Фантастика 2026-134 - Мария Заболотская

Недаром Искен всегда становился лучшим адептом среди своих ровесников по итогам экзаменов – он предложил мне не менее пятнадцати разнообразных заклятий, которые, согласно учебникам, можно было применить для избавления от горы выдернутых с корнем кустов. Я безжалостно отвергла все из них, приправляя каждый свой ответ историей из собственной практики. Заметно было, как сожалеет аспирант о данном мне слове – прислушиваться к моему мнению для него оказалось тем еще испытанием, тем более, что речь зашла о необходимости славно потрудиться безо всяких магических ухищрений.

До самой темноты мы возились с кустами, которые благодаря эффектному спиралевидному приложению силы спутались в единую массу колючих побегов. Вскоре что я, что Искен оказались утыканы неисчислимым количеством всяческих шипов, да и руки мы исцарапали до крови. Магистр Леопольд, наблюдавший за нами, то и дело повторял с томным видом:

– Да, это именно она – чертова наука. Еще более гадкое занятие, нежели честный труд!

– Отчего же? – не удержался Искен, заслышав рассуждения магистра в очередной раз. В руках аспирант держал целую охапку веток, шипы на которых были длиннее, чем зубы у сциталиса, и, судя по выражению лица молодого чародея, он едва удерживался от того, чтобы не запустить ею в магистра.

– Если бы вы занимались сейчас честным трудом, – охотно ответил магистр, – то это означало бы, что ваши неприятности закончатся, когда вы разберетесь с этой кучей. А так как речь идет о науке, то можно говорить с уверенностью, что ваши неприятности еще только начинаются...

– Когда этот господин говорит дельные вещи, мне еще сильнее хочется убить его, – пробормотал Искен, и потащил охапку колючек дальше.

Перед сном мы некоторое время выдергивали друг у друга занозы и впившиеся в руки колючки, весьма злобно удивляясь разнообразию их форм и величин. По выражению глаз Искена было очевидно, что наше сближение на почве общего дела хоть отчего-то и входит в его перечень важных и неотложных заданий, но вряд ли доселе процесс этот представлялся ему настолько хлопотным и неприятным.

Глава 4, в которой герои находят в подземелье что-то весьма важное и загадочное – то есть, грозящее новыми неприятностями вдобавок к старым

Несмотря на усталость, я долгое время не могла заснуть. "Завтра же вечером я сбегу, – сурово говорила я себе, но в памяти моей вместо письма Каспара раз за разом всплывало наше прощание с Мелихаро, и на душе становилось так грустно, точно кто-то на ухо напевал мне тоскливую песню об уходящих навсегда друзьях. "Ну уж нет, – злилась я сама на себя. – Если я решу, что мне нельзя уезжать из Изгарда до тех пор, пока я не узнаю, куда подевался демон – точно придется оставаться здесь на зимовье. Хватит с меня поисков Каспара. Что толку себя обманывать – у меня отвратительно получается кого-либо искать!".

Истекал восьмой день с тех пор, как я прибыла в Изгард, и к ним следовало прибавить те три недели, что пролетели здесь, пока мы шатались по Темной Дороге. Выходило, что письму от Каспара уже больше месяца. Следы магистра могли затеряться окончательно, пока я улаживала дела Леопольда и подыгрывала Искену... Голос разума нашептывал мне, что это и есть лучший исход, но другой, куда более громкий, твердил: "Недаром рядом с тобой не задерживаются друзья – кому нужен человек, видящий кругом подвох, обман и злой умысел, вместо того, чтобы просто приходить на помощь?".

Сон одолел меня лишь поздней ночью, когда я до одури наслушалась, как тоскливо подвывает в лесу нечисть, которую мы лишили логова. Неудивительно, что с утра даже малочувствительный к настроению окружающих магистр Леопольд, завидев выражение моего лица, почуял беду и вызвался сходить за водой, но тем самым разозлил меня еще больше. Пробурчав: "Еще чего! Утопите и варить кашу мы будем в сапоге Искена, не иначе!", я выхватила котелок из рук магистра и, конечно же, едва сама его не утопила. Мой взгляд на мир не исправил даже сытный завтрак – я становилась все мрачнее, и когда Искен словно невзначай заговорил о том, что к раскопкам разумнее было бы приступить, когда погода улучшится (ночью вновь начал моросить дождь), я разразилась проклятиями и заявила, что мы будем копать, даже если с небес будет литься расплавленный свинец. Тут же выяснилось, что за лопатами нужно идти в деревню, и вновь мы потратили непозволительно много времени на всяческие ерундовые споры – что до похода за лопатами, что после. Так, например, в деревне мне удалось купить, помимо лопат, и лапти с запасом онучей для магистра Леопольда.

– Я это не надену! – произнес с ужасом магистр, когда я поставила перед ним обновку. – И у меня есть какие-то принципы!

– Действительно, – бросил Искен, проходя мимо, – Все же наше сословие не может опускаться до...

– Мессир, – сказала я, обращаясь к Леопольду, – то, что я раздобыла вам обувь, не значит, что вам придется принять участие в раскопках. Спите хоть весь день, черт с вами.

– Ах, ну это совсем другое дело, – тут же отозвался Леопольд и принялся сноровисто наматывать онучи.

Аспирант, судя по выражению его лица, все больше сомневался в том, что ему впрямь так уж нужен подземный ход, пусть даже он ведет к десятку самых прекрасных храмов Иного Края. Я, напротив, старалась убедить себя, что этот ход мне чертовски необходим – иначе зачем бы мне тратить столько времени на его поиски? "Я узнаю, зачем они хотят открыть проклятую дорогу в храм духов! – свирепо думала я. – И пойму, отчего Искен решил, будто я шпионю за Аршамбо! Чем меньше тайн за моей спиной – тем лучше!". Разумный человек, конечно, заметил бы серьезный изъян в моих размышлениях – и не один! – но я продолжала орудовать лопатой, идя вдоль линий, намеченных Искеном. До того аспирант, как и положено, обошел всю площадку, пытаясь нащупать с помощью магии, есть ли под землей пустоты – но не преуспел. Впрочем, это заклинание всегда считалось одним из самых ненадежных, так что нам ничего не оставалось, как начать снимать верхний слой почвы в поисках остатков фундамента.

Почва здесь хоть и была легкой, песчаной, но после разрушения стен смешалась с огромным