Космос.Today II - Евгений Адгурович Капба

Но научиться классно стрелять по-прежнему хотел)

Глава 5

Начинается решающая битва

Десять составов мчались к экватору по монорельсу. Расстояние между ними было мизерным: метров двадцать, не больше. Сводный отряд из четырех центурий, дюжины ОБЧР, пяти экипажей спецмедэвакуации и нескольких специалистов из научного отдела выдвинулся к Фиалофане — мегаполису-миллионнику на южной окраине «нашего» материка. Поезда гнали на скорости около трехсот или четырехсот километров в час и пересечь континент должны были часов за пятнадцать. Одной ошибки хватило бы, чтобы превратить туннель метро в большую гробницу, набитую металлопластиковыми обломками и мертвыми людьми.

Полное безумие и при этом — тонкий расчет.

Поезда Системы ходили по туннелям по строго выверенному графику, который исключал даже самую малейшую возможность аварийной ситуации. Ни один искин никогда и ни за что не смог бы предугадать, что примитивные людишки поведут десять составов один за другим, на ручном управлении, расписав скоростной режим по минутам — на бумажке, которую, например, прицепили жвачкой к приборной панели кабины локомотива!

Управляли составами техники-иммуны, которые в прошлой жизни, на Земле, работали машинистами на метро или железной дороге. Здесь, в Легионе, они нашли себе применение за рычагами спецтранспорта и в пилотских креслах десантных ботов или грузовых кораблей. Их стальные нервы и профессионализм были нашей самой главной гарантией: научный отдел предоставил расчеты и временной интервал, машинисты-пилоты ознакомились и уверили командование, что сделают все в лучшем виде. Генерал Верхотуров сказал:

— Действуйте!

Мы должны были свалиться врагу, как снег на голову! А точнее — выскочить, как чертики из табакерки.

Никто не стал спускать «Мастодонт» под землю, нам просто отдали один из вагонов под медпункт, вот и все. Мы перетащили сюда мощные аккумуляторы и медкапсулы — десять штук. Оборудовали мини-операционную и небольшой коечный фонд — ярусами, чтобы раненым было где отлежаться, да и медикам — тоже, если вдруг задолбаются до полусмерти. А еще — взяли с собой несколько универсальных платформ, оружие и медикаменты. Пять вагонов и пятьдесят медкапсул для тысячи с гаком человек — это много или мало? «Война план покажет!» — так говорили ветераны-саперы из центурии имени Карбышева.

Я, честно говоря, мандражировал. А ну, как у Системы глюк произойдет, и нам навстречу ломанется точно такой же маглев, как наш? Сложимся гармошкой и понять ничего не успеем. Встречный удар на скорости четыреста километров в час, умноженной на два — это полный трындец.

Хотя перед самой посадкой Стрела сообщила по интеркому всем и каждому, что свободных составов у Системы на этой линии нет, они или уничтожены, или захвачены нами. Голос у Стрелы был приятный, и ей охотно верилось. Но все равно — участвовать в таком мероприятии было реально стремно.

А еще я понять не мог, в чем в принципе заключалась стратегия достижения победы? Как мы собирались захватить планету? То есть, общий план операции до нас довели: выдвигаемся к Фиалофане, занимаем подземные коммуникации, занимаем круговую оборону, пока штурмовые группы пробиваются на поверхность и… И что-то там делают. Наверняка уничтожают какой-нибудь важный объект: дата-центр, ретранслятор или объект энергосистемы.

После этого — мы эвакуируем раненых, помогаем обеспечить погрузку на поезда и сваливаем обратно — так далеко, как только сможем, если туннель не будет заблокирован. Если поездами свалить не получится — уходим самостоятельно, или пешком по туннелям, с боями, или — по поверхности до одной из точек эвакуации. И да, взрываем все имущество, в том числе и ценнейшие медкапсулы, потому что миссия — важнее!

Системе будет чем заняться, несколько операций в экваториальной зоне планируются одновременно, тряхнет всю планету! Допустим, насмотревшись на таланты легионеров, я вполне мог в это поверить. Но как мы захватим Лахарано Мафану? Миллионы населения, десятки городов, площадь суши — больше, чем на Земле!

Я задал это вопрос командиру, когда мы заканчивали подключать медкапсулы к энергоснабжению. Питание дублировалось: от аккумулятора и от бортовой сети поезда. Последний штекер был воткнут, и Багателия ответил:

— Ора, а кто тебе сказал, что мы должны эту планету именно захватить?

— Но…

— Мы ОСВОБОЖДАЕМ, уахама? Уничтожаем Систему, даем людям свободу… Мы — нэ оккупанты, устанавливать тут новый порядок и прочий халам-балам — это нэ наш мэтод, да?

— Людям? — переспросил я.

— Ну — р-р-рэфаим! А кто они — нелюди, что ли? — искренне удивился Багателия. — Я вот читал еще там, на Земле, что японские планетологи нaшли в грунте астероида Рюгу все основные нуклеиновые основания, которые входят в ДНК и РНК. Похоже, что процессы синтеза нуклеотидов были универсальны по всей Солнечной системе! А возможно, и по всей Галактике. Так что вполне вероятно, что законы развития жизни — общие, и люди везде будут людьми, что в Доминионе Рефаим, что на Земле, что на Тау Кита — хотя я понятия нэ имею, что там за индейцы живут, мамой клянусь!

Что характерно — всю эту научную тему он задвигал совершенно без акцента, на чистом русском языке, а вот начало и конец своей тирады произнес привычным кавказским говором.

— Ладно, — я поднял вверх ладони. — Мы — не оккупанты, это хорошо. Стоять на вышке концлагеря и играть на губной гармошке «Милого Августина» мне не улыбается. Но Доминион Рефаим — он-то сюда придет? Они- то своими соплеменниками займутся?

— Ора, я откуда знаю? Ни разу нэ видел цэрэмонию вручения ключей от планеты! — он почесал бороду. — Мы уничтожаем силы Системы и ее вычислительные мощности, собираем манатки и — давай, до свидания! Максимум — одну-двэ базы оставим или наблюдателей…

Одиссей Хаджаратович уселся на койку и принялся стягивать с себя бронированные ботинки, явно намереваясь вздремнуть.

— А это зачем? — спросил я, имея в виду не его планы на ближайшие пару часов, а историю с базами и наблюдателями.

— А вдруг гуманитарная миссия понадобится? — глянул на меня Багателия. — Я одын раз в такой участвовал, три года после операции Атлантического Легиона прошло, и знаешь, что? Инопланетяне там савсэм одичали, уахама? Как индейцы!

— За три года? — удивился я.

— Айей, уара, айей! Даже с копьями бегать стали! — командир повернулся на бок и, закрывая глаза,