"Фантастика 2026-182". Компиляция. Книги 1-31 - Татьяна Петровна Крылова

сидят в окопах годами, а исключительно мобильная и быстрая. Поэтому ставку мы сделаем не на медлительные и неповоротливые пехотные корпуса и дивизии (как это было в прошлый раз, в 1904−1905-м годах), а на автобронетанковые бригады и конно-механизированные группы. То есть на соединения, которые смогут двигаться с большой скоростью и проходить за день до восьмидесяти-ста верст. Пока японцы будут ждать нас в одном месте, мы окажемся совсем в другом — у них за спиной. Грядущая кампания будет, как говорят военные специалисты, противостоянием моторов — у кого их окажется больше и лучше, тот в итоге и победит.

У самураев, разумеется, есть своя техника, но она хуже нашей, что уже ясно и четко доказали бои у Халхин-гола. Она в основном была скопирована с европейской (или же просто куплена у западных стран), поэтому их машины, вездеходы, танки и броневики по проходимости значительно уступают российским, рассчитанным на наше вечное бездорожье (как сказал Наполеон, в России дорог нет, только направления). И это при трудной, малопроходимой местности на будущем театре военных действий может оказать критическим фактором. Кроме того, у их техники намного хуже защита (и по толщине, и по качеству брони), и еще, как правило, слабее моторы. Европейцы ведь привыкли воевать в относительно легких условиях (хорошие шоссе, никакой распутицы и грязи, в которой машины вязнут по самые борта), их бронемобилям и танкам не нужны широкие гусеницы (большинство — вообще колесные) и высокопрочная, толстая броня (лишний вес, слишком тяжело и дорого). И теперь все эти недостатки есть и у японских боевых машин.

Про качество же брони нужно вообще сказать особо. С путиловскими заводами в Петербурге и Челябинске, где варится лучшая российская сталь, могут потягаться лишь немецкие предприятия Круппа, «Рейнметалл», однако Рейх никому не поставляет свои броневые листы, справедливо полагая, что они нужнее ему самому — пойдут новые танки Pz. III и IV, а также на крейсеры и линкоры, которые в Германии в последнее время клепают в очень больших количествах. Немцы хотят сделать свой военный флот более мощным и многочисленным, чем у англичан и французов вместе взятых…

К тому же в Рейхе совсем недавно была принята новая концепция развития Кригсмарине, согласно которой основной упор необходимо сделать на подлодках — именно они, в случае чего, надежно блокируют Англию (главного противника) и обеспечат господство немецких броненосцев, крейсеров и линкоров в проливе Ламанш и вокруг всех британских островов. Очень деятельный и активный адмирал Канарис на последнем заседании парламента в Рейхстаге прямо заявил, что нужно ежегодно вводить в строй не менее десяти-двенадцати подводных лодок (по одной в месяц!), что позволит Германии получить безусловное преимущество в любой точке мирового океана. Из них создадут подводные «волчьи стаи», которые будут топить вражеские корабли прямо у чужих берегов, не давая им выйти на морские просторы. А для этого нужно очень много стали, в том числе и лучшей, броневой…

Глава 8

Глава восьмая

Правда, адмиралу приходилось из-за этого все время конфликтовать с генерал-полковником Манштейном, возглавляющим германские Панцерваффе. Тот настаивал на немедленном и существенно увеличении выпуска новых танков, особенно тяжелых, с такой толстой броней, которую не смогла бы пробить ни одна противотанковая пушка. Для этого тоже требовалась броня, причем самая лучшая, высококачественная и прочная, однако выплавка ее была строго ограничена — новые заводы «Рейнметалла» еще только строились, а старые с трудом справлялись с возросшими военными заказами.

Между двумя ведомствами (и, соответственно, между их высокопоставленными руководителями) постоянно шла борьба (и открытая, и тайная, подковерная) за лимиты и тонны, и каждый тянул одеяло на себя, апеллируя при этом, само собой, к патриотизму и необходимости срочно нарастить военную мощь Рейха (сухопутную и морскую). И каждый, разумеется, по-своему был прав: все знали, что у Британии — самый сильный и многочисленный флот в мире, а у России — самая крупная и боеспособная сухопутная армия в Европе. Усиленная к тому же новыми бронетанковыми бригадами и дивизиями…

Все эти планы, соображения и расклады Дмитрий хорошо знал — о них ему не раз говорил «брат» Георгий (средний брат Мити Романова, в чьем теле он внезапно оказался). Георгий служил капитаном легкого крейсера «Цесаревич Алексей» (кавторанг) и готовился в конце года приять новейший броненосец «Светлейший князь Потемкин-Таврический», который сейчас спешно достраивали на Балтийских верфях (взамен старого «Потемкина», давно уже списанного и пущенного на металлолом). Это очень важная и ответственная должность, но ее еще следовало заслужить.

Говорили (и не без основания), что, в случае войны с Японией, Георгия могут направить на Дальний восток, чтобы он набрался опыта в Тихоокеанской эскадре. Пусть послужит некоторое время, скажем, первым помощником капитана на броненосце «Святой Николай». Нельзя же сразу ставить относительно молодого человека (всего тридцать лет) на столь высокую должность — капитана одного из крупнейших и новейших кораблей российского военно-морского флота, пусть побудет хотя бы немного на вторых ролях. Посмотрит, как и что, поучится, наберется необходимого опыта…

«Святой Николай» подходил для этих целей как нельзя лучше: его командир, каперанг Федор Романович Касаткин, не только был прекрасны капитаном, но и отличным наставником, мог передать Георгию нужные знания. Ну, а потом, когда он пройдет весь курс у Касаткина — добро пожаловать на «Потемкин»! Чей спуск на воду как раз планировался в декабре — это будет своеобразный подарок государю-императору Михаилу Михайлович, у которого намечался юбилей, пятидесятипятилетие. Дата хоть и не совсем круглая, но тоже весьма значимая, и все к ней готовились.

Георгий, разумеется, знал об этих планах и был согласен с переводом на Тихий океан — сам хотел оказаться ближе к возможным боевым действиям (он же военный моряк, в коне конов!), а потому уже заранее подробно изучал флот противника. Можно сказать, он стал неплохим специалистом по новейшим японским кораблям…

Так вот, именно из разговоров с Георгием (а они постоянно встречались в Аничкове — «Цесаревич Алексей» сейчас стоял на рейде в Кронштадте) Дима и узнал о существовании «сухопутного» и «морского» планов ведения войны с Маньчжурией (Японией). Георгий не скрывал своих симпатий ко второму варианту, но при этом всегда подчеркивал, что первый, при всей своей сложности, затратности и проблемности, все-таки выглядит намного надежнее. Он, как и почти все в Генштабе, не верил в победу маршала Чан Кайши над генералом Уэда и неоднократно говорил, что драться с японскими войсками придется, скорее всего, нам одним. И только полная капитуляция Квантунской армии станет гарантией нашей окончательной победы