"Дорогой барон". Компиляция. Книги 1-41 - Сириус Дрейк

же выглядел спокойно. уверенно и, кажется, вообще не боялся полиции. У доктора в голове промелькнули старые вырезки газет, телевизионные передачи. Вроде бы, лицо этого мужчины он где-то встречал.

— Простите, а какая у вас фамилия? — спросил он, открывая двери кабинета реанимационной.

— Есенин.

Точно! Александр Есенин! Считается сильнейшим магом на всем континенте. Ему приписывают взрывной характер, необузданный нрав и тысячи подвигов, которые он совершил. И вроде как, Гамаль читал, что он способен послать даже правителя страны, если тот покажется ему каким-то не таким. Вот так гости заглянули к ним в больницу.

— Доктор, если будут проблемы, вы скажите. Я все решу, — неожиданно произнес Есенин.

— Ничего страшного. Пока ничего серьезного не наступило. Кладите пациентку на кушетку.

Гамаль начал подкатывать к девушке разные приборы и подключать к телу. Через несколько минут она была вся опутана проводами и трубками.

— Вы не против, если я ее раздену? — задал вопрос доктор с ножницами в руке.

— Только скажите что с ней.

Доктор кивнул и начал работать. Чем больше проходило времени, тем сильнее он хмурился. Даже его магические навыки не особо работали.

— Она что ли не маг? — удивился он.

— Нет. Стопроцентный обычный человек, — ответил Александр.

— Странно…

После этих слов он подошел к внутреннему телефону на стене и набрал пару цифр.

— Так, быстро в палату реанимации. У вас пять минут! — гаркнул он и прошел к стеклянному шкафчику с медикаментами.

Александр сел около двери и, скрестив пальцы, просто смотрел на девушку. Его волосы иногда шевелились, но сквозняка в помещении не было, отчего у Гамала сложилось впечатление, что Есенин находится не в самом стабильном состоянии, но он сдерживается.

— Держите, выпейте это, — он протянул Есенину две таблетки успокоительного.

— На меня не действуют препараты, — извиняюще улыбнулся Александр.

— Ничего страшного, они с добавлением кристальной основы, — буквально сунул ему в руку стакан и таблетку. — Специально для таких людей, как вы.

Хоть Есенин не верил в эффект таблеток, но все же выпил.

В этот момент двери в палату открылись, и вошли два парня и одна девушка.

— А! Явились! Срочно взять кровь на биопсию! Все будет хорошо, это не маг! Проверить на волчанку, рак и заражение магическими заклятиями. Возможно подозрение на проклятие.

— Есть! — хором, как в армии, ответили ребята и закрутились вокруг койки.

Дверь снова открылась, и на пороге появился солидный мужчина в костюме. Его второй подбородок был аккуратно заправлен за плотный воротник накрахмаленной рубашки, а пиджак застегнут на одну пуговицу, на которой, судя по всему, наложены несколько заклинаний прочности, потому что по другому не объяснить, как она еще удерживала пухлый живот своего владельца.

— Гамаль! По какому праву ты решил использовать реанимационную⁉ Без предварительной записи, без согласования? А если у нас будет тяжелобольной пациент? — спросил он.

— Вот тяжелобольной, — он указал на девушку. — А остальных у нас уже давно не было. Всех перевели в соседний округ. Да и медикаменты у нас просто так лежат…

— В общем так, отсоединяй ее от всего, и пусть встают в очередь. У нас четкий регламент. У нас контрактная больница! Мы не можем лечить…

— Но она может умереть в любую минуту! Мне необходимо узнать, что с ней! — воскликнул доктор Гамаль. — Есть подозрение на магическое воздействие!

— Тем более! Нечего портить статистику! Отцепляй, быстро! — требовательно сказал толстяк и подошел к койке, чтобы вытащить штекер из розетки.

За ним встали два охранника, которые оттеснили доктора от койки.

— Если твоя рука хотя бы заденет эту девушку и приборы, то ты ее лишишься, — спокойно сказал Александр, не поднимая головы.

— Это кто такой? — развернулся главный и увидел мужчину в углу. Подойдя ближе, ухмыльнулся. — Охрана. Этого на улицу, и можете не церемониться с ним. А то, мало ли кто тут ходит? Может он бандит или терорист?

— Доктор, работайте, пожалуйста, — поднял голову Есенин. — Мне кажется, у вас в больнице мало врачей и много всякой швали, которая мешает работе. Вы так не думаете?

— Моя задача — лечить людей, — невозмутимо ответил Гамаль.

— Хех, хороший ответ.

Александр выпрямился и оказалось, что он на две головы выше и главного в пиджаке и двух охранников.

* * *

Тридцать минут спустя.

Больницу окружила военная техника. Прибыли даже гвардейцы царицы Клеопатры II. Все здание взяли в несколько колец и поставили бетонные блоки. Магическая защита. Купол. И все потому, что кто-то сломал директору больницы все кости и выкинул в окно с воткнутыми во все отверстия клизмами. Изощренно, но эффективно.

— Кто бы ты ни был, тебе не уйти! Сдавайся! — говорил командир спецназа в рупор.

— Вы чего орете? Есть же телефон? — прогремел, казалось, с неба голос.

Все засуетились и оказалось, что никто и не проверил внутренние линии. Они как были включены, так и остались. Кому-то за эту оплошность потом прилетит.

Командир, не долго думая, нашел внутренний номер палаты предполагаемого захватчика и позвонил. Трубку быстро сняли, и на том конце послышался мужской голос.

— С вами говорит полковник военной дивизии ее величества, Раджаж Альнаман.

— Ох, как пафосно. Я Александр Есенин.

Полковник Раджаж на секунду замер, впав в небольшой ступор. Что за бред? Тот самый Есенин? В больнице Египта? Такого просто не может быть. Все что он о нем слышал, были какими-то невероятными историями — одна фантастичнее другой.

— Ты меня за дурака держишь? — ухмыльнулся военный. — Этого человека я знаю. Ему не нужна больница.

— Болван, — вздохнул Александр. — Моя напарница потеряла сознание. Мне всего лишь надо узнать, что с ней. А ваш идиот-директор начал говорить за какие-то контракты и прочую херню! А ведь я готов был заплатить.

— Что ж, но вот как все повернулось. — пожал плечами военный. — Вот как мы поступим. Вы отпускаете заложников, потом сдаетесь. И мы, может быть, оставим тебя в живых.

— Воу-воу, полковник! Ты в какой вселенной живешь? Ты меня слушал? В больнице нет никаких заложников. Двери открыты! Вы можете как зайти, так и выйти! Я вообще не понимаю, чего вы тут все понаехали.

— Потому что был зафиксировал магический всплеск… — он осекся.

А вдруг это и впрямь Есенин?

Все