"Фантастика 2026-76". Компиляция. Книги 1-35 - Константин Николаевич Буланов

а глаза сверкали решимостью и, пожалуй, даже озорством. – Я оставлю всё как есть. Пусть все знают, что ваши дочери не из робкого десятка и что завоевать их внимание нелегко. Эта зеленая макушка – мой символ гордости и напоминание о том, что лейна Амели не только прекрасна, но и обладает острым умом и сильным характером. Я буду носить этот цвет как знак чести, пока не докажу ей искренность своих намерений.

– Он просто отпугивает потенциальных конкурентов, – хмыкнула Лорен, с неожиданным уважением взглянув на улыбающегося Рейнара. – Весьма умно, должна признать.

Козы тем временем начали разбредаться по двору, проявляя живой интерес ко всему, что можно было объедать, жевать или просто исследовать. Одна особенно любопытная особь с величественными витыми рогами уже подбиралась к кадке с молодым деревцем, которое Амели недавно посадила у входа в сад.

– Что ж, полагаю, нам стоит обсудить детали размещения стада за ужином? – предложила я, наблюдая, как пастухи пытаются собрать разбредающихся животных обратно в группу. – Дори наверняка уже приготовила достаточно еды, а ваши люди, должно быть, устали с дороги.

– Отличная мысль, – с энтузиазмом согласился лейр Хэмонд, и в его глазах мелькнуло что-то, похожее на предвкушение. – У меня есть несколько идей по поводу того, как лучше организовать загоны и пастбища. Ваше поместье расположено идеально – и близость к холмам, и защита от северных ветров, и достаточно пресной воды.

Пока мы направлялись обратно к дому, я не могла не заметить, что Рейнар не отходит от Амели ни на шаг, готовый подать руку или поддержать при малейшей необходимости. А моя младшая дочь, всегда такая сдержанная с незнакомцами, казалось, не возражала против этого внимания. Она даже позволила ему помочь ей подняться по ступеням крыльца, слегка опершись на его предложенную руку.

Лорен, шедшая рядом со мной, наклонилась и шепнула мне на ухо, так чтобы никто больше не услышал:

– Кажется, зеленоголовый похититель имеет больше шансов, чем я думала. Амели никогда не позволяла незнакомцам прикасаться к себе. А еще она три раза улыбнулась, пока мы шли к дому. Три раза, мама!

Я лишь кивнула, наблюдая, как Амели украдкой бросает взгляды на зеленую макушку своего настойчивого поклонника. Возможно, в этом странном происшествии с похищением было что-то большее, чем просто нелепая случайность или старинная традиция. Возможно, это было начало чего-то нового – для моей отважной и доброй Ами.

Глава 26

Сумерки медленно опускались на поместье, окрашивая старые стены в теплые оттенки янтаря и умбры. Я сидела в видавшем виды кресле у окна в своей комнате и наблюдала, как последние лучи солнца золотят кроны деревьев и поблескивают на витых рогах коз, которых наконец-то загнали в импровизированный загон, сооруженный из старых досок и веревок, снятых со стропил заброшенного сарая. Животные, уставшие после дневных приключений и исследований наших владений, покорно улеглись на свежую траву, создавая причудливую мозаику из белых, серых и пятнистых клубков шерсти на фоне темнеющей зелени.

Размышляя о неожиданном повороте событий, я невольно улыбнулась, ощущая странную смесь тревоги и надежды. Кто бы мог подумать, что мы, бежавшие из Лавении с пустыми руками, гонимые несправедливым обвинением, вдруг окажемся владельцами ценного стада, стоимость которого исчислялась в сотнях золотых? Это был неожиданный подарок судьбы, пусть и доставленный весьма необычным способом. Однако вместе с ним пришли и новые хлопоты – нам требовалось обустроить место для животных, найти надежных пастухов, знающих особенности ухода за этими редкими созданиями, и, конечно же, решить, что делать с настойчивым ухажером Амели, чья зеленая лысина виднелась сейчас во дворе, когда он помогал закреплять ограду загона.

Мои размышления прервал тихий, но настойчивый стук в дверь, за которым последовал знакомый голос Дори:

– Госпожа, ужин готов. Все уже собрались в столовой. – В ее тоне слышались нотки гордости, словно этот ужин был особенным событием, к которому она долго готовилась.

– Иду, Дори, – ответила я, поднимаясь с кресла и расправляя складки на платье из тонкой шерсти – последнем приличном наряде, который у меня остался. Ткань, некогда роскошная, теперь местами потускнела и истончилась, но все еще сохраняла благородный вид. Окинув цепким взглядом свое отражение, я заметила, что прядь седых волос выбилась из прически, и аккуратно заправив ее обратно, покинула комнату.

Спустившись по скрипучей лестнице, я обнаружила необычную картину, заставившую меня на мгновение замереть в дверях. В столовой, где еще вчера был только длинный дубовый стол, окруженный разномастными стульями, спасенными из разных комнат дома, теперь горели свечи в серебряных подсвечниках с тонким узором из морских ракушек по бокам. Их мягкий, тёплый свет отражался в начищенных медных блюдах, создавая атмосферу почти забытой роскоши. На столе красовалась скатерть из тонкого льна с искусно вышитыми по краю морскими коньками, выполненными серебряной и голубой нитью. Откуда они взялись, оставалось загадкой, но явно были частью необъявленных даров Рейнара.

За столом уже сидели Амели, чьи светлые волосы были собраны в аккуратную косу, Лорен, на удивление надевшая платье вместо бриджей для верховой езды, и Говард, непривычно торжественный в парадной рубашке. Рейнар и лейр Хэмонд, оба переодевшиеся в чистую одежду, стояли у окна, выходящего на море, негромко беседуя о чем-то, судя по жестам, связанном с расположением пастбищ. Хэмонд указывал на холмы, видневшиеся вдалеке, а Рейнар задумчиво кивал, время от времени бросая быстрые взгляды на Амели. При моем появлении они тут же прервали разговор и повернулись, расплываясь в приветливых улыбках.

– Лейна Элизабет, – лейр Хэмонд галантно поклонился, и его серебряная сережка тускло блеснула. – Надеюсь, мы не доставили вам слишком много хлопот своим внезапным вторжением.

– Всякий гость – благословение дома, – ответила я с легкой улыбкой, занимая место во главе стола и расправляя на коленях льняную салфетку, отмечая тонкость ткани и идеальную белизну полотна.

И только лейр Хэмонд и Рейнар устроились на своих местах за столом, Рут и Тина, обе в чистых передниках с кружевными оборками, начали вносить блюда, у всех присутствующих непроизвольно потекли слюнки. На столе появились глубокие миски из светлой глины с наваристым супом, где плавали кусочки нежной морской рыбы, мягкие водоросли, румяные пироги с мясом и грибами, края которых были искусно защипаны узором в виде переплетающихся колосьев, блюдо с запеченными овощами, от которых поднимался пар, пахнущий чесноком и розмарином, и даже кувшин с темно-рубиновым вином, отсвечивающим гранатовыми искрами.

– Еще раз хочу извиниться за столь внезапное появление, – проговорил Рейнар, когда все начали трапезу, аккуратно отламывая куски свежеиспеченного хлеба. Его зеленая лысина в свете