Фантастика 2026-153 - Павел Смолин

такая ситуация… Лирка, служа на Харинской заставе, не раз нарушала приказы, когда ситуация того требовала. В условиях боя обстановка часто менялась, и порой требовалось проявиться сообразительность и решимость. В конце концов, победителей не судят.

«Давай полную проверку, а потом вскрываем», — распорядился господин Наэш.

Полная проверка выявила, что в послании присутствует несильная — пока несильная! — магия огненного порядка.

«Реки огня, — хохотнул Иррес, припомнив байки Викана. — Сейчас вскроем, и как из окна и двери хлынет!»

— Закольцовываем на воду… — пробормотала Лирка.

«Думаешь? А может, щитами… Хотя нет. Письмо может сгореть. Давай на воду!»

Опустив голову так, что над столешницей остались только глаза, Лирка осторожно подцепила ногтем сургуч, а пальцами другой руки придавила конверт. Едва послышался щелчок разлома, и она запустила водное заклинание. В лицо резко пахнуло горячим паром, вверх взметнулось несколько искр, а по бумаге расползлись влажные пятна. Женщина торопливо развернула послание, бегло осмотрела его в поисках магических печатей, старательно игнорируя содержание текста, и опять его свернула.

«Стой, мы не прочитали!» — воспротивился Иррес.

Вскочив, женщина бросилась на выход. Весь путь до кабинета хайнеса Иррес и господин Наэш яростно спорили.

«Мы должны знать, с чем имеем дело!» — не отступал дух.

«Его содержание может быть опасно для Лиркаи! У нас дети, Иррес, не время авантюр!»

Стража придирчиво осмотрела женщину, но мешать не стала. Та требовательно постучала и помолилась богам, чтобы господин Саврий был на месте.

Тот сам открыл дверь и вопросительно посмотрел на мага. Лирка протянула ему распечатанный конверт.

— Вы просили приносить такие письма сразу. Огненное заклятие. Простите, пришлось распечатать, но я не читала.

— Очень хорошо, — Саврий забрал послание. — Можете идти.

Лирка пошла, но не в свой крошечный кабинетик, а в службу корреспонденции, которая находилась аж в другом крыле дворца. Приватная беседа с управителем мало что прояснила. Тот заявил, что в означенное время поступило только одно письмо — с чёрными сургучными печатями. Его со слугой отправили к магу.

Беседа с посыльным тоже почти ничего не дала. Молодой оборотень трясся от страха, уверял, что он ничего не знает, и молил ему поверить. Он даже не знал, сколько писем на подносе, потому что их накрывают платком. Нечего посторонним смотреть, кто пишет хайнесу.

Но Лирка подозревала, что письмо принёс именно слуга. Может, того не зная. Вариант, что кто-то пробрался в её комнатку и подложил конверт в её отсутствие, она отмела. В том же коридоре постоянно стоит стража у дверей кабинета хайнеса, они бы не просмотрели.

«Но всё же письмо появилось, когда нас не было», — ворчал Иррес.

«Окно и дверь мы закрыли, — вспоминал господин Наэш. — Ключ только у нас, господина Саврия и слуги, который приносит письма, он же занимается уборкой».

Поиски правды осложнялись тем, что хайнес вообще-то не поручал ей расследование и Лирке приходилось быть очень аккуратной, чтобы никто не спросил, по какому праву она занимается дознанием.

Она прошла весь путь от службы корреспонденции до своей комнатки, повторяя маршрут посыльного. По словам слуги, он придерживается правил и нигде не останавливается, ни с кем не говорит, никому поднос в руки не даёт. Только… помявшись, молодой оборотень признался, что в этот раз он отставил поднос на вытянутые руки статуи Ѝдной, потому что дверь была закрыта. А она тяжело отпирается — Лирка сама это знала, — одной рукой никак не управиться.

Статуя стояла за углом, страже как раз не видна. От неё до двери шагов пять. Лирка тщательно обследовала статую и коридор, в котором та стояла, нашла тайный ход — намертво запаянный! — и нишу за гобеленом.

«Ну что? В лучших хоёторских традициях устроим засаду?» — посмеялся Иррес.

Иррес пожалел о своих словах уже на следующий день, когда они четыре часа просидели в нише за гобеленом и вместо свежего воздуха надышались застаревшей пылью. Духу было что сказать слугам, ответственным за уборку, но Лирка бы вряд ли смогла это озвучить. Увы, переубедить «хозяйку тела», когда она что-то втемяшивала себе в голову, было очень сложно, и сидели они в засаде шестой день. В Лесу они, бывало, лежали на одном месте сутками, отходя только по нужде. Но там сам Лес менялся каждый час, лежи и смотри. А что рассматривать с обратной стороны гобелена? Иррес запретил убивать паука — хотя Лирка и не собиралась, — заявив, что сдохнет вместе с ним. На четвёртый день дух заявил, что может сплести паутину и сам.

Увы, ничего подозрительного не происходило. Посыльный приносил письма, нелестно поминал мага, которого не было на месте, ставил поднос у самых своих ног и открывал дверь. Возможно, такие предосторожности отпугивали злоумышленника, и Лирка даже сожалела, что полезла к слуге с допросом.

«Кто-то идёт», — встрепенулся Иррес.

Лирка уже слегка отодвинула гобелен и ждала, когда появится визитёр, как в поле зрения показался сам хайнес. Мало того, остановился у двери её кабинетика и несколько раз с недоумением дёрнул дверь.

«Чего этой плюшке с перьями нужно?»

«Иррес!» — возмутился господин Наэш, прекрасно знавший, какое слово дух заменял на «плюшку».

Лирка скривилась от досады, но получать выговор за отсутствие на месте ей не хотелось. И чего ему понадобилось? Ни разу не заглянул, а тут зачесалось!

— Господин, — она вышла из-за гобелена и окликнула хайнеса.

Тот удивлённо вскинул брови, хмыкнул и, быстро сократив расстояние, затащил её в нишу.

— Что вы здесь делаете, госпожа Лирка? — изумился он раньше, чем за женщину успел возмутиться Иррес.

Та отстранилась, открыла рот и смущённо взъерошила волосы. Признаться, что она устроила засаду? Почему звучит так по-детски?

— Я решила проследить за доставкой писем, — призналась она. — Мне не совсем понятно, как то письмо попало к нам.

— О, — сложив руки на груди, господин Узээриш опёрся спиной на стену и склонил голову, ибо не помещался по росту. Лирка даже немного оробела. Такой высокий… — Никто не смог понять. Мы уже меняли посыльного, отслеживали его по всему пути, но злоумышленник выжидает, когда мы расслабимся, и тогда забрасывает очередное послание. Ещё парочку через окно с птицами подбрасывал.

— Но… это же дворец… — Лирка хотела, но не договорила, что здесь всё должно охраняться по высшему разряду.

— Вот именно, это дворец, — хайнес усмехнулся. — Здесь день и ночь куча посторонних.

«Было бы лучше, если бы воспользовались