Фантастика 2026-159 - Анна Сергеевна Платунова

Расплатившись, я огляделся по сторонам и поднялся по лестнице на второй этаж. Дверь мне открыл Лёня.

— Когда это случилось, и почему ты в курсе, а я — нет?

— Вера Гавриловна боялась, что Настя узнает, а потому позвонила мне. Ну, а я примчался сюда, как только смог.

— Спасибо!

— Брось, это элементарные вещи, которые я могу сделать, — отозвался брат.

Вера Гавриловна сидела рядом с телом умершего мужа и тихонько плакала. Она уже успела немного успокоиться и взять себя в руки, но успокоительная волна ей не помешает.

— Володя оставил письма для каждого из нас, — неожиданно произнесла она, протянув мне одно из писем с моим именем на обратной стороне. — Он вообще много писал в последние дни, словно хотел успеть всё рассказать.

— Что рассказать? — удивился Лёня.

— Всё, что увидел за последнее время. Когда Володя понял, что конец близок и неизбежен, он отрешился от болезни и все силы пустил на попытки увидеть будущее, в котором его не будет.

Я открыл адресованное мне письмо и не смог сдержать печальной улыбки.

'Ник, если ты читаешь это письмо, значит, меня уже нет на этом свете. Не стоит меня жалеть, это пустое. Достаточно давно, ещё до первой встречи с тобой, я знал, что меня ждёт. Мой итог бы предсказуем. Но, знаешь, хороший провидец видит несколько вариантов будущего и следует тому жизненному пути, который выберет сам. Знаю, ты сомневался в моих способностях, но я действительно умел многое. Я видел единственный путь, в котором моя семья будет в безопасности, и этот путь подразумевал твою свадьбу с Настей. Но даже в таком варианте вас ждало множество проблем. Именно поэтому, пока было ещё не слишком поздно, я пришёл к тебе сам с просьбой завершить карьеру детектива.

Уверен, ты думаешь, что мог бы сделать больше, но это не так. Ты и так подарил мне несколько месяцев жизни сверх того, что было отведено мне в этом мире. Ни один другой целитель не лечил бы меня по такой методике, по которой сделал это ты. Я наладил отношения с дочерью, побывал на её свадьбе, увидел как она выходит замуж. Жаль, не успею понянчить внуков, но я и так сделал большее, чем мог. Благодарю тебя за это время. Теперь будущее Павловых и Шумских в твоих руках'.

Да, Шумский был хорошим предсказателем, хоть и не особо показывал свою силу. Внизу письма был небольшой постскриптум, который Владимир Евграфович дописал куда позже. Это сразу бросалось в глаза, потому как почерк был уже неровный, а чернила были темнее:

«Не отказывайся, когда друзья протянут руку помощи. Ты можешь обеспечить свою семью сам, но если хочешь добиться в жизни выдающихся результатов, иди в команде».

И что он этим хотел сказать? Пока что я не совсем понимаю ход его мыслей. Надеюсь, немного позже мне откроется истинный их смысл.

Ближе к утру прибыла бригада целителей, которая зафиксировала смерть и перевезла тело Владимира Евграфовича для организации похорон, Вера Гавриловна полностью вымоталась и уснула, а мы с Лёней вернулись домой. Мне казалось, что я совершенно не успел поспать, потому как уснул незадолго до рассвета, а встал всего через пару часов, когда солнце было уже высоко.

— Ник, всё в порядке? — забеспокоилась Настя, заметив моё выражение лица.

— Сон плохой приснился, — ответил я, не желая раскрывать истинные причины своего настроения.

— А я спала как убитая. Это всё Парацельс — он действует на меня, как снотворное.

— Просто сон помогает восстанавливать силы, которых тебе так не хватает…

Уже за завтраком стало понятно, что хранить долго секрет не получится. Да и Настя не простит нам с Лёней эту тайну, если узнает, что мы берегли её, поэтому я принял решение раскрыть карты.

— Я хочу сообщить важную новость, — произнёс я, переглянувшись с братом. — Настя, мы — семья, и всегда вместе переживали как радостные, так и тяжёлые моменты в жизни. Что бы я сейчас ни сказал, знай, что мы рядом и поддержим тебя…

— Папа? — вмиг догадалась девушка.

— Да…

— Когда? — выдавила из себя девушка, подавляя желание расплакаться прямо сейчас.

— Сегодня ночью.

Настя встала из-за стола и глядя в пол пробормотала нечто в стиле: «Простите, мне нужно побыть одной», а затем убежала к себе.

— Ник, побудь с ней рядом, — попросила мать, а я решил, что это действительно хорошая мысль.

Поднявшись в нашу спальню, я тихонько постучал и отворил дверь.

— Можно?

— Ник, я в порядке, — отозвалась девушка. — Я помню о ребёнке, просто… Это очень тяжело, и я не могу взять себя в руки.

Сев рядом, я взял жену за руку и прижал её к себе, дав возможность выплеснуть чувства, которые не могли удержаться глубоко внутри. Настя уже активировала успокоительную волну, чтобы обуздать эмоции и контролировать своё состояние, она не забывала заботиться о малыше и делала всё, что от неё зависело.

— Давай поедем к маме. Она сейчас там совсем одна, и ей тяжелее, чем всем нам, — попросила девушка.

— Может, заберём её к нам?

— Нет. Я понимаю, что дома всё напоминает об отце, но лучше побыть там. Хочешь — возьмём с собой Парацельса.

— Непременно возьмём, — пообещал я.

Прощание с Владимиром Евграфовичем состоялось на третий день. Церемония проходила у фамильного склепа Шумских, где хранились урны с прахом всех предков Владимира Евграфовича. Двенадцать поколений родственников, больше сотни человек, и сегодня он воссоединился с ними.

Провести хорошего человека в последний путь пришли десятки его друзей и знакомых: бывшие коллеги по работе, товарищи из археологического общества, соседи и просто люди, которым Шумский в своё время очень помог. Здесь же присутствовал и Вельский. Владислав Гаврилович стоял рядом с нашей матерью, а Лёня поглядывал на него с плохо скрываемым недовольством. Всё это время я практически не выпускал руки Насти и следил за её состоянием, но окончании церемонии целитель всё-таки улучил момент, чтобы переговорить со мной с глазу на глаз.

— Николай, я понимаю, что сейчас не самое подходящее время, но хотел бы вернуться к нашему разговору, — произнёс Вельский.

— Владислав Гаврилович, вы совершенно правы, сейчас совершенно не то время, чтобы говорить о работе. По крайней