"Пожиратель солнца". Компиляция. Книги 1-7 - Кристофер Руоккио

Она не ответила, только кивнула, наполовину отвернув от меня свое скрытое маской лицо. Я отпустил ее, наблюдая, как она поворачивается на месте, изучая надписи над головой. «Ты действительно думаешь, что эти руины — машины?»

«Я думаю, что они все часть одной машины», — уточнил я и указал на один из тоннелей. «Думаю, если бы ты прошла достаточно долго по этому коридору, ты бы вышла на Эмеш, где я встретил твою мать».

Кассандра только смотрела. На вход в туннель. На меня.

«Знаешь, Кхарн Сагара верил, что все это часть какой-то машины. Что мы все... программы, как ты, наверное, сказала бы».

«Я в это не верю», — возразила Кассандра. «Никакая машина не смогла бы создать такой мир».

Я улыбнулся. «Я скорее думаю, что он прав», — произнес я наконец. «По крайней мере, по аналогии. Это как будто мы — сон в уме Абсолюта».

«А это имеет значение?» — спросила она, как всегда прагматичная. «Это меняет то, что мы должны сделать?»

«Нет», — согласился я. «Это не имеет значения. Это не имело бы значения... даже если бы мы были просто... персонажами в книге. Наши жизни все равно остаются нашими, наши истории...» Я снова коснулся ее плеча. «В конце концов, мы все просто истории».

«Ты уже такой и есть...» — согласилась она, оглядываясь на меня. «Но я знаю, что этот мир был создан не машинами. Мы уже знаем правду!»

«О?» — удивился я.

Она полностью повернулась ко мне. «Бог — это краб, помнишь?»

Тут у меня вырвался смешок, заставив прикрыть рот рукой. Кассандра тоже рассмеялась, и на мгновение все стало так, как будто мы никогда не были на Воргоссосе. Или на Сабрате. Все стало так, как будто мы вообще не покидали Джадд.

«Краб!» — воскликнул я, все еще смеясь. «Действительно! Именно так...» Лампа Валки пролетела между нами, отбрасывая бледно-золотой ореол. «Тут ты права: наши жизни принадлежат нам, и наши испытания...»

«Милорд?» — прозвучал в ухе голос Холдена. «Князь прибыл».

«Очень хорошо, Холден», — ответил я, прикоснувшись к коммуникатору. «Мы направляемся к тебе».

Кассандра с силой толкнула меня в грудь. «Так не делается, Абба!»

Я мог только покачать головой. «А разве бывает как мы хотим? Хоть когда-нибудь?»

Князь и его свита приземлились у подножия горы, у нижних ворот, недалеко от старого лагеря «Тамерлана». Вместо того, чтобы пробираться через руины, мы вернулись к нашему шаттлу на горе и спустились, чтобы встретиться с ними.

«Что такое?» — спросила Кассандра, заметив, что я застыл в созерцании мира, видимого через узкую щель моего окна.

Внизу простиралась бесконечная пустыня, красные пески испещренные черными прожилками, кое-где виднелись уступы, образовавшиеся в результате какого-то древнего катаклизма. Вокруг царила невероятная тишина. Ни одна песчинка не шевелилась в этом безвоздушном пространстве, не звучало песней скворца, не летали воробьи.

Но так будет не всегда.

«Однажды будут воздвигнуты еще горы», — сказал я, указывая на ровную равнину. «Вон там. Здесь будут города и дворцы — насколько хватит глаз». Я видел их, мне показали эту версию в то время, которому не суждено наступить, когда я поднялся выше, приблизился к Абсолюту и получил дар зрения.

«Милорд?» Холден сидел напротив меня.

Я отвлекся от окна, чтобы посмотреть на него. «Это место... может, оно и не выглядит чем-то особенным, но оно растет, процветает, в то время как остальная часть вселенной угасает...» Я замолчал, задыхаясь от внезапного озарения, и прошептал: «Он здесь...»

«Что?» Я чувствовал, как Кассандра смотрит на меня.

«Он здесь», — повторил я. «Черный город». Я знал, что они считают меня сумасшедшим — Холден, мои охранники — все, кроме Кассандры. «Я вернулся сюда однажды... в моем прошлом». Я на мгновение задержал взгляд Кассандры. «Когда был мертв».

Она понимающе кивнула.

Через мгновение мы приземлились, и рампа открылась прямо на пески. Из-за отсутствия воздуха не доносилось ни звука, ни дуновения, которое могло бы взволновать эту безжизненную пустыню. Было слышно только наше тихое дыхание и мягкий хруст земли под нашими ногами. Кассандра шла впереди меня, рукав ее мандии выпрямился в тишине, жесткий, как знамена джаддианцев — шафрановые, серебряные, лазурные — которые стояли там, ожидая нас.

«Это место!» — прогремел голос Олорина по связи. «Esna ravi, mia sadjim! Esna molto ravi! Какие размеры! Это было построено той же расой, которая оставила руины на Эмеше?»

«Его слугами», — кивнул я.

Олорин смотрел с изумлением. «Теперь я понимаю, почему вы скрываетесь именно здесь!» — воскликнул он. «Вы продолжаете доброе дело твоего доктора».

Я грустно улыбнулся, не замечая выражения его лица. «Нам нужно было где-то спрятаться, пока утры устраняли повреждения нашего корабля», — пояснил я и указал на лагерные палатки, которые «Тамерлан» оставил на песке, генератор давно не работал. «Это место... здесь никто не бывал, кроме моих людей, и это было очень давно. Мы далеко от цивилизации, далеко от сьельсинов. Лучшего места и быть не могло, и, кроме того...» Я посмотрел на гору, на то, что должно было стать началом будущего города. «Я должен был быть здесь».

«Никто?» — спросил князь. «А как же строители?»

«Они еще не пришли», — ответил я. «Их время — конец времен».

Позади меня капитан Азхар фыркнул и усмехнувшись, добавил: «Еще сказки jitaten!»

«Доказательства скоро будут представлены вам, добрый капитан», — сказал я, не отрывая взгляда от города. «Эти руины, как и те, что на Эмеше, движутся назад, против течения времени».

«Moshkara!» — воскликнул Азхар. «Я вижу только кучу старых камней!»

«Sala, Адраяно. Тише». Олорин прошел мимо меня. «Что это за место?»

Я подошел и встал рядом с ним. Затем закрыл глаза, доверился словам, которые пришли ко мне, и ответил: «Место рождения моего бога». Стоя спиной к остальным, я почти мог представить, что нахожусь здесь один: одинокий паломник на первых шагах того пути, который вел к концу времени и создателю времени. «Здесь он сделал меня тем, кто я есть», — произнес я и, уверенный в своей правоте, добавил: «И здесь он возродил меня к новой жизни».

«Здесь?» Олорин повернулся ко мне, его мандия была совершенно безжизненна.

Я повел нас по тропе к разрушенному городу, следуя линии маркеров, которые Красный отряд вбил в скалы столетия назад, их когда-то красные флажки выцвели