Фантастика 2026-32 - Евгений Александрович Белогорский

напоминал разворошённый муравейник: коридоры забиты людьми, бегущими с планшетами и папками, мониторы пестрят схемами, отчётами, графиками. Несмотря на мгновенную связь между всеми уровнями управления, казалось, будто кто–то только что отключил привычный мир и включил новый — слишком уж непривычной была ситуация, когда некому перехватывать и глушить эфир, когда любые вражеские попытки радиотехнической активности тут же фиксируются и по ним немедленно прилетает точечный удар.

Люди просто не успели ещё психологически привыкнуть к тому, что эфир чист, как в лаборатории, и что теперь по ту сторону нет никого, кто будет слушать, врать, подменять и глушить.

Кирилл во всём этом организационном хаосе участия, по сути, не принимал, несмотря на генеральские звёзды, наглухо врезанные прямо в броню его боевого скафандра. Он присутствовал тут скорее как страховка, как последний аргумент на случай, если всё пойдёт «не так», как на штабных схемах и красивых презентациях. Его задача начиналась там, где любые планы теряли смысл.

И, разумеется, этот момент наступил. Всё «по закону подлости» сломалось там, где рассчитывали на простой разгром: улей третьей категории категорически отказался сгорать сразу. После мощнейшего взрыва, который по расчётам должен был разнести его в пыль, конструкция не развалилась, а, напротив, словно раскрылась — как каменный бутон. Слои костяных и хитиновых пород разошлись лепестками, и из их центра в небо, клубясь и ломаясь в воздухе, рванулся наружу костяной дракон.

Массивное тело, собранное из сросшихся платин костей и тёмных пластин брони, выгнулось в небе. Размах крыльев перекрыл солнце, по склонам некрополя побежали тени. Существо ревело не звуком — вибрацией, от которой дрожал воздух и хрустело стекло в наблюдательных пунктах.

Штурмовики, как и было заранее оговорено на предполётных инструктажах, не стали играть в героев. Они сразу брызнули в разные стороны, уходя на форсаже и пороховых ускорителях вверх и вбок, разрывая боевой порядок, чтобы не попасть под контрудар. В это время по выделенному протоколу уже ушла команда, и в костяного монстра, только начавшего набирать высоту, почти сразу врезались две ракеты с атомными боеголовками. Вспышки были такими яркими, что техника на долю секунды задохнулась, а фильтры на визорах легли чёрной пеленой. Когда картинка вернулась, от дракона уже ничего цельного не осталось — только гигантское облако рвущихся в стороны осколков, ошмётков и сияющий в разрыве дымовых завес скелет, мгновенно осыпавшийся вниз костяным дождём.

В штабе, едва убедившись, что угроза действительно ликвидирована, немедленно внесли изменения в регламенты относительно процедуры уничтожения именно этого типа некрополей: поменяли порядок применения боеприпасов, добавили обязательный резерв ракет и акцент на превентивный ядерный удар по любым признакам формирования крупных био–конструкций. После чего, почти не делая паузы, вернулись к отработке следующей цели. Машине войны нельзя было останавливаться.

Параллельно с этим громыхающим, эффектным разгромом работали и менее заметные, но не менее важные изыскательские партии, шаг за шагом изучая новый мир. Бурились разведочные скважины, вгрызающиеся в породы, не знавшие людских инструментов. Через портал беспрерывно мелькали контейнеры с образцами почв, минералов, биоматериала — и солидные, немного уставшие мужчины в полевой форме, которая сидела на них как–то криво и чуждо, как карнавальный костюм на профессоре. На их плечах поблёскивали совсем не игровые, а самые настоящие, заслуженные звёзды и кубари.

Многим академикам и профессорам пришлось в срочном порядке вспомнить, что у каждого из них, помимо учёной степени, есть ещё и вполне действующее воинское звание, а у некоторых — даже табельное оружие, о котором они лет десять вспоминали разве что в анкетах. До оружия, конечно, дело не дошло: стрелять было не в кого, да и некому им доверять боевые задачи. Но форму надеть пришлось. Приказ есть приказ.

В форме ходили даже маги российского Круга, люди, которые десятилетиями держались чуть в стороне от армии, как от чего–то шумного, приземлённого и чересчур прямолинейного. Не имея действующих армейских званий, им полагался камуфляж без знаков различия — серо–зелёная безымянная масса. Чтобы не быть внезапно прихваченными каким–нибудь ретивым старлеем для переноса круглого и катания квадратного, они наперекор уставу вешали на шею свои собственные, полулегендарные знаки ранга.

Иногда в коридорах штабного купола слышалось: — Эй, боец, стой!.. — А, бля…

Потому что когда «боец» поворачивался, на его груди неожиданно оказывалась звезда архимагистра, и инициатива младшего комсостава как–то сразу иссякала, превращаясь в неловкое: — Товарищ… э–э… архимагистр, разрешите пройти.

Несмотря на лёгкий бардак, вечную суету, привкус табора и ярмарки тщеславия, дела у армии в целом продвигались весьма неплохо. Портал работал на пределе, постоянно пропуская новые партии людей, техники и боеприпасов. Всё это железо и плоть уходили вперёд, в глубину чужого мира, в огромном количестве, слоями наращивая группировку.

Военные, пользуясь уникальной возможностью, притащили сюда и массу опытной техники, которую раньше берегли, согласовывали по инстанциям и показывали лишь на закрытых полигонах. Теперь её гоняли по реальным целям, внимательно наблюдая, как она ведёт себя в настоящем бою: как ведут себя новые системы наведения, как выдерживают бронеплиты, как живут экипажи в полевых условиях, где всё по–настоящему — и смерть, и победа.

К удивлению Кирилла, портал не просто выдержал нагрузку — он стоял абсолютно спокойно, лишь заметно расширившись до диаметра метров в десять. Защитные кольца по краям поблёскивали ровным светом, а индикатор расхода энергии едва–едва сполз с отметки максимума. Дух пространства, запертый в браслете, не надрывался — он лениво, почти с удовольствием подпитывался от симбионтов Кирилла, тянув из их глубин силу тонкими, почти невидимыми нитями. Падение уровня шло настолько медленно, что инженеры из службы обеспечения сначала решили, что приборы просто глючат.

Это, наоборот, позволяло военным работать с максимальной эффективностью. Портал не «захлёбывался», не требовал перегрузок, можно было гнать через него колонны техники, роты пехоты, цистерны с топливом и боеприпасы без особых пауз. Боевые офицеры очень быстро почувствовали разницу: больше не нужно было стоять в очереди на переброску, ждать «окна» или урезать заявки.

Кроме того, маги Круга не сидели сложа руки. Они тщательно зафиксировали все параметры перехода: резонансные частоты, структуру шва между мирами, особенности отклика пространства. На основе собранных данных они смогли успешно создать собственные порталы — из буферного мира в Россию и обратно. Те были уже не такими мощными, как у Кирилла, зато полностью автономными.

Потенциально это давало им возможность изучать это пространство вне зависимости от Кирилла. И этому обстоятельству он только порадовался. Его не станут дёргать как привратника по любому чиху: «Открой туда, закрой сюда, перебрось нам ящик, верни отряд». Он вообще