Николай Второй сын Александра Второго - Сергей Свой

На аэродроме под Москвой тем временем учились летать будущие асы. Школа выпускала первых пилотов — молодых офицеров, отобранных из разных родов войск.

Я приехал туда в погожий осенний день. В небе кружили «Соколы», выделывая фигуры высшего пилотажа. На земле инструкторы объясняли курсантам устройство двигателя.

— Ваше величество, — встретил меня назначенный мной лично начальник школы Уточкин (знаменитый в будущем летчик), — рады видеть. У нас уже сто двадцать курсантов. Через полгода выпустим первых.

— Покажите, чему научились.

Уточкин свистнул. Через минуту три «Сокола» взмыли в воздух и начали показывать класс — пике, горки, виражи, имитацию воздушного боя. Один из самолетов, зайдя на цель, сбросил учебную бомбу, попав точно в круг.

— Отлично, — похвалил я. — Кто лучший?

— Лейтенант Иванов, ваше величество, — показал Уточкин на молодого офицера, вылезавшего из кабины. — Талант от Бога. Он мертвую петлю придумал — в воздухе петлю делает, на спину переворачивается.

— Покажи, — заинтересовался я.

Иванов снова взлетел. И через минуту в небе действительно произошло чудо — самолет описал полную петлю, оказавшись на мгновение вверх колесами, и выровнялся.

— Гениально, — выдохнул я, когда он приземлился. — Петля Иванова! Это войдет в историю.

— Спасибо, ваше величество, — поклонился лейтенант. — Я хочу, чтобы наши летчики были лучшими в мире.

— Будут, — пообещал я. — С такими, как ты — будут.

Сцена 9. Пулеметы и пушки

Но танки и самолеты требовали оружия. Новые пушки, новые пулеметы, новые снаряды. Этим занимался третий секретный завод — под Тулой, в старых шахтах, переоборудованных в цеха.

Главным конструктором здесь был Владимир Федоров — будущий создатель первого в мире автомата. Я дал ему чертежи автоматического оружия, опережающего время на полвека.

— Ваше величество, — Федоров разложил передо мной образцы, — вот то, что мы сделали. Автоматическая винтовка калибра 7,62 мм. Вес — 4 кг, магазин на 25 патронов, скорострельность — 600 выстрелов в минуту. Бьет на версту.

— Испытания?

— Провели. Надежность — 98%. Лучше, чем у любого пулемета.

— А это? — я указал на другой образец.

— Пулемет для танков и самолетов, — ответил Федоров. — Облегченный, с воздушным охлаждением. Тоже 600 выстрелов в минуту.

— Отлично. Сколько можете делать?

— Если завод запустить на полную мощность — до пяти тысяч винтовок в месяц. Пулеметов — до тысячи.

— Мало, Владимир Григорьевич. Война съест миллионы патронов и тысячи стволов. Разворачивайте производство. Еще один завод под Екатеринбургом. И еще один под Иркутском.

— Будет сделано, ваше величество.

Я смотрел на оружие и думал о том, сколько жизней оно спасет. И сколько — отнимет. Но выбора не было. В мире зверей нужно быть самым сильным зверем.

---

Часть 4. Тени и призраки

Сцена 10. Немецкие шпионы

Лето 1900 года. В Петербурге стояли белые ночи, но в кабинете императора было темно от штор. Пантелей стоял передо мной с мрачным лицом.

— Ваше величество, плохие новости. Немцы что-то пронюхали.

— Подробнее.