Фантастика 2026-138 - Анастасия Макарова

За это время они хотя бы немного привыкают к мысленному общению. Я, в свою очередь, с облегчением узнаю, что почему-то никто другой нас, по крайней мере меня, не слышит. Спасибо и на том.

К замку подходим затемно. Защитный купол сияет еле заметным светом — ага, узнаю руку старины Ману. Внутри всё во мне замирает от радости и предвкушения. Слава Бастет — я дома!

— Ну, давай уже, Пуф! — торопит меня Алекс. — Мы, между прочим, тут весь день шляемся. Есть уже охота, а ты тормозишь...

— Может, он ковёр красный хочет, с фейерверками? — бурчит Абрам.

— Дайте мне секунду, торопыги, — фыркаю в ответ. — Это, между прочим, не просто дверь, а артефакт. Сложнейшая магия. Всё по уму. Не то, что ваши кнопки!

— Пуф, хватит тянуть, давай уже, шевели копытами, то есть лапками! — Алекс мягко, но настойчиво подтолкнул меня вперёд. — Или тебя, может, на руках туда отнести?

— Только тронь! — я возмущённо оглядываюсь. — Я сам всё сделаю! Просто... осторожность не помешает...

— Пуф! — в один голос взрываются все трое. — Вперёд!

Меня буквально подталкивают к защитному барьеру. Протестую, фырчу, цепляюсь лапами за землю... Бесполезно. Неотвратимо, как пришествие королевского сборщика налогов по весне, я приближаюсь к куполу.

— Ладно-ладно! — рычу я. — Сейчас сниму защиту. Только не визжите, если вспыхнет что-нибудь!

Я касаюсь купола. И... ничего не происходит!

— Эм... — осторожно тянет Абрам. — Это... нормально?

— Подожди. Я сейчас... — я шепчу пару формул, хлопаю хвостом по земле. Купол мирно светится, но не реагирует.

— У тебя пароль забылся, что ли? — Алекс наклоняется ко мне. — Может, это как в телефоне — три раза неправильно, и заблокируют?

— Тихо! Это магия, а не ваша техника! — Я морщусь. — Ману, клянусь котами, что ты там накрутил?..

— Отлично, — выдыхает Елена. — Мы замерзли, устали, выглядим как беженцы-голодранцы, а наш пушистый хозяин никак не может открыть свой замок.

— Замолчите! — я почти визжу, чувствуя подступающую панику. — Сейчас я всё... решу.

С внутренним трепетом я тянусь к резервной формуле, надеясь, что она не запустит фаерболлы по ошибке... Сложнейшее плетение заставляет высунуть от усердия язык. Лапы дрожат от магического истощения... Наконец отпускаю сформированный ключ-отмычку...

— Ребят, не хочу вас расстраивать, но у нас проблемы... — разворачиваюсь от продолжающего светиться купола к своим спутникам, которые, кажется, уже начали догадываться о всей глубине нашего попадалова...

Павел Барсов, Симона Л. Грэй

Возвращение Пуфа или наказание человеками

Пролог. Елена

Елена стояла посреди мраморного холла, в тенях раннего утра, и отчаянно пыталась не зевать. Перед ней возвышалась экономка. Нет, не стояла, не сидела — именно возвышалась. Тётя Агата была в обхвате как столетний дуб и формами здорово напоминала карету: пухлые щёки, подвязанные тугим чепцом (видно, чтобы не треснули, пока она команды выкрикивает), подбородок (даже целых три) и голос, который мог подчинить роту солдат...

— Итак, милочка, — начала она с таким видом, будто сейчас огласит план осады Константинополя. — Каждое утро вы начинаете с протирки всех медных поверхностей на втором и третьем этажах. Особое внимание — бронзовой статуе Аремии, богине домашнего очага. Чтобы не было ни пятнышка!

Елена внутренне икнула. Аремия была выше неё и с характером. Буквально только что, пока она таскала вёдра на второй этаж, она уже зацепилась рукавом за копьё богини (кто-нибудь объяснит, зачем богине домашнего очага копьё?) и едва не оторвала себе половину платья.

— После этого — пыль. На всех горизонтальных и вертикальных поверхностях. Помните: если муха может на этом сидеть — значит, это надо чистить.

Если муха может на этом сидеть… Елена едва сдержала смешок. Получается, теперь надо натирать стены, потолок и, возможно, физиономию самой экономки?

— Затем вы идёте в музыкальную комнату и вычищаете струны и клавиши ватными палочками, смоченными в розовой воде. Никакого спирта! Он разрушает ауру!

Аура музыкальных инструментов? Елена мысленно представила блаженно сияющий рояль в позе лотоса, испускающий вибрации Чайковского в космос.

— После этого вам нужно проверить натяжение всех штор. Некоторые из них провисают — это недопустимо.

Елена невольно перевела взгляд на старинную гардину за спиной экономки. Провисание штор было серьёзной проблемой... Если забыть о том, что их стирали ещё при царе Горохе, не говоря уже о том, что по углам висели «красивые» трёхъярусные конструкции с эффектом арт-деко, по которым деловито ползали восьминогие дизайнеры, довольно упитанные на вид.

— Посуду в буфете необходимо переставлять раз в неделю. Чтобы не залеживалась.

Интересно, зачем? Сервизу скучно стоять на одном месте? Ему надо прогуляться?

— И запомните, милочка: свечи в зале всегда должны быть на одинаковом уровне. Подплавленные обрезать, не жалеть воска.

Угу! А в следующем пункте, поди, скажут причесывать кисточки на занавесках...

— И самое важное, — торжественно продолжила Агата, закатив глаза к потолку, где, кстати, висела ещё одна паутина, но уже на аляповатой золотой люстре. — Не забудьте смахивать пыль с ваз и статуэток. Если хоть на одной найдётся пыль — я буду очень огорчена.

"Да-да! И у меня случится запор от переполняющих меня эмоций..." — добавила про себя Елена.

— Всё понятно? — рявкнула экономка, сложив руки на внушительной груди.

— Абсолютно, — улыбнулась Елена с тем героическим спокойствием, какое бывает у людей, которым уже всё равно.

Если бы все двадцать служанок действительно делали всё это — замок был бы не просто чистым, он бы сверкал, как маяк.

Свинарник, в котором она уже несколько дней как "работала", зарос в грязи и пыли и выглядел откровенно запущенным, но... Если вспомнить, что придворные короля Людовика Четырнадцатого не стеснялись гадить по углам Версаля, то можно смело сказать, что замок Пуфа буквально блистал чистотой.

— Тогда за дело! — заявила экономка и величественно удалилась куда-то в сторону кухни.

Елена осталась одна, глядя на тряпку в руке, как на символ нового витка своей жизни, и невольно задумалась, как так получилось, что попали они в безвыходное положение вместе, а отдувается почему-то она одна. Где-то в глубине замка что-то упало, а девушка со вздохом закинула тряпку на плечо и поплелась на второй