"Фантастика 2026-98". Компиляция. Книги 1-30 - Андрей Волковский

охранок навешали. Этому оболтусу с голым задом можно в крещенские морозы в проруби купаться, поди, даже насморк побоится пристать. А как мой Ванюшка - чужой ребенок, то и простого пригляду будет достаточно.

Так, не о том надо думать! Рассказ Тихона подтверждает версию, что злоумышленники сначала убедились, что мы ушли из царского терема на допрос Прохора, усыпили мальчишек. Для того чтобы выманить охранника от дверей напоили обоих отравленным квасом. Как только не сговоренный охранник покинул пост, злоумышленники вынесли моего спящего ребенка. После Ванюшка скрытно вместе с кощеевым посольством был переправлен в соседнее государство, возможно, вместе с Истой и Ириной. Интересно, а Марфа тоже у Кощея Бессмертного гостит? Хотя, для нее это будет полезно. Отобьет желание рассматривать в качестве будущих мужей исключительно царевичей.

- А ты что кумекаешь о случившемся, Тихон Игнатьевич? – спросила баба Янина.

Старший стрелец пристально посмотрел на спину Любомира и долго молчал.

- За своего стрельца Кулему я голову на плаху положу, - был нам ответ.

Достойный ответ, да только он не гарантирует мне, что Кулема не выкрал моего Ванечку по твоему приказу, а ты его не прикрываешь. Я оглядела внимательным взглядом наше войско. Дружинники, ехавшие в охранении, внимательно оглядывали окружавший нас ландшафт. При этом, подчиненные воеводы незаметно и аккуратно окружили конников, и у тех уже не было возможностей для неожиданных маневров. Хитер боярин, ох, хитер! Сам воевода вместе с Любомиром и бабой Ягой чинно ехали во главе нашей колонны и неспешно о чем-то беседовали. Возможности послушать, а уж тем более присоединиться к их беседе не было. Трясло нещадно, мои бедные органы в брюшке перемешивались, как бочонки лото в мешочке. Я схватилась за  бортик телеги и прикрыла глаза, глубоко вдыхая через нос и выдыхая через рот, пыталась справиться с дурнотой.

- Ничего, - успокаивала я себя. - Еще полдня, и на земельке отлежусь. Земля плоская, не шатается. Блин, тяжело ехать на колесах без амортизаторов. А я еще наши отечественные «тазики автовазовские» погремушками обзывала! Все познается в сравнении. И, если брать в расчет везущую меня телегу и самую заезженную нашу девятку, то я выберу наш АвтоВАЗ. Там хоть можно пристегнуться ремнем безопасности и гарантированно тебя не выбросит из транспортного средства. Перед глазами уже стали расплываться темные круги, но я, стиснув зубы, заодно, чтобы ими не щелкать, стоически продолжала молча ехать.

- Машенька, ты чего там бубнишь? – спросила меня Янина.

- Да, ахинею про отечественное машиностроение, - усмехнулась я.

- Ась? – не поняла меня старушка.

- Маша, ты себя как чувствуешь? – неожиданно услышала рядом голос Святояра.

- Кажется, бредить начала, - ехидничала бабулька

- Вполне употребимо, - скривилась я.

- А по зеленому цвету лица и не скажешь, - пошутил воевода.

- Это ты ту часть тела, на которой мы сидим, еще не видел, она вообще синяя, - поддержала юмор баба Янина.

Святояр внимательно прошелся по моему подпрыгивающему на каждой кочке телу и прокричал:

- Привал!

Наша телега резко затормозила, и нас с бабой Яниной дружно кинуло на Тихона.

- Что ж ты, криворукий, творишь? Али с лошадью никогда не управлялся? - накинулась на него баба Янина.

При нашем торможении я аккурат впрыгнула в гостеприимные объятия Тихона, а баба Янина основательно припечатала меня к старшему стрельцу. При этом под тяжестью субтильной старушки, я даже рукой не могла пошевелить, чтобы отодвинуться. А вот Тихону все очень нравилось. Он одной рукой крепко прижал меня к себе, обняв за талию, а второй чувственно поглаживал меня по руке от плеча к локтю. От такой наглости я даже растерялась. И это все на глазах у Святояра, подмышкой которого я провела вчера полдня и полночи, а так же рыдала в жилетку. Я смотрела на воеводу большими перепуганными глазами и имела огромное желание громко кричать: «НЕ ВИНОВАТАЯ Я! ЭТО ОН ВСЕ САМ!» Хотя сознание предательски отмечало и нежность рук, и пылкость объятий, и мое сбившееся дыхание, и желание придвинуться к стрельцу теснее и поудобнее устроиться на его коленках. Тпррууу, буренка! Что-то ты не в ту степь поскакала. Еще чуток, и ты прям  при Святояре, дружинниках, конниках, стрельцах, бабульках и романтичном оболтусе на Тихона взберёшься и «девичьей» чести его лишишь. Что-то я раньше за собой такой сексуальной распущенности не наблюдала!

- Святояр, не стой столбом, лучше помоги из телеги выгрузиться, - раздраженно скомандовала я.

Воевода, быстро соскочив с коня, отдал поводья смущенному Елисею и подбежал к нам. Махом оторвал от меня бабу Янину и поставил, шатающуюся ее, на землю. Та только ойкнуть успела. Потом повернулся ко мне и, вырвав из рук старшего стрельца, отошел подальше от телеги. При этом не сводил злых глаз с Тихона, в них читалось предупреждение. Я тихонечко сидела на руках у воеводы и делала вид, что ничего не происходит. Откровенно говоря, на ручки мне попадать приходилось нечасто, вернее есть какие-то смутные воспоминания из глубокого детства. На этом - все. Святояр меня держал легко, как перышко, при этом крепко прижимая к груди. Я обнимала его за шею и ощущала маленькое счастье. Мне все нравилось. Вдруг мой взгляд столкнулся с колким прищуром Любомира, и я сразу устыдилась своего счастья. Действительно, мне сына спасать из лап Кощея Бессмертного надо, а я буквально по мужским рукам пошла, да еще и сравнительным анализом пытаюсь заниматься.

- Святояр, поставь меня, пожалуйста, на землю, - смущенно обратилась я к воеводе.

Он повернул голову к моему красному от смущения лицу, поймал взгляд, нахально подмигнул и поставил на землю.

- Что ж ты, охальник, творишь, да еще и перед дитем малым? - кивая на внука, возмущалась баба Яга.

- Ваше дите малое собственного отца, нашего государя, свергнуть агитирует, и это ему с рук сходит, - оправдывался старший стрелец. - А я всего лишь бабу Янину и Машеньку вовремя поймал, не дав на землю упасть и расшибиться. Но вместо благодарности слышу в свой адрес одни поругания.

- Благодарствую, Тихон Игнатьевич, - насмешливо поклонившись, процедила я нашему «спасителю». - Только в следующий раз, не дай бог, с тобой рядом оказаться! При подобных обстоятельствах я предпочитаю валяться на земельке!

Ко мне подошли бабульки, покачали головами и повели за кустики, чтобы, так сказать, оправиться. На  полпути к оным я не удержалась и обернулась. Святояр и Тихон о чем-то напряженно разговаривали. При этом вид у