Приграничье 1-13 - Павел Николаевич Корнев

— Ну что, раскидаем?

Напалм скривился, но протестовать не стал. Мы распределили закупленное мной снаряжение и заодно подбили список того, что необходимо дополнительно приобрести в Песчаном. Деньги стрясли, разумеется, с Ермолова.

Ведьм все не было, и постепенно их задержка начала несколько даже напрягать.

— Напалм, что про Душмана говорят? — спросил я, поглядывая по сторонам. — Вы позже нас из Форта выехали.

— Восточный и Северный участки на усиленный режим перевели, но никто ничего толком не знает, — сообщила Вера, цепляя на ремень кобуру с револьвером. У нее тоже оказался "ругер", только с четырехдюймовым стволом.

— Какой калибр? — поинтересовался я.

— Сорок пятый, — ответила девушка.

А вот у пироманта оружия при себе не было вовсе.

— Напалм, у тебя хоть нож есть? — вздохнул я.

— Главное мое оружие здесь, — постучал он пальцем себя по виску.

— Нож — это многофункциональный инструмент.

— Нож есть, — усмехнулся Напалм.

Тут развалившийся на переднем сиденье внедорожника Ермолов встрепенулся и выбрался из машины.

— Кажись, наши, — сказал он, присматриваясь к выехавшим из ворот Форта автомобилям. Впереди катил, трясясь и подпрыгивая на неровной дороге, битый-перебитый "соболь" с затянутыми металлической сеткой окнами, следом солидно переваливалась на кочках "шишига" — ГАЗ-66 с закрытым брезентовым тентом кузовом.

— Целая искпедиция, — вздохнул Напалм. — Спорим, у "газельки" амортизаторы наглухо убиты?

— Это "соболь", — поправил пироманта Ермолов.

— Хрен редьки не слаще.

— И то верно.

"Соболь" заехал на парковку и остановился, грузовик просто прижался к обочине. Из его кузова сразу выпрыгнули трое мужичков в камуфляжных штанах и куртках, к ним присоединился водитель "шестьдесят шестого", и они пустили по кругу одну сигарету на всех. Водитель фургона остался сидеть в кабине.

Ведьм нигде видно не было.

— Или не они? — озадаченно поскреб затылок Ермолов.

Но тут боковая дверца "соболя" сдвинулась и наружу выбралась Яна. Легкая распахнутая на груди курточка, футболка, обычные джинсы — ведьма будто на развлекательную прогулку собралась. Ладно хоть на ногах не туфельки, а нормальные сапоги.

А где вторая?

Вторая валькирия тоже не заставила себя ждать. Напарница Яны оказалась невысокой и худощавой, с мальчишеской фигурой и прической тоже под мальчика; короткие черные волосы торчали в тщательно проработанном беспорядке.

— Это еще что за эмо? — хмыкнул Напалм.

И действительно: губы брюнетка выкрасила в черный цвет и черным же подвела глаза, в ушах посверкивали многочисленные колечки. Ее кожаная куртка, прочные штаны и высокие ботинки на толстой подошве были пошиты из кожи, разумеется, тоже черной.

Уж не знаю почему, но холодом от брюнетки веяло куда сильнее, чем от Яны. Рядом с той будто на сквозняке стоишь, а здесь морозит, как если бы пригоршню снега за ворот сунули.

Ермолов выбрался из машины и улыбнулся.

— Яна! И…

— Лика, — представилась вторая ведьма. Голос у нее оказался с легкой хрипотцой.

— Очень приятно. — Шурик обернулся и указал на нас: — Лед. Напалм. Вероника.

Яна уточнила:

— Больше никого не будет?

— Нет, — подтвердил Ермолов. — Можете уехать на одном грузовике.

— У нас груз до Песчаного, — покачала головой Лика и спросила: — Вы готовы?

Я вытащил закинутый на заднее сиденье "форда" рюкзак и кивнул.

— Готовы.

— Тогда выдвигаемся! Надо Рудный засветло проехать, иначе на опорнике застрянем, — объявила брюнетка и зашагала к "шишиге".

— Лика, погоди! — остановил я ее. — По поводу блокировки окон…

— Да? — обернулась валькирия.

— Энергетические линии блокировка не перекроет?

— А почему тебя это волнует?

— Так либо окно зарастет, — пояснил я, — либо энергетический фон серьезно повысится. В общем, не вариант.

— Не беспокойся, окна закроем только от людей. Энергетическую сферу затрагивать не будем, — уверила меня брюнетка и забралась в кабину "шестьдесят шестого".

Яна вернулась в "соболь" и заняла переднее пассажирское сиденье рядом с водителем. Шурик задумчиво глянул ей вслед и тяжело вздохнул.

— Поехали с нами? — рассмеялся я, проследив за его взглядом.

Ермолов еще раз вздохнул и покачал головой.

— Нет, сейчас в Волчий лог рвану.

— Удачи!

Мы пожали друг другу руки, и я забрался в боковую дверь фургона. Прошел подальше, опустил рюкзак на свободное место, сам уселся рядом и устроил на коленях "сайгу". Вера заняла пару сидений впереди меня, а непривычно молчаливый Напалм расположился отдельно. Он сразу воткнул в уши горошины наушников и отвернулся к окну.

— Дуется? — спросил я у Веры.

— Демонстрирует тонкую душевную организацию, — ответила девушка.

— Я все слышу! — предупредил нас пиромант.

Водитель завел двигатель, и "соболь" первым выехал с парковки и покатил по дороге. Поначалу фургон шел довольно мягко, но, когда обогнули базу погранслужбы и повернули на юг, трясти стало куда сильнее. Ям в дорожном полотне хватало с избытком, и, хоть самые глубокие были засыпаны гравием и щебнем, фургон трясся так, что у меня время от времени клацали зубы.

Вскоре Яна приподнялась над сиденьем и развернулась к нам.

— Таблетки у всех есть? — спросила она.

Обтянутая футболкой грудь ведьмы озорно подпрыгивала при каждом рывке фургона, поэтому мы с Напалмом с ответом определенно замешкались. За нас ответила Вера.

— Спасибо, есть, — улыбнулась она, а когда ведьма отвернулась, вытянула ногу и пнула мужа по щиколотке. — Слюни подотри!

Пиромант нисколько не смутился и ответил с обезоруживающей прямотой:

— Да ладно, у тебя титьки больше.

— Еще одно слово, и будешь ночевать на коврике! — предупредила Вера.

— Собака бывает кусачей только от жизни собачьей… — нараспев протянул Напалм и вновь отвернулся к окну.

— Вот я не поняла сейчас: это ты про меня или себя? — спросила девушка.

Пиромант сделал вид, что вопроса не расслышал. Вера покачала головой, достала пузырек экомага и закинула в рот сразу две таблетки.

Понемногу я свыкся с тряской и уставился в окно. Затянувшая его металлическая сетка казалась не слишком надежной защитой, но при броске какой-нибудь твари могла подарить пассажирам пару драгоценных секунд, на это и делался расчет.

Нормально, лишним точно не будет.

Вдоль дороги потянулось поле, заросшее травой с явным синеватым отливом; изредка там мелькали редкие точки бледно-оранжевых и фиолетово-красных цветков. Невысокие кусты на обочине только-только начинали обрастать листвой, а высоченные бархатники покачивали на ветру длинными голыми ветвями. Почудился горьковато-кислый запах, но именно — почудился, их почки начинали набухать только в начале июня.

"Соболь" ускорился, обогнал обоз из трех подвод и спешно вернулся на свою полосу, уходя от столкновения с отчаянно сигналившей "Нивой". Водитель "шишиги" так лихачить не стал и нагнал нас позже, когда поле изменило свой цвет с сине-зеленого на изумрудный. Вдалеке замаячили точки домов, небо над ними было сероватым от печного дыма.

Проехали трое велосипедистов с закинутыми за спины винтовками,