"Пожиратель солнца". Компиляция. Книги 1-7 - Кристофер Руоккио

«Ты действительно думаешь, что я смогу это сделать?»

«Я видел это», — сказал я.

Мы вернулись на Аннику, в город богов. Это был последний день, день нашего отъезда, и джаддианцы были с нами.

Нам предстоял долгий путь.

«Абба?»

Я нарушил ее сосредоточенность.

«Прости, — сказал я, — я был погружен в свои мысли, я...» Я прервался, повернулся и стал изучать стеклянные черные стены, круглые анаглифы, которые составляли компоненты небесного механизма, окружавшего нас. «Есть так много вещей, которых я не понимаю. Даже сейчас...»

По тому, как она повернулась ко мне, я понял, что Кассандра снова активировала энтоптику своего костюма. Камеры, вмонтированные в сенсорные панели в ушах, фиксировали мир перед ней и проецировали его изображение на сетчатку.

«Этот город..., — начал я, — это машина, Кассандра. Двигатель, перемещающийся назад во времени из одного из наших бесчисленных будущих. Я думал, что понимаю, для чего он нужен... когда был в твоем возрасте. Я думал, что сражаюсь, чтобы спасти Тихого, чтобы спасти его и вселенную от Наблюдателей и Бледных...» Я улыбнулся ей, хотя она не могла видеть моего лица. «Когда я умер — в последний раз...» Слова не шли. «Теперь я знаю лучше. Абсолют не может быть побежден, но он может проиграть. Он может потерять нас».

Я перестал ходить по помещению и стал следить за движением своей тени на стене, пока фонарь Валки продолжал вращаться. «Вот почему он построил это место, почему он послал часть себя в то будущее, которое я видел... чтобы спасти нас».

Кассандра только смотрела на меня. Я почти мог видеть ее лицо сквозь бледную керамику визора.

«Знаю, что говорю как сумасшедший», — вздохнул я.

«Если он существует вне времени, — Кассандра запнулась, — разве он не может просто... прийти, когда и куда ему заблагорассудится? Зачем ему все эти хлопоты?» Она указала на руины вокруг нас, на космос за ними.

«Он так тоже делает», — ответил я. «Так он спас мне жизнь... обе мои жизни. Но это место! Оно нечто иное, разве ты не видишь? Это приглашение. Эти руины — эта машина — это дорога. Путь к нему».

Под сомнение ставится не его реальность, — сказал Судья, — а твоя.

Разве руины на Эмеше не привели меня к Аннике в свое время? Разве это место, в свою очередь, не вывело меня на путь к Падмураку? К Актеруму? К Сабрате и Ллесу в конце времен?

«Мы все совершаем паломничество, — сказал я после долгого и напряженного молчания, нарушаемого лишь вращением лампы, — все мы. Все человечество... и не только люди...» Я подошел к стене купола и вгляделся в отражающую поверхность. «Эти руины... как будто он зовет нас, протягивает руку...»

«Абба?»

«Может быть, я все-таки был прав», — сказал я. «Судья — я давно рассказал ей о Судье — сказал, что его возвращение в нашу вселенную неизбежно. Но он предложил мне выбор. Я мог убить Тихого, раздавить его в яйце. Но я никогда не смог бы убить Абсолюта целиком. Он вернулся бы другим путем, другим способом...»

Так и должно быть.

Тогда я вспомнил Лориана, озарение, которое получил при нашем расставании — что он был тем, кого бог мог выбрать, чтобы занять мое место, если я потерплю неудачу. Если бы я полностью отверг призыв, совершив богоубийство в тот день в мире последнего солнца, сколько времени прошло бы впустую? Сколько из того, что было, было бы уничтожено, погружено обратно в квантовую пену, чтобы новая нить могла быть взята и продолжена? Сколько зависело от моего выбора?

Сколько зависит от каждого нашего выбора? Твой выбор, Читатель, так же важен, как и мой.

«Но должно быть что-то еще, что-то, что я упускаю», — размышлял я, обводя пальцем дугу одного из компонентов глифа. «Это место... это машина. А значит, ее можно использовать».

«Использовать?»

Я посмотрел на нее, все еще сидящую на полу со скрещенными ногами, с рукой на колене. «Как добраться до него», — пояснил я. «Чтобы поговорить с ним... Не знаю! Возможно, я никогда не узнаю, я...»

«Madha es, Abba?»

Я слишком долго молчал. «Кассандра, — сказал я, — Aнарьян, если... если я не выживу...»

«Не говори так!»

«Если я не выживу, — повторил я, медленнее и более решительно, — ты должна обратиться к Джадду. Ты должна работать с ними над этим. Это единственная загадка, которую стоит разгадать».

«Руины?»

«Бог!» — сказал я. «Вот почему мы здесь. Из всех сил в галактике Олорин — единственный, кому я могу доверять. Вильгельм стареет... а Империя...» — это гнездо змей... Я не отдам Аннику в их руки. «Это место... считай его частью своего наследства... что?»

Кассандра покачала головой. «Ты не умрешь», — сказала она. «Ты не можешь умереть. Ты забыл?»

«Я могу умереть», — возразил я. «Я умирал уже дважды. Нет никакой гарантии, что Абсолют вернет меня к жизни в третий раз...» Я отмахнулся от ее следующего, еще не сформулированного возражения и ткнул пальцем в пол. «Мне нужно, чтобы ты пообещала мне — пообещала, что уйдешь... когда я скажу тебе уйти».

«Уйду?» — спросила Кассандра. Я думал, что она встанет. «Абба, куда ты пойдешь?»

«Мы идем в огонь, дочка», — сказал я. «Мы столкнемся не только со сьельсинами и их богами, но и с самой Империей. С Капеллой. Ты знаешь, кто они. На что они способны. Даже если мы победим, галактика не будет безопасной для тебя, а я... возможно, меня уже не будет в живых, чтобы защитить тебя».

Кассандра все-таки встала, и когда заговорила, голос ее дрожал от ярости. «Мне больше не нужна твоя защита, Абба!» Она схватилась за рукоять меча. «Это все, что мне нужно для защиты».

«Может быть, и так, — спокойно ответил я, — но на данный момент у тебя есть и я. Когда меня не станет, ты должна будешь продолжить то, что я начал». Я развел руками. «Это место. Этот поиск». Я положил руки ей на плечи. «Ты понимаешь? Я отдаю тебе все это: все. Дело жизни твоей матери и мое. Но ты не сможешь сделать это в одиночку».

«Поэтому ты привез сюда князя?»

«Да», — кивнул я и легонько встряхнул