Фантастика 2026-96 - Макс Вальтер

— Да, конечно, — опешила я от такой перемены темы.

— Жалко, а я думал, ты мне компанию составишь, — неподдельно расстроился архимаг.

Я вспомнила, что здорово похудела за последнее время, и решила нагло воспользоваться подвернувшейся возможностью дополнить свой рацион:

— Это какой же адепт от добавки откажется?

Элтар весело усмехнулся и поманил меня пальцем:

— Хочешь посмотреть, что я привез? — спросил он, демонстративно похлопав по переплетенной тетрадке.

Я кивнула и, обойдя стол, встала рядом с ним. Открыв свое приобретение и перелистнув несколько страниц с цветными рукописными записями и не особо ровными схемами, он пояснил:

— Это рабочий дневник великого алхимика, который во времена моей молодости был моим учителем. Он погиб во время антимагических погромов. Ты о них уже знаешь?

— Мы проходим по истории те, что были через десять лет после катастрофы. А много еще было таких бунтов?

— Только тот, о котором ты сказала. А почему ты решила, что были еще? — удивился архимаг.

— Но… — я смотрела на него округлившимися глазами и не знала, как спросить, чтобы ненароком не обидеть. Ничего не придумала и напрямую поинтересовалась: — Сколько же вам тогда лет?

— Четыреста шестнадцать. Ну, что ты так удивляешься, я же маг, — добавил он, глядя на обалдевшую от такой новости меня.

Я не просто удивлялась — я была в шоке. Да ему же на вид лет сорок. Хотя вот вспомнила, какие у него были глаза, когда увидела его первый раз, и как-то сразу поверила. С интересом отметила, что глаза у него сейчас вполне нормальные, ну, разве что встревоженные. Причем беспокоился он, похоже, за меня, поскольку я никак не могла отойти от такого известия.

— А вы хорошо сохранились, — кое-как выдавила я из себя осмысленную, хотя и не особо умную фразу.

— Это комплимент? — развеселился мужчина.

— Ну… — смутилась я, а он расхохотался, окончательно вогнав меня в краску.

Хорошо, что в этот момент позвонили в дверь. Элтар ушел ее открывать и оставил меня в кабинете одну, давая время на то, чтобы справиться с эмоциями — ведь мог и магией открыть.

Некоторое время слышались приглушенные голоса, а потом маг заглянул в кабинет и позвал меня накрывать на стол — похоже, это принесли заказанный им ужин из корчмы.

Теперь уже смеялась я, причем была совершенно не в состоянии объяснить, почему меня так развеселил местный чайник, упорно ассоциировавшийся с рыцарским шлемом для носатого циклопа. Элтар пожал плечами и поставил наполненную водой емкость на специальную кованую подставку над огонем в костерке, выглядевшую вполне удобно. Похоже, готовить тут вовсе не так страшно, как мне показалось вначале.

А после снятия крышки с большой плошки надо мной снова хохотал Элтар. Там оказался средних размеров целиком запеченный гусь, обложенный подрумяненным картофелем. Это выглядело обалденно аппетитно и умопомрачительно пахло. Я такой шикарно приготовленной еды и в своем-то мире не видела.

— Садись уже, вечно голодный адепт. Я сам не потомственный маг, так что знаю, каково качать резерв на первых курсах, когда подработать не можешь. — Добродушно ухмыльнулся мужчина, разрезая гуся на большие куски.

— Ну, на яйца мы все-таки зарабатываем, — похвалилась я.

— И что, наедаетесь? — спросил этот вредный тип, хитро глядя на меня.

В ответ я театрально вздохнула и состроила ему умильную рожицу. Маг развеселился окончательно, но был вопрос, который беспокоил меня все сильнее, и я, посерьезнев, спросила:

— Господин Элтар, зачем вы это делаете?

— Что «это» — гуся режу? — продолжал посмеиваться он, но я не поддержала игривого тона и, вопросительно глядя на мужчину, ждала ответа.

— Что ты хочешь от меня услышать? — вздохнул маг.

— Правду.

— Это сложно объяснить, Таль, — некоторое время он молчал, накладывая еду себе на тарелку. После жестом предложил мне последовать его примеру, но я продолжала терпеливо ждать ответа. И Элтар неохотно продолжил, — я устал от одиночества, устал возвращаться в пустой дом, а в глазах людей видеть либо страх, либо подобострастие. Не хочу говорить об этом. Если тебе неприятно мое общество, удерживать не буду.

После этого он встал и стремительно вышел из кухни, а я закрыла лицо руками и очень захотела провалиться сквозь землю, ну, или хотя бы сквозь пол. Потому что от этого человека я видела только хорошее и совершенно не хотела его обижать. Просто непонимание мотивов его поступков заставляло нервничать. В моем мире уже почти перестали верить в бескорыстную помощь незнакомым людям, но, может быть, здесь такое поведение в порядке вещей.

Маг вошел обратно так же стремительно, как и выходил, молча положил передо мной серебряную монету и, сев на свое место, начал хмуро есть, не сказав ни слова.

— Господин Элтар, я не хотела вас обидеть, — попыталась то ли извиниться, то ли что-то объяснить я.

Подождала хоть какой-то реакции и, ничего не дождавшись, пошла в кабинет за своей сумкой с учебниками, намереваясь уйти. К деньгам даже не прикоснулась. Когда, повесив сумку на плечо, повернулась обратно к двери, там стоял архимаг, загораживая выход. Подойдя вплотную, я сухо потребовала:

— Дайте пройти.

— А если не дам? — довольно жестко спросил он, уже забыв, что обещал не удерживать.

— Из любой ситуации есть как минимум два выхода: победить или умереть, — проинформировала его я, твердо глядя прямо в глаза, но совершенно не испытывая демонстрируемой уверенности и ощущая, как меня начинает захлестывать волна страха.

И что-то дрогнуло в душе этого сурового мужчины.

— Таль, да что ты такое говоришь? Неужели думаешь, что я… — он оборвал фразу, практически с ужасом глядя на меня, и глаза его снова умирали. В них гас тот огонь стремлений, который я видела после его прихода в академию.

И это было страшно, по-настоящему страшно. Я зажмурилась, из глаз тихо потекли бессильные слезы. И даже не потому, что понимала — первокурснице нечего противопоставить архимагу, а потому, что мне было больно смотреть, как этот человек, несколько минут назад радовавшийся жизни, проваливается в пучину обреченности.

Не знаю, чего я ожидала, но точно не того, что Элтар сделает шаг вперед, обнимет меня, прижав голову к своему плечу, и уткнется носом в волосы на макушке. И столько тепла было в этом жесте, что я не выдержала, окончательно расплакавшись. Маг