"Фантастика 2026-132". Компиляция. Книги 1-21 - Сергей Анатольевич Панченко

тот ему: «Информация еще не обработана. Провожу сравнительный анализ выходных диаграмм». Проходит еще три или четыре часа, последние минуты обороны. Горстка мертвецов сдерживает противника на последних рубежах у штаба, кто еще стоит на ногах – как минимум без руки, а то и без двух. Над головой носятся аэропланы, заливают все газом, засевают бомбами, тяжелая артиллерия утюжит тылы, перекапывает все вверх дном. Тоттмейстер опять к своему аппарату, ждет спасительного совета. Ну тот ему, как и прежде, ожидайте, мол, окончательного ответа, высчитываю вероятности в рамках новой тактической концепции. Ну и финита ля комедия, как говорят лягушатники. Или итальянцы?.. Да неважно. Сметают последний заслон, рвут на части уцелевших мертвецов, окружают штаб, где только тоттмейстер и уцелел. Он баррикадируется изнутри, отстреливается из «парабеллума», пока не остается пара патронов... И тут ЛМ и говорит: «Мейстер, я нашел решение для этой ситуации». «Какое же?» - устало спрашивает тот. «Исходя из анализа сложившихся факторов и общей диспозиции, я бы рекомендовал вам застрелиться».

Ланг сам засмеялся, громко и искренне, несколько нарушив эффект своего анекдота. Дирк улыбнулся.

- Этот анекдот тебе дешево продали, Ланг. И уж точно этого не было в действительности.

- Что ты имеешь в виду?

- Под Брюсселем Чумной Легион потерял только одну роту, «Беспокойных Покойников», и ее командир, тоттмейстер Шредер, вовсе не застрелился. К тому моменту он уже истратил все патроны. Он действительно остался единственным уцелевшим из всей своей роты, но когда французы приблизились к нему, предлагая сдаться на их милость, лишь усмехнулся и сказал: «Ну наконец-то. Извините, господа, вынужден вас оставить. Но обещаю занять для вас всех места и терпеливо ждать». После чего поднял нескольких мертвых французов – и те выстрелили в него из винтовок. А его тело после смерти лягушатники разрубили на тридцать три части, некоторые сожгли, другие утопили в ближайшем болоте. Мертвый тоттмейстер пугал их не меньше, чем живой…

- Может, это было и не под Брюсселем, - предположил Ланг, - К тому же, если все было так, как ты говоришь, откуда известны его последние слова?

- Не знаю. Может, и выдумка все это.

- То-то же. Но вот что правда – ни единого тоттмейстера лягушатникам захватить так и не удалось. Ладно, забудь ты про этого железного болвана. Иногда мне кажется, мейстер держит Морри здесь только лишь для того, чтобы он вел его домашний бюджет да рассказывал занятные истории времен Бурской войны.

- ЛМ редко ошибаются, - все-таки заметил Дирк. Он все еще чувствовал неловкость перед молчащим «Морриганом», - Другое дело, что их выводы редко кому нравятся. Или, что бывает еще чаще, их достаточно сложно понять.

- Посмотрел бы я на тебя, - вздохнул Ланг, - Если бы тебе сразу после рождения отрезали голову, а мозг запихнули в баллон с физиологическим раствором, после чего квалифицированный тоттмейстер на протяжении нескольких лет занимался твоим обучением, выбрасывая все человеческое, что заложено Создателем и оставляя только холодную математическую логику… Ладно, я сам хорош, тоже о грустном речь завел. Между прочим, поздравляю тебя. Слышал, двух магильеров французских прибрал?

- Было дело.

В другой момент Дирк не преминул бы рассказать всю историю, но сейчас пережитое напряжение давно прошедшего боя давило на него, и вспоминать подробности не было никакого желания.

- Не скромничай, Дирк, нет нужды. Редко кому удается такой номер. Моя рота вот, например, ни одного не нашла. Так, офицерики штабные… Один, представляешь, увидел нас да с перепугу вместо того чтоб в лоб мне револьвер разрядить, бросил оружие, выставил перед собой нательный крест и попер, как полоумный, распевая что-то на латыни. Не иначе, надеялся изгнать меня обратно в ад. Полоумные святоши… Нет, магильеров на нашем участке не было ни души. Признаться, даже жаль. Давно не ломал шеи французским магильерам. Йонеру повезло больше, тоже пару нашел. Но один был на последнем издыхании, его шрапнелью прихватило, так что даже не сопротивлялся. А второй успел только трех поджарить, прежде чем ему голову оторвали. А, еще люфтмейстер ребятам Крейцера попался. Штабной связист, не иначе. Тот от страху совсем рехнулся, как увидел «Висельников», попытался в воздух подняться. Ливе… Лере…

- Левитировать, - подсказал Дирк.

- Да, точно. Далеко не отлевитировал только. У Крейцера парни простые, магильерских фокусов не понимают. Пальнули ему в живот из дробовика – ну и левитировал он в дальнейшем отдельно от своих внутренностей, да и недолго… Всем вчера повезло, кроме меня. Мало того, что господ магильеров не нашел, так еще и сам пулю в живот получил. Какой-то подлец из винтовки продырявил, улучил момент. Просто чудом позвоночник не перебило, а то бы, сам понимаешь, я тут не стоял. Вышло из спины – фьють! – Ланг ткнул себя пальцем повыше пряжки ремня, - Я даже сразу не понял, что случилось.

- Сходи к Брюннеру, -посоветовал Дирк, - Заодно послушаешь про нос.

- Нос? Какой нос? Ерунда какая-то – нос… И не пойду я к нему. Брюннер – проклятый коновал, только и годный чтоб подушки набивать. Одному моему ефрейтору в бок снаряд малокалиберный на излете попал. Пополам не разорвало, но все, что внутри умещалось – вылетело, как мелочь из копилки. Так этот твой Брюннер его залатал и чтоб, значит, сохранить, как он выразился, привычную массу тела, внутрь булыжников положил. Так ефрейтора до сих пор Погремушкой кличут – когда бежит, внутри него камни перекатываются и стукаются… Нет уж, лучше сам справлюсь. Господь, как же хочется кофе… Мейстер опять пил, запах чую… Хороший кофе, турецкий что ли. Сейчас ведь кофе толкового не найдешь, сплошь желуди молотые или что они еще туда сыплют…

- Где? Здесь?

Запаха кофе Дирк не ощущал. В окружающем его многообразии самых разных запахов, от едва ощутимого порохового смрада до едва ощутимого кисловатого аромата мокрой латуни терпкая кофейная нотка отсутствовала.

- Ну да. Вон и кофейник горячий стоит, - кивнул Ланг, - Не чувствуешь?

- Нет, - сказал Дирк, стараясь выглядеть безразличным, - Не замечаю.

Взгляд Ланга, легкий, с извечной хитринкой, вильнул в сторону, с фальшивым интересом уставившись на змеящиеся телефонные кабеля.

- Ну… это ничего, - сказал он наконец, - Ерунда, в самом деле. И, к тому же, ты постарше меня будешь… Года на пол, кажется.

- Примерно.

- Ну так ничего странного. Удивительно то, как ты еще прочие запахи разбираешь. Да и к чему