Фантастика 2026-48 - Svetlana Zorina

совершенно не мешал спать. Грубые простыни пахли так же, как и одежда. И как мыло, которым тут мыли слуг. Ариэна только сейчас поняла, что это запах Маттap и её чудовищных детей. Она не сразу распознала его в сочетании с запахами других составляющих мыла. Точно так же, как два года назад не сразу распознала его в аромате благовоний, кото­рые жгли в Большом Храме.

Ариэна долго вертелась на жёстком матрасе, стараясь не думать о тонкой нежной шее с пульсирующей голубоватой жилкой. Хорошо, что усталость оказалась сильнее жажды и Ариэна всё же забылась сном. Ей приснилось, что она охотится в предгорьях. Она подстрелила молодого кайлота, перерезала у него на шее вену и принялась жадно пить кровь. Она очень долго не могла насытиться, а когда подняла голову, увидела Галиана. Аранхит смотрел на неё и одобрительно улыбался. Тут она с ужасом обнаружила, что вместо туши кайлота перед ней лежит истекающий кровью Тамран. Лицо его было бледно, а глаза закрыты… Ариэна проснулась в холодном поту. Она вспомнила людей с красноватыми зрачками, которые бродили по Ур-Маттару. Жертвы Маттар… Одних её нити-пиявки убивали, а других, похоже, превращали в убийц. Может, убийцами становились те, у кого нити высасывали не всю кровь? Теперь-то Ариэна понимала, кто убил маленького Рива. Наверняка, его собственная мать, оставшаяся в живых после нападения нити-убийцы. А может, и на него напала нить? Что ей стоит проникнуть в дом сквозь какую-нибудь щель?

«Я не должна этому поддаваться, – сказала себе Ариэна. – Не до­лжна! Я не стану слугой Маттap. Ей меня не одолеть».

Она заснула снова, а разбудил её громкий звук гонга. Ели слуги в большом зале, усаживаясь по шесть человек за простые деревянные столы. На каждом уже стояли котёл с кашей и кувшин с горячей така­лой – излюбленным во всей Див-Аранхе бодрящим напитком. Его варили из сухой измельчённой травы така. Слуг не ограничивали в еде. Каждый накладывал и наливал себе сколько хотел. Ариэна не могла не отметить, что каша весьма даже недурна, но такала показалась ей не­много странной на вкус. Впрочем, напиток ей тоже понравился. Ариэ­ну радовало, что человеческая пища больше не вызывает у неё отвращения, а, выпив такалы, она и вовсе воспрянула духом. Она даже перестала бояться, что её поймают.

Едва завтрак закончился, в столовую вошли несколько человек. Они явно не были слугами. Об этом говорили их одежда, причёски и манера держаться. Они быстро разделили слуг на группы. Ариэну и ещё двух девушек долго вели по каким-то лестницам и коридорам, по­ка они не оказались в комнате, уставленной шкафами с посудой. При­чём посуда была какая-то странная – в основном прозрачная, самых разных форм и размеров. Какие-то трубки, кружки без ручек, что-то похожее на пузатые кувшины с узкими прямыми горлышками. Большая часть этих склянок была заполнена разноцветными жидкостями и порошками, но целых два шкафа занимала пустая грязная посуда. Ариэна и две её напарницы до самого обеда мыли её в каком-то растворе и ополаскивали холодной водой. Нельзя сказать, чтобы работа Ариэне нравилась, но в ней было что-то умиротворяющее. Девушка ловила себя на том, что ещё никогда не чувствовала себя такой спокойной. Какая-то часть её сознания говорила, что она в опасности. И что она здесь не для того, чтобы мыть стекляшки из-под всяких порошков, от которых першило в горле и слезились глаза. Но Ариэна быстро отгоняла эти мысли прочь, и ей тут же становилось хорошо. Она даже не особенно испугалась, услышав знакомый голос. А ведь этот голос принадлежал тому, кто мог её узнать и разоблачить. Тому, кого она считала едва ли не самым главным своим врагом. Галиану. Он резко и требовательно разговаривал в соседней комнате с двумя юношами, которые уже несколько часов топталась вокруг какого-то большого металлического станка. Наверное, это были ученики или помощники. Ед­ва Галиан ушёл, они разразились в его адрес отборной бранью.

Галиан вполне мог вернуться. Он мог запросто войти в ту комнату, где работала Ариэна. Она старалась о6 этом не думать. Зачем заби­вать голову неприятными, тревожными мыслями? Она сама удивлялась своему спокойствию, но удивление это было каким-то вялым.

Ближе к обеду настроение у Ариэны заметно испортилось. Та часть сознания, которую она всё это время старалась погасить, стала всё более настойчиво твердить об опасности. Так настойчиво, что Ариэна в конце концов поддалась тревоге. Она хотела успокоиться, но не могла. И это её раздражало. А ещё больше её раздражало постепенно крепнущее понимание того, что расслабляться нельзя. Надо думать об опасности. Надо думать о том, зачем она проникла в этот замок. И вообще надо думать, даже если думать ни о чём не хочется ...

«Что со мной? – удивлялась Ариэна. – Может, это от голода?»

Обед был вкусный и сытный – похлёбка, мясо, тушёные овощи, чёр­ный хлеб и свежезаваренная такала, запах которой сразу приятно за­щекотал ноздри. Замечательный запах, хотя и немного странный. Ариэне захотелось поскорее налить себе полную кружку. Она заметила, что многие именно так и делали. Сперва пили такалу, а уж потом приступали к еде. Ариэна уселась на деревянную скамью и почувствовала, как что-то впилось ей в правое бедро. На скамье ничего не было. Сунув руку в просторный карман штанов, Ариэна поняла, что села на ветку арилла. Тут сознание её прояснилось окончательно. Такала! Её запах недаром казался странным. В напиток что-то добавляли. Это что-то подавляло волю, а со временем, похоже, и вовсе превращало человека в некое подобие живой куклы. Здешние слуги уже слишком долго пили эту отраву, чтобы излечиться от того тихого безумия, в каком они постоянно пребывали. Судя по тому, как они жадно пили такалу, они уже без неё просто не могли. К счастью, Ариэна к этой отраве привыкнуть не успела. Крови ей тоже больше не хотелось. И да­же противно было вспоминать, как она облизывала куски сырого мяса. Возможно, нить выпила слишком мало её крови, чтобы заразить её этой жаждой по-настоящему. Ариэне хотелось верить, что она оказалась сильней Маттар, потому и сумела противостоять её чарам. А может, как-то подействовала и такала, которой тут поили слуг. Впрочем, это уже было неважно. Главное, что она не поддалась ни чарам Маттар, ни чарам колдунов, сделавших из своих слуг живых кукол. Хоро­шо хоть, они не были с ними жестоки. Рабочую скотину здесь, даже можно сказать, берегли. После обеда слугам позволяли два часа от­дохнуть. Большинство просто