Нигредо. Созданный из пепла - Ника Грумет

переходу заранее? Ольга верила, что сильнейшие кланы знали, при каких условиях поля отступят, и были в силах положить начало этому процессу. Но просто не стали этого делать. Заготовили всё для побега и сбежали, забрав с собой только тысячу.

Вполне объяснимо возникал вопрос: почему Кастеллан не переместили всех? Они не взяли с собой даже королей. Не потому ли, что для борьбы с полями нужна была их смерть, а не простое перемещение в другое место? Подобную выборочность можно объяснить и ограниченным количеством магии, но ведь они вполне могли узнать о бедствии заранее и заблаговременно начертить несколько кругов. Один, хоть и в спешке, уже был установлен, Кастеллан наверняка достаточно быстро восстанавливали силы, чтобы успеть закончить все приготовления вовремя. Но и тут имелась очередная «маленькая деталь», в корне меняющая всё.

Об этом знали только семь кланов чёрных волков. Пророчество явил миру один из членов королевской династии. Волки не знали, какой именно, но этот факт хранили так же бережно, как Романовы тайну о своём проклятии безумия. Кто-то из королевской семьи мог предсказывать будущее. Но мер по спасению всех обелисков не предприняли даже так. Может, от королей и поступил приказ переместить абсолютно всех членов правящих семей, но Кастеллан его просто-напросто проигнорировали.

Илларион встрепенулся. Он знает о Пророчестве! Речь Модеста так его впечатлила, что он с первого раза слово в слово запомнил его, все три года повторял в голове каждый день, правда, не понимал, как трактовать. Не дав Ольге сказать более ни слова, он, как заворожённый, принялся цитировать Пророчество:

«Нигредо. Родится из пепла прошлого дитя, столетиями без цели скитавшееся. Однажды вороны выклевали его прежнюю плоть.

Альбедо. Словно ото сна кошмарного проснется на земле иной, еще полтора столетия созерцать чужие судьбы будет, подобно лебедю из темной пещеры своей.

Цитринитас. Золотым орлом с небес сорвется, глотку хватая добыче, что предкам своим в знак благодарности преподнесет.

Рубедо. Выклюет пеликан свои внутренности, предкам даруя в знак благодарности. Установится истинный порядок вещей, Фениксом обретен Философский Камень будет».

Это Пророчество Отец явил всем присутствующим в тронном зале стражам, когда отправлял Иллариона на Землю. Он ожидал, что Ольга похвалит его за осведомлённость, но девушка подозрительно затихла. Взглянув на неё, он тоже застыл как вкопанный. Такого замешательства на лице Ольги он не видел никогда. Лишь спустя время она нашла в себе силы заговорить вновь:

— Можешь записать это на бумаге?

— Что? — ещё сильнее удивился Илларион, распахнув глаза и не решаясь делать резких движений. На секунду ему показалось, что Ольга сейчас кинется на него. Обратится волчицей, вгрызаясь острыми клыками в его шею.

— У тебя с собой записная книжка. Запиши то, что произнёс, в ней.

Голос её был таким холодным и безэмоциональным, что Иллариону даже стало обидно. Но он быстро вспомнил, что и сам большую часть времени разговаривает так же, потому отбросил эти мысли. Он быстро накидал Пророчество на одном из пустых листов и выжидающе уставился на Ольгу. Та, не отрывая взгляда от бумаги, продолжила:

— А теперь прочитай, но вдумчиво.

Илларион возмутился. Она сомневается в его рассудке? Но повторное прочтение повергло его в шок не меньше, чем Ольгу.

«Философский Камень».

Тот, что пытались создать все алхимики.

Это Пророчество цитировало термин запрещённой тысячи лет назад науки.

— Не смотри только вниз листа, — всё так же хладнокровно говорила Ольга. — Дело не только в Камне, хотя лично меня удивил именно он. — Она пристально вгляделась Иллариону в глаза, заставив его кровь похолодеть ещё до того, как произнесла девушка следующие слова. Таким же спокойным голосом, будто шутя. — У нас тоже есть своё Пророчество.

Следующую минуту Илларион не дышал. Он был уверен, что в своём рассказе Ольга упомянула именно то Пророчество, которое знал он. Как, «своё»?.. Разве не было в мире истинным только одно Пророчество? О чём она? И почему он должен смотреть не только вниз листа?

Ольга перехватила из его зависшей в воздухе руки карандаш и на следующей пустой странице принялась записывать. Её почерк был менее аккуратным, но Илларион смог разобрать всё:

«Нигредо. Из праха прошлого восстанет потомок волков, как ворон черный под светом солнца снизойдет.

Альбедо. Ото сна пробудятся в нём силы предков, как лебедь крылья свои необъятные расправит.

Цитринитас. Подобно орлу золотому вонзится клювом в плоть нечестивых, дабы ближних своих уберечь.

Рубедо. Настанет мир, взлетит пеликан в небо, объявляя начало празднества великого, кинется на землю жертвенно. Установится истинный порядок вещей».

Илларион по-прежнему не двигался. Теперь его взгляд тоже был прикован к бумаге. Ольга с широко распахнутыми глазами проговорила:

— Этому обучают детей оборотней сразу, как только те научатся говорить. Здесь не упоминается Философский Камень. Думаю, и многим обычным людям известно, что он связан с алхимией. Но, Илларион… — Она медленно повернула голову в его сторону и продолжила лишь тогда, когда их ошарашенные взгляды встретились. — Об этом известно немногим, но мы, как чёрные волки, должны знать. — Она перешла на шёпот. — Нигредо, Альбедо, Цитринитас, Рубедо. Это стадии. Стадии создания Философского Камня.

Его сердце едва не остановилось, отозвавшись гулким ударом по всему телу. Стадии создания Философского Камня… Почему пророк использовал в своём Пророчестве эти стадии? И почему оборотни и пепельные знают две совершенно разные его формулировки?

— О Пророчестве я хотела сказать в самую последнюю очередь и была уверена, что пепельным о нём неизвестно. — У Ольги вырвался истеричный смешок. — Ведь наши старейшины трактуют его так, словно избранный чёрный волк должен уничтожить пепельных. Кто бы мог подумать, что у вас есть своя версия. Рассказав о Пророчестве, я собиралась подтвердить связь королевского предсказателя, как и всех обелисков, с демоном алхимии. Теперь мы подтвердили и кое-что другое. Илларион, ты когда-нибудь задумывался, откуда свою силу черпают пепельные?

Тут и гадать не надо: никогда, как и в случае с Пророчеством. Илларион просто знал: король могущественен настолько, что спас от гибели целый материк, а источник его мощи Иллариона не заботил.

Но теперь он всерьёз ломал над этим голову. Модест обладал силами, дарованными богами, так же как обелискам? Тогда зачем ему свергать их потомков? Жажда власти — слишком приземлённое для Отца понятие, дело точно не в нём. Потому что, принеся в жертву членов королевской династии, он смог бы остановить поля Иару? Но как именно их смерть способствовала этому? Он задал эти вопросы вслух, сам не заметив. Голова Ольги уже начинала раскалываться от попыток найти тонкую нить связи, опутывающую едва заметной паутиной всю историю обелисков. Чем