Современная зарубежная фантастика 6 - Адам Пшехшта

– Ты убила ее?

Нефрита приподняла шипы в ответ, но не вспылила. Она сказала:

– Нет. – Подчеркивая иронию в своем голосе, она продолжила: – Меня убедили этого не делать.

Лун запоздало принял земной облик. Меньше всего в этой ситуации ему хотелось привлечь внимание Жемчужины. Однако та не отводила глаз от Нефриты. Она склонила голову набок, и ее взгляд стал ледяным.

– Почему нет? – Слова были произнесены в почти абсолютной тишине. Все в зале затаили дыхание. Лун слышал, как ветер снаружи шелестит листвой.

Нефрита повела шипами.

– Я не хотела развязать войну. Мы отнесли Тишину и одну из ее воительниц в Изумрудные Сумерки и заставили воительницу говорить в присутствии наставника. – Нефрита выдержала паузу и подчеркнуто прибавила: – Теперь они перед нами в большом долгу.

Жемчужина молчала так долго, что некоторые воины в зале, наверное, были уже готовы потерять сознание от нехватки воздуха. Затем она сказала:

– Я удивлена, что ты подумала об этом в пылу момента.

Лун старался ничем себя не выдать. Он подумал, не сделал ли он хуже, отговорив Нефриту от немедленного мщения. Но Нефрита оставалась спокойна и не пошла на поводу у Жемчужины. Она сказала:

– Мне показалось, что так будет лучше.

Жемчужина еще несколько секунд смотрела ей в глаза, а затем сказала:

– Посмотрим.

Она отвернулась, и по всему залу пронесся вздох облегчения. Краем глаза Лун увидел, как у Звона подкосились ноги, и Душа с Елеей поспешно подхватили его, чтобы он не упал.

Когда толпа расступилась, чтобы пропустить Жемчужину, она подняла руку, подзывая Потока. Тот поспешил за ней. Лун пожалел о том, что на миг посочувствовал ему. Понизив голос, он сказал:

– Он расскажет ей обо всем, что случилось.

– Да, расскажет. – Нефрита не беспокоилась. Долгий перелет от Изумрудных Сумерек явно позволил ей увидеть ситуацию в более оптимистичном свете. – Она увидит преимущества.

– Кто-то должен рассказать мне о том, что случилось, – заметил Утес. – Но делать вам это придется по пути в ясли, потому что Стужа обвинила меня в том, что я бросил вас где-то умирать, и она смогла убедить всех остальных детей в том, что права.

Лун поморщился. Когда он уходил, то боялся, что что-нибудь подобное случится, однако выбора у них тогда почти не было.

Нефрита взяла его за руку и потянула вслед за Утесом. Она с усмешкой сказала:

– Мы оба пойдем. Думаю, мне нужно больше времени проводить со Стужей.

Лун подумал, что это, пожалуй, лучшее, что они могут сделать.

Прощание с Цветикой состоялось позже тем же вечером, после того как Нефрите, Луну и воинам дали возможность отоспаться и отдохнуть. Арборы нашли нишу в одной из стен наверху, на неиспользуемых этажах окрыленных, и Утес сказал, что это одна из старых ниш, где хоронили королев и консортов. Душа и другие наставники пока не знали, как заставить древесину расти, чтобы закрыть нишу, но она все равно была хорошим последним пристанищем.

Для Цветики пел весь двор. Лун в этом не участвовал, но он заставил себя спокойно высидеть всю песню, хотя ему и было неловко. На этот раз она не показалась ему столь уж зловещей, но все равно вызывала ощущение отчужденности.

После Лун и Звон сидели снаружи, на выступе над водопадом. Они смотрели на крошечных летающих ящериц, гонявшихся за светлячками среди брызг, а где-то за исполинскими древами садилось солнце и, уступая место темноте, сгущались зеленые сумерки. Весь двор находился в напряжении и тревоге. Насколько понял Лун, в ближайший день или два семя либо покажет, что готово снова срастись с древом, либо нет. Им ничего не оставалось, кроме как ждать.

Звон вдруг сказал:

– Завтра будут выбирать нового главу наставников.

Это настораживало. Равновесие сил при дворе и так было довольно хрупким. Лун спросил:

– И кто им станет?

– Наверное, Душа.

Это настораживало уже по другой причине. После сражения и побега из улья двеев Душа не смогла погрузить Луна в целительный сон.

– Но она же еще совсем молода.

– Это как раз не проблема, – сказал Звон, хотя его голос все еще звучал подавленно. – Даже лучше, чтобы это был кто-то молодой: она сможет приспособиться и всему научиться. И другие наставники все равно будут рядом и помогут ей. Душа рассудительная, умеет разрешать споры, да и Жемчужина с Нефритой – обе ей доверяют. Цветика считала ее вторым лучшим… нет, самым лучшим кандидатом на роль преемника.

– Лучшим после тебя, – сказал Лун, а затем осознал, что ему следовало промолчать.

– Но я больше не могу стать преемником, – сказал Звон, уже не столь подавленно, а скорее раздраженно.

– Извини.

Звон покачал головой.

– Да все в порядке. Просто… Мне хочется помочь им с семенем, а я не могу.

Луну тоже хотелось, чтобы Звон мог помочь. Он попытался представить себе, как они снова снесут все вещи на летучие корабли и отправятся куда-то еще, и почувствовал, словно ему в сердце вонзили нож. Он хотел остаться здесь.

Утес был прав с самого начала. Двору было самое место в этом древе. И Лун собирался сделать так, чтобы и для него оно здесь тоже нашлось.

Позднее, той же ночью, когда Лун и Нефрита спали в своей опочивальне на этаже учителей, кто-то громко постучал по подвесной кровати. Лун, лежавший ближе ко дну, вздрогнул и проснулся, а Нефрита, рыча, скатилась с него. Они оба перегнулись через край и увидели Почку, выжидающе смотревшую на них. Она сказала:

– Семя! Семя готово!

Лун осознал, что из коридора доносятся шум, топот и голоса. Нефрита ахнула, выпрыгнула из кровати и выбежала из комнаты вместе с Почкой. Все еще полусонный, Лун спустился вниз, оделся и присоединился к ручейку арборов, стекавшихся к ближайшей лестнице. Лун прошел мимо Нирана, полуодетого и заспанного. Его длинные волосы были стянуты на ночь платком.

– Что происходит? – спросил Ниран.

– Они думают, что семя готово, – сказал Лун, проходя мимо. – Сейчас будут пробовать прирастить его к древу.

– А! Удачи! – крикнул Ниран ему вслед.

Лун вместе со всеми остальными спустился на нижний уровень, где находилась колыбель семени. В ведших к ней коридорах уже толпились арборы и воины, и все взволнованно перешептывались. Некоторые перевоплотились и заползли на низкий потолок, чтобы оказаться повыше, хотя Лун сомневался, что они и оттуда смогут что-нибудь увидеть. Он стоял на носочках, пытаясь выяснить, что происходит, когда Елея растолкала локтями толпу, схватила его за руку и бесцеремонно потащила обратно по коридору, прямо к двери в комнату с семенем.

Нефрита была уже там,