.

Ника приблизилась, её шаги звучали как вызов. Именно эта белобрысая бестия, этот пироман-маньяк, недавно обрушивала на меня огненные шары.

– Ну как тебе? – с лукавой усмешкой поинтересовалась она. – Я справилась?

– Ты вошла во вкус даже слишком, – слегка упрекнул я, хотя всерьез ругать её