Фантастика 2026-159 - Анна Сергеевна Платунова

Вы замечаете схожесть со случаем Потехина? — задал я прямой вопрос, когда мы с Мадьяровым отошли в сторону. — Наш пациент однозначно мёртв, однако прошли практически сутки, а его тело совершенно не изменилось. И более того, совершенно непонятно отчего он умер. Такое впечатление, что он погрузился в летаргический сон.

— Хочешь сказать, через пару дней он оживёт? — с надеждой в голосе произнёс начальник имперских ищеек.

— Хотелось бы верить.

Я прекрасно понимал, что Мадьяров отчаянно надеется на хороший исход этого дела, но что-то мне подсказывает, что так просто этот клубок не развязать. Похоже, наш противник в этой игре разума основательно подготовился.

— А знаете что, соберите всех, кто контактировал с пострадавшим, — распорядился я, и агенты вмиг бросились выполнять моё поручение. Интересно! Выходит, Кирилл Витальевич приказал им выполнять мои приказы? И насколько далеко я могу зайти? Впрочем, лучше не пытаться прощупывать пределы своих возможностей, а заняться своими прямыми обязанностями, ведь от меня ждут помощи в деле, где сам Мадьяров не преуспел.

Среди всех приближённых были только дочь князя, его целитель, охрана и служанка. Причём, целитель клялся, что проверял пищу и питьё нанимателя, и никаких ядов не заметил. Учитывая, что человек работал на Авгурийских более двадцати лет, он вполне мог говорить правду. Ситуация действительно зашла в тупик, потому как по всем медицинским показателям мужчина был мёртв, но ни орудия преступления, ни причины его смерти выяснить не удалось.

— Я хочу провести вскрытие, чтобы узнать причину смерти отца, — призналась женщина. — Если целители не в состоянии объяснить что случилось, пусть это сделают учёные и лаборанты.

— Боюсь, вскрытие проводить пока нельзя, — покачал я головой. — Иначе в некрологе запишут, что причиной смерти стало именно вскрытие пациента.

— Что вы такое говорите? — вспылила Кассандра и повернулась к Мадьярову. — Кирилл Витальевич, кого вы привезли? Вы говорили, что он первоклассный специалист, а он говорит гадости.

Надо же! Оказывается, Мадьяров меня действительно высоко ценит? А если судить по его поведению, в жизни бы не подумал. Хотя, не считай Кирилл Витальевич меня профессионалом, не тащился бы за мной в Дубровск.

Ситуация зашла в тупик, и единственным способом попытаться вывести её из этого состояния было потянуть за верёвочку и спровоцировать массу событий. Да, я рискую промахнуться, но иначе мы застрянем в патовой ситуации. Проведя параллели с делом Потехина, я сделал определённые выводы, и этого для меня оказалось достаточно, чтобы знать с какой стороны зайти.

— Кирилл Витальевич никогда не ошибается, — начал я, повысив голос, чтобы перекричать возмущения испанской княжны. — Я действительно могу распутать это дело, и сделаю это прямо сейчас. Казалось бы, отсутствие улик заведёт дело в тупик, но не деле это даже упрощает задачу. Знаете, убийца решил сработать чисто, и это его погубило.

Я посмотрел на человека, который побелел, когда наши взгляды встретились, и продолжил.

— Он так боялся оставить какую-либо улику, которая сможет вывести на его след, что не оставил никаких зацепок, и тем самым выдал себя.

— Ничего не понимаю, — покачал головой Мадьяров, словно пытался отогнать наваждение.

— Знаете, человека может убить яд, обострившаяся болезнь, повышенная температура, сердечный приступ, или ошибка целителя. Да, мы можем допустить ошибку в проведении процедуры, что может привести к смерти. Вы сами ведёте расследование по делу смерти пациента клиники Вельского, поэтому понимаете что я имею в виду. Та же ситуация случилась и здесь. Только это была не ошибка, не случайность, — я выждал время, чтобы нагнать драматизма, и закончил мысль. — Это запланированное убийство.

— И вы можете назвать имя этого человека прямо сейчас? — вкрадчиво поинтересовалась Кассандра.

— Да. Человек, который довёл вашего отца до такого состояния — ваш семейный целитель Себастьян.

— Не может быть! — воскликнула Кассандра. — Должно быть, вы ошибаетесь?

— Павлов, я не вижу мотива у этого преступления, — рассеянно пробормотал начальник имперских ищеек. — Зачем целителю убивать своего нанимателя, которого он лечил практически всю свою взрослую жизнь?

— Посмотрите на воротник Себастьяна, и увидите на нём едва заметный след от помады, которой пользуется госпожа Авгурийская. Точнее, это уже не целитель, а без пяти минут князь Авгурийский, ведь они с Кассандрой Авгурийской находятся в отношениях. Он влюбил в себя девушку, чтобы устранить её отца и самому заполучить княжеский титул. И, как следствие, распоряжаться имуществом семьи.

— Вы ошибаетесь, только благородный от рождения может получить титул, — вмешалась Кассандра.

— Именно поэтому вы не афишировали свои отношения? — поинтересовался я. — Или причина была иная?

Меня смущало, что Себастьян нисколько не испугался, услышав обвинение. Такое впечатление, что он был свято уверен в своей невиновности и мог это доказать. Выходит, я промахнулся? Или ниточка, за которую я дёрнул, всё-таки выведет на истинного преступника?

— Браво, господин Павлов, — произнёс мужчина на ломаном русском. — Вы действительно способный сыщик, умеющий логически мыслить и обращать внимание на незначительные детали. Боюсь вас разочаровать, но я не убийца. Однако вы пошли по верному пути. Леон Авгурийский был погружён в летаргический сон по собственному желанию, я лишь помог ему осуществить этот план.

— Уснуть мертвецким сном по своему желанию? Что за вздор? Кто в своём уме захочет этого? — недоумевал Мадьяров.

— Уверяю вас, на это были причины, — ответил целитель. — Госпожа Авгурийская хотела устранить своего отца, потому как он обещал вычеркнуть её из завещания. Она вела расточительный образ жизни и неоднократно ставила под удар репутацию рода. На семейном совете уже не раз поднимался вопрос о лишении Кассандры титула и привилегий.

— Это всё ложь! — заявила женщина, но по её тяжёлому дыханию и учащённому сердцебиению я понимал, что она лжёт.

— К чему попусту сотрясать воздух? — развёл руками Себастьян. — Давайте приведём в чувство господина Авгурийского, и пусть он сам нам обо всём расскажет. На самом деле я инсценировал его смерть, а сейчас снова верну к жизни. Дамы и господа, я попрошу вас покинуть комнату на время процедуры.

— Простите, а могу я поприсутствовать? — вмешался я. — У нас недавно был похожий случай, и преступнику удалось таким образом избежать наказания. Проблема в том, что тогда я лично подтвердил факт его смерти.

— Хотите реабилитироваться? — ухмыльнулся мужчина. — Разумеется, я не буду возражать, если вы останетесь, но не надейтесь