"Фантастика 2026-98". Компиляция. Книги 1-30 - Андрей Волковский

мало кто отказывал в променаде. Просто, суеверные девицы боялись упустить свое счастье семейное. А виды на косенького, как на мужчину и потенциального жениха имела только Марфа.

— Тогда, возможно, у боярышень, прогулявшихся за огородами с царевичем, женихи имеются? И это они обиду на обол… то есть, на Елисея затаили? — задала я вопрос. На мою оговорку баба Яга посмотрела на меня с укоризной, а боярин Ротмир с одобрением.

— Да не был никто из нас сосватан, когда за огородами про звездочки слушали! — удивилась Малаша. — Зачем царевича тревожить, если свадьба близится?

Действительно, зачем зря волшебной палочкой махать, когда розовые кусты зацвели, мешки зерен перебраны, а принц с хрустальной туфелькой уже у церкви дожидается. Может, какой менее удачливой подруге этот волшебный причиндал нужнее?

— Ну, может, я неправильно сформулировала, не жених, а поклонник, воздыхатель? — разъясняла я свой вопрос девчонкам.

Они надолго задумались. Мы девушек не торопили, боярышни для нас были чуть ли не единственным источником информации.

— Поклонников, вроде, ни у кого тоже не было, мы ж не Европа, чтобы быть дамой сердца аж у трех-пяти рыцарей! Тьфу ты, срамота. У нас такое непотребство не потерпят. Или сватайся, или не пудри девке мозги! — воспылала праведным гневом Варвара.

— Так, может, поклонник и рад бы свататься, да по какой-то причине отказа боится? — продолжала я настаивать.

И тут Малаша ойкнула и побледнела. Боярин Ротмир сдвинул брови и цыкнул на дочь.

— И шо енто ты на нее шикаешь, окаянный? — почуяв неладное, встряла в разговор притаившаяся до этого баба Яга.

Боярин пытался что-то возразить, но старушка зыркнула на него горящими очами, и тот замер. Да-да, именно красными глазами, полыхающими настоящим огнем. Видимо, мой сухонький эксперт немного колдонул.

— А теперь, Малашенька, рассказывай про своего воздыхателя, а ты, Варварушка, дополнишь, если сестренка твоя что-нибудь упустит, — елейным голосом пропела Яга.

От ее речей даже у меня все внутри затряслось, и захотелось признаться во всех своих прегрешениях.

Боярин Ротмир смог только скосить на дочурку свои недобрые глаза, но Малаша смотрела только на бабу Ягу, как заворожённая. Хотя, почему как, может бабулька ее именно заворожила.

— Не было у меня ни поклонника, ни воздыхателя. И повода так думать я никому не давала, — оправдывалась бледная Малаша. — Нам тятечка с раннего отрочества объяснял, что честь свою нужно пуще жизни беречь!

— А зачем же вы тогда с Елисеем за огородами гуляли, если так о своей девичей чести печетесь? — потерялась я в обычаях русских сказок.

— Ну как вы можете так плохо думать, а тем более говорить о царевиче Елисее! — возмутилась Варвара. — Он же за огородами о поругании нашей чести и не помышлял!

Детсад какой-то! Если о поругании чести не думал, зачем поздним вечером гулял? Днем, при свете ясно солнышка оно как-то безопаснее. Да и отцы приглашенных девчонок шею за компрометирующие их дочерей прогулки не начистят! Хотя, может, ночные грядки — это обязательный атрибут сказочной романтики?

— То есть, Елисей не считается? — уточнила я.

Обе красавицы дружно мне закивали.

— А кто считается? — допытывалась я.

Малашу под неморгающим взглядом Яги аж затрясло, но она продолжала:

— Боярич Прохор как-то на ярмарке пытался мне леденец на палочке подарить, да я отказалась подношение принять, — чуть ли не ревя, пищала Малаша.

— Сестренка с тех пор одна на улицу не выходила, либо со мной, либо с няньками, либо с родителями, — пыталась оправдать Малашу Варвара. — Он пару раз с нами на улице здоровался, кланялся, но мы ему не отвечали, а старались свернуть в другую сторону, чтобы не встречаться.

— Малаша, а почему ты не приняла ухаживания Прохора? Отец против Ваших отношений? — продолжала я допрос.

В очах боярина Ротмира я увидела свою казнь на базарной площади. Ну, мне уже не в первый раз обещают расправу на лобном месте в этой сказке. С данной проблемой пусть узурпатор власти разбирается.

— Тятя ничего не знал. Не люб мне Прошка, да и род его ниже нашего. Признаться стыдно было, что за мной такой прощелыга волочится. Думала, время пройдет, он от меня и отцепится, — уже в голос ревела боярышня.

— А когда нас Елисей за огороды зазвал, Малаша сильно обрадовалась. Надеялась, что Елисеина ворожба и Прошку отвадит, и ненаглядный суженый в ее судьбу войдет, — оправдывалась за сестричку Варвара, из солидарности распуская сопли.

Мы с бабой Ягой переглянулись, уже привычно мой эксперт дала понять, что Прохора того знает. В наших глазах горел азарт заправских сыщиков.

— Девочки милые, припомните, а Прохор с Марфой были знакомы, может при вас встречались? — задала я очень важный вопрос. От волнения баба Яга и Елисей аж вытянулись в струнку.

— Как-то мы шли с Малашей и Марфой на ярмарку скоморохов посмотреть, и там Прохора встретили, — вспоминала Варвара.

— Мы тогда быстро с Марфой распрощались и сразу домой побежали, подальше от него. В тот день Елисей Марфе леденец, то на палочке и подарил, — подключилась к сестре Малаша.

Значит, можно предположить, что Прохор и Марфа хотя бы шапочно, но были знакомы, и молодой боярич видел самый неудачный подкат царенка. Наконец-то, наше гиблое дело сошло с мертвой точки. Хотелось подскочить с лавки и расцеловать зареванных девиц. Но нужно было держать лицо.

— Ну что ж вы так расстроились, красавицы мои? — пыталась я успокоить допрашиваемых, — никакой вашей вины в поведении Прохора я не вижу. Малаша, ты вела себя достойно и чести боярской не уронила.

Девицы потихоньку начали успокаиваться, утирая заплаканные глазки носовыми платочками с вышивкой.

— Объявляю вам благодарность, что ничего от нас не утаили, но прошу сохранить разговор в тайне, — продолжала я инструктировать боярское семейство во главе с Ротмиром Родановичем. — Я тоже со своей стороны гарантирую вам конфиденциальность полученной от вас информации.

Девчонки дружно закивали, обрадованные тем, что данная неприятная для них история не выйдет за пределы горницы. Баба Яга сняла ворожбу с хозяина дома, он сердито на нее покосился, но высказывать претензии благоразумно не стал. Приобнял зареванных дочек, продолжил разговор.

— Я так понимаю, что потолковать мне с этим Прохором не дадут?

— Извини, Ротмир Роданович, за грубость с моей стороны, — начала свой ответ баба Яга, — не хотела я тебе обиды наносить, да уж больно ты ретив. И Прохора тебе на расправу мы отдать не можем. Рады бы, да здоровье Елисея от окаянного зависит. Но ты не волнуйся, накажем мы его обязательно.

На том и сошлись.

Откланявшись, мы вышли с боярского двора. Погода радовала, был теплый летний вечер. Уставшие, но довольные мы побрели в