"Фантастика 2025-195". Компиляция. Униги 1-23 - Вадим Витальевич Тарасенко

Вот уже понедельник, и я снова трясусь в этой ненавистной бричке. Ворочался на жёстком сиденье, пытаясь найти хоть какое-то удобное положение.

А ещё этот постоянный скрип колёс… Он не раздражал, он бесил! Хотя нет, больше всего меня нервировала скорость: это уму непостижимо, как медленно ехала карета.

— Чёртова повозка! — ругался я вслух, а Потап даже не оборачивался: видимо, уже привык к подобным возгласам.

Мысли невольно вернулись к моей красавице-машине. Сейчас она стояла в гараже, где над ней колдовал не только единственный в городе толковый технарь, но и Аркадий — водитель грузовика.

Парень, несмотря на свои девятнадцать, проявлял недюжинные способности к механике. Пусть учится, разбирается. Мне пригодятся преданные и талантливые люди, а их надо выращивать.

После многочисленных спусков и подъёмов бричка наконец разогналась, а я смог немного расслабиться и задуматься о возвращении в академию.

С одной стороны, у меня было жгучее желание остаться на производстве, где столько недоделанных проектов. Всего за несколько дней повторно запустил с Гурьевыми производство, наладил изготовление новых эликсиров. И мы уже начали разрабатывать новые, открыв доселе неизвестные свойства жал пустынных скорпионов при заморозке. А ведь сколько идей ещё ждали воплощения!

Но ректор был прав.

В академии я мог получить то, чего никогда не обрёл бы в одиночку: связи, поддержку, доступ к знаниям.

Мысль о библиотеке заставила сердце биться чаще. Старинное здание хранило в своих стенах бесценные фолианты, многие из которых я даже не встречал в центральной колонии «Точка». Особенно меня интересовали редкие трактаты по межстихийному взаимодействию магии.

Горькая усмешка сама собой появилась на губах. Если бы не проклятая ссылка, в которую отправили наш род триста лет назад, мог бы сейчас изучать сокровища Императорской библиотеки в Санкт-Петербурге! Но нет, Пестовым путь на «большую землю» заказан. Что ж, будем делать ставку на то, что имеем.

За последние дни я так увлёкся производственными делами, что совсем забыл о важном решении. Нужно дать больше свободы вассалам. Иван, Осип, Пётр, Евгений — все они доказали свою преданность и компетентность. Пусть сами решают текущие вопросы, а я сосредоточусь на стратегическом планировании. Эта мысль почему-то принесла облегчение.

Бричка резко свернула на повороте, и я ухватился взглядом за знакомые очертания: мы приближались к академии.

Сегодня предстояло не просто вернуться к учёбе, но и встретиться с теми, кто устроил молчаливый бунт в мою поддержку. Мысль о друзьях вызвала тёплую волну благодарности.

Но самой жгучей была мысль о несостоявшейся дуэли с Иваном Красновым. Она сорвалась из-за семейных дел, и этот подлец наверняка уже трубил о своей «победе». Пальцы сами сжались в кулаки.

Учебный поединок — не смертельная схватка, но возможность легально врезать гаду по зубам казалась слаще мёда.

Жаль, что убить его должен Амат.

Хотя кто знает, как повернётся судьба?

— Приехали, барин, — буркнул Потап, и повозка дёрнулась на месте.

Передо мной возвышались знакомые ворота академии. Я глубоко вздохнул, поправил воротник нового костюма и твёрдо ступил на вымощенную камнем дорожку.

Сначала к Петровичу за новой формой, а потом на занятия.

— Ну наконец-то, — раздался ленивый голос справа.

Митя прислонился к стене с обычной для него небрежной ухмылкой.

— Выглядишь как пёс, которого выгнали с кухни, — бросил он, отталкиваясь от стены.

— А ты как всегда: будто на всё плевать, — огрызнулся я, но уголки губ сами потянулись вверх.

Он фыркнул, доставая из-за спины смятый свёрток.

— Держи, Петрович передал. Говорит, чтоб больше не ныл про тесные рукава.

В свёртке оказалась новая форма. Митя, как обычно, подсуетился раньше времени и всё организовал.

— Спасибо, — выдохнул я, погладив пальцами ткань. — Теперь хоть время терять не придётся.

— Ну вот, герой наш вернулся, — протянул Митя и ударил меня по плечу так, что я чуть не кашлянул.

— А куда я денусь? — хлопнул его в ответ. — Кстати, про ваш молчаливый бунт. Что там было?

Митя закатил глаза с такой драматичностью, будто играл в театре, но не смог сдержать усмешку.

— Да так, невинная шалость, — отмахнулся он.

— Ага, такая невинная, что ко мне даже Киров приезжал.

— Кто же мог подумать, что их так выведет из себя студенческое послушание и молчаливость. Хотя без курьёзов не обошлось.

Я вопросительно взглянул на одногруппника.

— Куратор наш, Пётр Степанович, больше всех пострадал, — начал Митя, и я сразу заметил, как его глаза заблестели от сдерживаемого смеха. — Входит, значит, в аудиторию, оглядывается — никого. Думает, все прогуливают. Разворачивается к доске и бормочет: «Ну и ладно, хоть отдохну».

Митя сделал театральную паузу, наслаждаясь моментом.

— Потом оборачивается — а весь курс сидит, как призраки, и молчит. Он аж подпрыгнул! — Митя фыркнул, не выдержав. — После этого ещё полдня озирался, будто за ним приведения ходят.

Я рассмеялся, живо представив эту картину. На мгновение даже показалось, что сам там был и видел, как вздрогнул наш обычно невозмутимый куратор.

— Да уж, повеселились без меня, ничего не скажешь.

Мы двинулись в сторону общежития. Митя начал крутить головой, это был верный признак, что он хочет поговорить о чём-то важном.

— Кстати, насчёт твоего «гостя», — он понизил голос почти до шёпота. — Не приходили ещё переговорщики?

— Если ты о Евдокимове, думаю, не раньше чем через месяц. Пока новости до клановых дойдут, пока соберутся, — я махнул рукой, делая вид, что это меня не беспокоит.

Митя нахмурился, и его обычно весёлые глаза стали вдруг серьёзными.

— Кирилл, не обольщайся. У Краснова есть автомобиль, и он сразу после схватки укатил в центральные колонии. У тебя в запасе максимум две недели.

Я пожал плечами.

— Пусть приезжают. У меня есть что им предложить.

— Ты про захваченного Евдокимова? — уточнил Митя, приподняв бровь.

— Про него в том числе.

— Ты с ним уже поговорил?

— Да, пообщался, — я скривился, вспоминая ту беседу. — Но ничего дельного не получилось. Он пока дуется, требует отпустить, клянётся, что его люди меня сотрут в порошок. Одним словом, обычные угрозы.

Митя задумался и внимательно посмотрел на меня.

— Как ты его вообще держишь? Он же маг, и довольно сильный.

— Ты что, забыл, с кем разговариваешь? — я подмигнул ему. — Потомственный алхимик, между прочим.

Митя замер на секунду, потом рассмеялся.

— А, ну да. Вы, алхимики,