Из искры возгорится пламя - Александр Александрович Бестужев-Марлинский

– Сдавайтесь, храбрецы! Император будет рад видеть вас у себя в гостях…

– Русские не сдаются! – на французском же бросил поручик Розен…

Следующие пять минут мы готовились к смерти, обнимались, кто-то молился, а штабс-капитан Толстой торопливо раздавал бутылки клико из походного погребца. Потом вновь подъехал парламентер, махнув рукой в сторону Петербурга, произнес уже на русском:

– Тогда вот вам путь, северные львы!

И вот наш славный полк, чье знамя целовал Александр Павлович и называл спасителями армии и чести русской, был так оскорблен!

Я не мог простить этого и лишь надеюсь, что Бог простит меня за то, что я сделал…

П. С. Мишин, «Мемуары ссыльного».

«Очерки Второй Русской Смуты», т. 3, 1878 год. Издание Русского исторического общества имени Е. И. В. Михаила Спасителя.

* * *

– Нет! – ответствовал Ваня Васильчиков.

– Гадок ты, точно сто крокодильчиков!

Оттого тебя, царскую гадину,

Я сейчас порублю, как говядину…

С. Корнейчук, «Сказ том, как царя Николу свергали».

Издательство Детская литература, 1930 г. (10-й год 2-й Российской Республики).

Декабристские страницы

Александр Бестужев (Марлинский)

Объявление

От общества приспособления точных наук к словесности

Общество приспособления точных наук к словесности, имея постоянною целью усовершенствование книгоделия в России, по всем отраслям сего ремесла, в художественном и механическом отношениях, предлагает всем и каждому на решение следующие задачи:

1-я задача. Так как признано и доказано, что вся туманная поэзия нынешняя есть не что иное, как пары наводнения, затопившего удолия русского Парнаса незадолго пред сим, то математическими выкладками определить время, в которое испарение сие должно окончиться при обыкновенной температуре внимания публики.

При оном не оставить исследовать:

a) Почему туманность сия, столь ложно выдаваемая за романтизм, лишена способности преломлять луч воображения цветами радуги?

b) Почему, охлаждаясь в чернильные капли, она становится даже безвкуснее пресной воды, из коей произошла возгонкой?

c) Почему, вопреки законам акустики, пары сии передают звон необыкновенно громко?

2-я задача. В веке нашем, который по чести можно назвать паровым, пары всех родов играют важнейшую роль. Водяные, например, пущены в извоз, в поденщину, всюду. Они варят нам картофель, моют наше белье, бросают бомбы и кидают железными пальцами ткацкий челнок; они катают нас по морю и по суше, печатают газеты, шьют сапоги, и, вероятно, если б не вооружились английские работники из ревности, то мы бы скоро увидели паровых жен и мужей. Винные пары, в свою очередь, по новейшим открытиям есть великий двигатель в словесном, гражданском и политическом мирах. Какая сатира, какая поэма или книга, шалость или ссора, государственная перемена или тайный заговор производятся ныне без вина? В России особенно ни один талант, не говоря уже о гениях, не может существовать без этого сгораемого. Впоследствии сего общество, ограничиваясь одною словесностью, желает знать для хозяйственных соображений: сколько и какого рода вина, водки или полугара потребно для произведения, например, поэмы, стихотворной повести или известного вида прозаического сочинения? Притом подробно исследовать:

a) Какого рода напитки наиболее свойственны романтизму и какие – классицизму; равно, какое имеют влияние напитки разных стран на местный колорит, то есть не нужно ли шампанского для записок о Франции, портера – для выражений английского юмора, аликанте – для испанской ревности и родимого меду и ржаного молока, чтобы одушевить себя в русских повестях? Равномерно сделать археологическое изыскание: какое вино ближе всех подходит к тому, которое пили Гомеровы герои, чтобы в выделке трагедий не потчевать зрителей французским сидром, как доселе у нас водилось. Для Средних веков составить приблизительный готический напиток, а для нынешнего века – какой-нибудь крепкий травник-космополит.

b) Определить степень силы вина, превращенного в пары, приняв в рассуждение крепость мозга и темперамент сочинителя: натощак и после еды. Очевидно, что подобные логарифмы принесут немалую пользу людям, занимающимся словесностью, когда они вперед будут замерены, что от известного количества и качества подливки неминуемо будет произведено столько-то и такой-то доброты стихов или прозы, по желанию.

3-я задача. Изобрести орудие, вроде астролябии, для измерения плоскостей русской словесности и неизмеримых ее пустырей, пустопорожних мест и тому подобного. Для опыта съемки до́лжно подвести под тригонометрическую сетку по крайней мере один новый роман или в замену его – дюжину альманахов. Машина сия предназначается для г-д близоруких, пишущих обозрения отечественной словесности.

4-я задача. Найти химического противодействователя (reactif) для мгновенной осадки немногих капель мыслей, здравого смысла или остроты (буде оная случится) из любой модной поэмы, чтобы критик мог с точностью сказать, находится или нет достойное чтения в этой влаге, пресыщенной пустословием. Этот же процесс будет служить доказательством делимости русского ума, так что один удачный стих, счастливый оборот или свежее слово окрашивают занимательностью сотни страниц.

5-я задача. Определить удельный вес оригинальных, подражательных, поддельных и просто выкраденных мыслей, описаний и проч., так, чтобы читатель, погрузив данное сочинение в известную жидкость, как Архимед корону Дионисия[19], мог с одного взгляда узнать, к которому разряду принадлежит оно в целости или по частям. Само собой разумеется, что сюда не принадлежат вещи, которые по чрезмерной тонкости своей неосязаемы чувствами или так тяжелы, что неподъемны человеческой силой, как, например, русские рассуждения о романтизме[20], и проч., и проч.

6-я задача. Назначить по тщательном испытании, во сколько времени звон падающих монет может заставить охрипнуть совесть критика, журналиста, историка и тому подобных. Скоро ли он заставит ее молчать вовсе и наконец начнет говорить похвалы вместо правды? Заметить, на какое сложение более действует звук серебра, золота или платины и не имеют ли перстни, часы, шали и прочие дорогие вещи магнетического свойства, привлекающего к себе самое железное бескорыстие. К сему прибавить статью: о влиянии устриц и шампанского на русскую сцену, о необходимости званых столов для поддержания мира между тучными головами и пустыми желудками и, наконец, о промене взаимного хваления с придачею, или ухо-на-ухо. Все это предназначается в пользу литераторов-богачей, сочинителей водевилей сам-пят и т. п.

7-я задача. Назначить, к какому роду пресмыкающихся принадлежит чудное для нашего времени явление, вероятно выползшее из развалин XVIII века: похвальные творения г-д Н. Н. и X. X. Равномерно, к какому разряду насекомых причислить до́лжно шести– и осьминогие стихи поэтов, коих список приложен на обороте, и разыскать, из чего составлены окаменелости, образовавшиеся в мозгу г-на Г. Г. Все это послужит к немалой выгоде занимающихся натуральною историей словесности; особенно последняя статья необходима для подбирателей классических мозаик и писателей,