"Фантастика 2026-182". Компиляция. Книги 1-31 - Татьяна Петровна Крылова

Сидзуити быстро сообразил, какие перспективы открываются перед ним, учитывая невероятный новый статус его знакомого и хорошие отношения между ними, и решил действовать, что называется, на опережение. Иметь в друзьях (или хотя бы в хороших приятелях) такого человека, как император Маньчжурии, — это дорогого стоит. Не говоря уже о том, что Дмитрий являлся родным сыном российского государя Михаила Третьего, что ставило его на одну ступень почти с любым правителем….

— Ну, пока я еще не «его величество», — небрежно махнул рукой Дима, — что же касается будущего… Почему бы нет? Война, полагаю, скоро закончится, все пленные, в том числе и вы, Сидзуити, поедете домой, но затем вы сможете вернуться. Скажем, в качестве сотрудника посольства вашей страны. Все равно нам с вашей Империей придется налаживать дипломатические отношения, так почему бы господину Оку и не оказаться среди ее дипломатов? Мне лично это было бы приятно…

Сидзуити задумчиво покивал — идея Романова ему очень понравилась, и он уже стал прикидывать, как ее лучше осуществить. Задача была очень непростая: он ведь кадровый армейский офицер, а не дипломат, никогда раньше не входил ни в одну дипмиссию, а потому у него было мало шансов, что его включат в число сотрудников нового японского посольства в Маньчжурии. Скорее всего, предпочтут направить уже проверенных, опытных людей — учитывая весьма сложные отношения между двумя соседними государствами.

— Вы ведь племянник Императора Хирохито? — подсказал ему Дима. — Тогда сможете стать его личным представителем при моем царском дворе. Думаю, это решение всех устроит.

Сидзуити радостно просиял: да, вот он — реальный выход, личный представитель его величества Хирохито! Дядя точно не будет против — он всегда хорошо относился к своему двоюродному племяннику, а в японском МИДе возражать тем более не станут (раз это решение самого Императора), наоборот, будут рады иметь своего представителя при маньчжурском дворе. Человека, у которого сложились неплохие личные отношения с новым императором Дмитрием Первым… Это весьма пригодится при подписании мирных соглашений между двумя странами.

Значит, ему надо готовиться к смене карьеры — его ждет переход с армейской на дипломатическую службу. Ну, что ж, это будет даже очень неплохо! В плане карьеры он ничего не потеряет, зато появится гораздо больше свободного времени для занятия любимой литературой. Да и больше возможности покупать новые американские пластинки с любимым джазом: у сотрудников дипломатических представительств обычно много нужных и полезных связей… В общем, впереди у него открывались весьма неплохие перспективы. И это все благодаря тому, что он в свое время сделал правильный выбор и помог царевичу Дмитрию сбежать из Синьзина.

Дмитрий поговорил с Сидзуити еще некоторое время, а затем они распрощались: лейтенант Оку вернулся к другим пленным, а он занялся насущными делами. И самое главное из них — усилить свое присутствие в столице: один танковый батальон (пусть даже с казаками и артиллерией) не сможет держать под контролем довольно большой по местным меркам город. И тут он снова вспомнил о несчастном императоре Пу И — понадобится его помощь.

Пленного монарха доставили в здание Квантунской армии — Дмитрий сделал штаб своей временной резиденцией — очень удобный, большой дом в самом центре города, и проводили в кабинет Романова (бывший кабинет генерала Уэда). Император был бледен и чувствовал себя явно не в своей тарелке. Его откровенно пугали страшные бородатые «косакку» и вообще российские военные, и он откровенно не понимал, что от него хотят. Отречься от престола? Пожалуйста, хоть сейчас! Только опустите меня, прошу вас, и я тут же уберусь как можно дальше из этих мест. И от этой ужасной войны…

Дмитрий принял Пу И весьма вежливо, угостил чаем и объяснил, что от него требуется (переводчиком выступал майор Отари — разговор с императором происходил на японском). Надо было отдать приказ местному начальнику полиции, чтобы все его подчиненные по-прежнему выполняли свои обязанности и не допускали грабежей и насилия — необходимо предотвратить хаос и возможные беспорядки в Синьцзине (что часто бывает при смене власти), обыватели должны чувствовать себя спокойно и по-прежнему заниматься своими делами. Одновременно требовалось, чтобы маньчжурские части, еще оставшиеся в городе (японских уже не было — генерал Уэда все их перебросил к Харбину) не оказывали сопротивления нашим военным. Взамен солдатам и офицерам гарнизона гарантировалась свобода — пусть сложат оружие и идут, куда хотят. Хоть к себе домой, хоть еще куда…

Пу И вздохнул с большим облегчением — он ожидал гораздо более худшего. А это он мог выполнить вообще без проблем — формально он еще являлся главой государства и имел право отдавать соответствующие распоряжения своему премьеру и другим членам правительства. А те уже спускали его приказы по цепочке чиновника ниже…

Доставили в штаб премьер-министра Чжан Цзиня и военного министра генерала Син Ки-ляна (их тоже взяли на аэродроме), и они в присутствии Романова получили от императора Маньчжоу-го нужные указания. После чего их тут же освободили — пусть возвращаются к исполнению своих обязанностей (как и все прочие чиновники), поддерживают в городе спокойствие и порядок. Все магазины, банки, госучреждения, транспорт и пр. должны функционировать, как и раньше, без сбоя и саботажа.

При этом Дима прямо заявил высокопоставленным маньчжурцам, что, если они будут плохо справляться со своей работой или как-то вредить новой российской власти, то с ними быстро разберутся. И кивнул на мрачных казаков, стоявших у входа в кабинет. Те зловеще ухмыльнулись и весьма красноречиво положили руки на рукоятки своих шашек. Оба чиновника изменились в лице и стали горячо убеждать «его императорское высочество принца Дмитрия Романова» (кто он такой, уже было всем известно), что приложат все усилия для того, чтобы выполнить распоряжения. И быстро удались — побежали отдавать приказы своим подчиненным. Никто из них не хотел близко познакомиться с ужасными казаками и их острым оружием…

Пу И вежливо поинтересовался, что будет с ним и его приближенными, на что получил ясный ответ: до окончании военных действий он и его свита (включая жену) будут находиться под домашним арестом, но при этом разрешалось свободно пользоваться резиденцией, закупать продукты и все, что нужно, для жизни. А затем им предоставят свободу. Но только после того, как сам Пу И публично отречется от престола.

Глава 46

Глава сорок шестая

Император Маньчжоу-го был очень доволен услышанным: его