Бюро магической статистики 3 - Галина Дмитриевна Гончарова

Зеев привычно поклонился.

— Повинуюсь, повелитель.

Он и правда все уничтожит. А через пару лет уйдет со службы. Но загадка эта будет мучить его до конца дней.

Что же там было такое — в горах?

Что нашли его люди?

Можно ли было все изменить?

Зееву нестерпимо было осознавать, что он проиграл — и с ним весь Доверн. Боги сказали свое слово… только вот людям оно не понравилось. Впрочем, долго он не мучился, наверное. И полугода не прошло, как в его доме вспыхнул пожар, да такой, что погасить его не удавалось несколько дней.

Зеев погиб, погибли и несколько его людей, а слуги и рабы практически все уцелели. Успели выскочить. А от Зеева и косточек не нашли. Хорошо горело, ярко, жарко…

Авид прожил чуть подольше, но не слишком намного. Ходили даже слухи, что его отравил собственный сын.

А что? Зеев ушел, новый начальник разведки был предан уже сыну, а не отцу, а еще отец постоянно лез с ценными советами. Требовал прислушиваться, командовал, не давал и шагу ступить…

С прямого согласия — или с молчаливого попустительства, кто знает? Если кто и догадывался, то старались промолчать.

Авид не знал этой фразы, но мог бы вполне произнести ее сам.

Горе побежденным.

* * *

Совершенно случайно, по чистому совпадению, обвалы похоронили еще два десятка пограничных постов в Доверне. А на пару шахт вообще сошла лавина.

Не сразу, не в один день, и даже не за месяц, но Дамиан же так и говорил — месть подают холодной. Нагрузка душевно ложилась на бюджет Доверна, гибли люди, терялись доходы…

Но Эллара тут точно не при чем.

А письма…

После первых пяти писем Дамиан отказался от этого ребячества. Он сделает, а Авид Доверн пусть гадает, человек это ему так «помог» или природа. Дамиану же лишняя известность ни к чему. Их с Элисон устраивала и тихая месть. Тут главное не объявление, а результат.

Результат был отличным. Но Дамиан точно знал, довернцам он не простит. Вот сколько проживет, столько и будет соседям пакостить, и зла от них ждать, и детям-внукам закажет…

Никакого мира! Никакого доверия и добрососедских отношений!

Наверняка, в Доверне есть и люди, но вот Авид Доверн и Зеев Баас с точки зрения Дамиана были не люди, а сволочи. И прощать он им ничего не собирался.

Вместо эпилога.

Небольшая палатка на склоне горы. Удобная и уютная.

Рамбиль неподалеку.

И в рамбиле удобно устроились три кошака. Кот, кошка и котенок, которого уже можно назвать подросточком. А что?

Осень, дожди, скалы мокрые, а рамбиль под тентом, сухой, уютный… кресла мягкие, покогтить их удобно. Кто-то против?

Вот уж на это котам — хвостом!

Им захотелось, и они будут спать тут. А с утра еще и за рыбкой придут.

Робин отлично ловил рыбку в ручье, прямо руками. Магу воздуха это несложно. Они с Лисси тут уже шестой день отдыхали от всех.

Левенсберг гулял, и молодоженов поздравляли все, кому не лень, а им хотелось побыть вдвоем. Риберто проще, его величество мудро уехал в столицу, а вот молодожены остались. И те, и эти…

Зато из столицы прикатил его высочество Дамиан. Как ни странно — Элисон приехала обратно вместе с ним. Влюбленным родителям было решительно не до детей! Они взрослые уже, как-нибудь себя займут ненадолго.

Дамиан и занял.

Принялся командовать строительством лаборатории, побывал на месте происшествия, чуть не попал под лавину. Элисон сопровождала его везде, словно тень. Как она потихоньку призналась Ларисии, ей просто интересно. Да-да, интересно, весело, любопытно, рядом с Дамианом постоянно что-то происходит, и она ему может быть полезна, как ментат. А какой у него шикарный скелет Дон! Он в карты играть умеет!

Дамиан, кажется, тоже был не против.

Пока говорить о чувствах было роскошью, но кто знает, что будет дальше?

Пока и Робин с Ларисией сбежали от всех.

Но романтика, котики и прочее не помещали женщине работать, так что с утра Робин застал ее у костра. Она сидела, держала в руках толстую тетрадку и что-то писала в ней.

— Лисёнок?

— Да, Роб?

— Чем занимаешься?

Ларисия отвела глаза.

— Ну…

Робин вгляделся в символы, и они показались ему странно знакомыми.

— Погоди. Только не говори, что ты…

— Не буду, — согласилась Ларисия. — Я же ментат, все, что я помню, я могу в любой момент и извлечь из своей памяти.

— И построить такое же?

Ларисия замотала головой.

— Нет, что ты! Возможно, поизучать, что-то применить, но построить такое же — точно нет! Это не в наших силах, не наш уровень знаний.

— Но ведь кто-то же смог?

Ларисия пожала плечами.

— Когда я была там… мне кое-что бросилось в глаза. Скажи, ты знаешь довернский? Не простой, а старый, там, где они еще пиктограммы использовали?

— Н-нет.

— А я вот интересовалась. И мне кажется, что есть определенное сходство.

— И… это построили довернцы?

— Не знаю, Робин. Вроде бы они не местные, пришли откуда-то. Могли они это сделать? Или просто знали куда им примерно идти? Все возможно. Я бы склонялась к мысли, что у них, много веков назад и правда произошла какая-то катастрофа, в результате которой они поголовно лишились магии. И шли сюда в надежде найти вот этот источник. Но что там случилось? Может кто-то, обладающий знанием, умер. Может, решил, что его народ недостоин магии. Я не знаю, Роб, я просто не знаю. Я буду все это изучать, но это — надолго. Может, на всю нашу жизнь.

Робин порадовался слову «нашу», и решил, что потерпит. Хотел бы жениться на дуре — вернулся бы к Саре, ту и упрашивать не придется, поди. А он полюбил Лисёну, так что…

Привыкай, дружище.

Может, она и рожать-то с книжкой будет!

— Я думаю, мы разберемся, Лисси. Рано или поздно…

— Может, я что-то смогу сделать на основе этой рунной магии. Если ты заметил, там вся порода была с вкраплением леония. Но в природе такого не встречается. Значит, ее можно как-то получить искусственно?

— Почему нет? Это серьезная тема для исследований.

Лисси кивнула.

— Это надолго, на всю жизнь, а то и потомкам хватит, но если мы