Истинная для льва. Трудности оборота - Римма Кульгильдина

— Везёт мелким, вещи остаются целыми.

Он посмотрел на меня и добавил:

— Побегает и успокоится. Не переживайте, Ваше Высочество.

Я усмехнулся.

— В свете того, что мы скоро станем одной семьёй, зови меня уже по имени, — произнёс устало.

Выскочка улыбнулся кончиками губ.

— Согласен… Матарис, — и протянул мне руку.

Ответив на его рукопожатие, встал из-за стола. Обошел его, хлопнул мимоходом Выскочку по плечу.

— Пойду я.

Арис задумчиво угукнул.

На улице было прохладно и совсем темно. Погруженный в собственные мысли, я довольно быстро шёл в сторону гостиницы. Периодически с разных сторон доносился волчий вой или уханье совы. Не обращая внимание на ночные звуки, добрался до нужного дома.

Подойдя к плотно закрытой двери, за которой находились апартаменты Лилу, постоял прислушиваясь. Тихо. Поднял руку, чтобы постучать, но передумал. Смутная тревога терзала моё сердце. Вдруг я настолько ошарашил её своим заявлением, что она не рада будет меня видеть. Ладно. Подожду до утра.

Просочившись в свою комнату, рухнул в разобранную с утра постель не раздеваясь. Цепляясь носками за пятки, стянул туфли и только теперь понял, насколько устал за этот суматошный день. С трудом натянул на себя одеяло, решив, что вот сейчас полежу немного и разденусь. Провалился в тяжёлый, беспокойный сон.

Истошный женский крик, раздавшийся в коридоре, разбудил меня ни хуже горна.

Вылетел из комнаты со скоростью стрелы, выпущенной из тугого лука. Девичий голос продолжал вопить на одной ноте и я, оглядываясь и с трудом соображая спросонок, рванул на голос.

Первое, что я увидел — вчерашнюю рыжую официантку. Она стояла напротив комнаты Лилу, выпучив глаза и орала, не переводя дыхание.

— Замолчите! — рявкнул, подбегая.

Девушка со звонким стуком захлопнула рот и стало тихо. И тут мне самому захотелось заорать.

Дверь в комнату Лилу была распахнута настежь. А в самой комнате… Мне захотелось закрыть глаза и потрясти головой, только бы не видеть открывшуюся передо мной картину. Но позволить себе я этого не мог. Душа оборвалась, и от тягостного ощущения потери хотелось выть в голос. Судя по торопливым шагам, шуршанию одежды и перешёптыванию, за спиной собралась уже изрядная толпа. Я собрал волю в кулак и сделал шаг вперёд. Переступил через порог комнаты и огляделся.

Тяжёлые шторы, ещё вчера ниспадающие изящной волной, были изодраны в клочья. Как будто тяжёлая кошка повисла на них и съехала, распарывая острыми когтями. Мебель перевёрнута. Даже тяжёлый письменный стол лежал на боку с отметинами сокрушительных ударов. Битая посуда. Покорёженный огромный поднос. Разворошённый камин и обгорелое полено, валяющееся на другом конце комнаты. В воздухе висел явственный запах палёной шерсти и от него меня неслабо передёрнуло.

Лилу нигде не было.

Заглянул в смежную комнату. В спальне всё было в порядке, и здесь точно никто не спал нынешней ночью. Постель идеально заправлена, пахло свежестью и лёгким флёром лилии.

Вернулся в комнату и, подойдя к порогу, хмуро оглядел постояльцев гостиницы.

— Кто-нибудь видел Белокрицкую сегодня утром?

Рыжая девушка активно замотала головой. Остальные с недоумением переглядывались, пожимали плечами и тоже качали отрицательно головой.

— Я приносила ей чай и поздний ужин, — подняла руку официантка, чьё имя я не мог вспомнить. — Она была очень расстроенная. Я забыла забрать поднос, но решила не возвращаться, а забрать утром. А утром стучала-стучала, никто не открывал. Ну и я решила подёргать ручку, ведь поднос мне нужен. Подёргала, а дверь открылась, и я испугалась. Никогда такого не видела!

Жестом остановил её словесный поток. Ещё раз оглядел толпу и проговорил спокойно, но тоном, терпящим возражений:

— Мне нужны Арис и Ричи. Здесь. Срочно. С кем бы и где бы они ни были. Выполняйте!

Мне было всё равно, кто именно побежит за Выскочкой и младшим Белокрицким. Я наследный принц, моя воля исполняется беспрекословно.

Несколько человек и рыжая девица сорвались с места. Я отошёл к высокому окну и невидяще уставился на улицу. Сжав за спиной кулаки, пытался взять себя в руки, чтобы не увеличить количество сломанных предметов в комнате.

Почему я не зашёл к ней вечером? Зачем остановился? Не постучал? Эти вопросы теснились в моей голове, но я старался их отогнать. Какой смысл пилить опилки? Я уже не зашёл и не сделал! Я уже допустил то, что произошло! Нужно не мучиться угрызениями совести, а искать Лилу, потому что…

Тут я закрыл глаза и судорожно, глубоко вздохнул.

Потому что смертью в комнате не пахло. Чем угодно: магией, шерстью, потом дерущихся людей, страхом и отчаянностью, но не смертью.

— Полог тишины, — услышал я сосредоточенный голос Ариса и резко обернулся.

Выскочка стоял на пороге комнаты. Внимательно оглядывался и принюхивался, шевеля пальцами правой руки, словно перебирал струны невидимого инструмента.

— Усиленный, — добавил он и сделал шаг в комнату. — Магические атаки, но слабые. Не с целью убить, а чтобы обезвредить. Я бы даже сказал, оглушить.

Он медленно покружился на месте, осматривая комнату и продолжая выстукивать пальцами недоступную мне музыку.

— Дрались двое. Сначала людьми. Потом человек и зверь.

Подошёл к растерзанной шторе, потрогал рванину.

— Кошачье племя. Волки таких следов не оставляют.

— Фиринги? — глухо спросил я.

Арис поморщился и снова принюхался.

— Не могу подтвердить, — задумчиво проговорил он. — Нет специфических ароматных отметин. Либо не они, либо запах сглажен и замаскирован.

— Такое возможно? — я угрюмо посмотрел на Ариса.

Тот перевёл взгляд на меня, и кончики его губ нервно дёрнулись вверх.

— Вчерашний разговор дал понять, что многое в нашем мире возможно. Что сложно понять или не хотелось бы совершенно.

Я отвернулся от него и снова уставился в окно. Зачем кому-то похищать Лилу? Допустим, это сделал третий львиный прайд. Я покосился на разодранную когтями штору. Что такого узнала моя невеста, что осмелились напасть на неё у меня под носом?

— Кто-то из них ранен, — услышал невозмутимый голос Ариса и нервная дрожь пробила меня от пяток до головы.

— Кто? — спросил хрипло.

В горле встал острый ком. Он царапал горло и хотелось когтями разодрать шею, чтобы вырвать его с диким криком раненого зверя.

— Скорее всего, нападавший, потому что ранен оборотень, а мы знаем, что Лилу…

— Я понял, — остановил я Ариса и тут же вскинул голову: — Ты поставил защиту от провидцев?

Выскочка посмотрел на меня удивлённо.

— Обижаешь, Матарис, я сделал это сразу же. Перед тем как войти в комнату.

Закрыл глаза и, опустив голову, прикусил губу. А я не сделал. Потому что не умел! Проклятая неспособность обернуться! Никогда раньше не чувствовал, насколько я ущербен! Не смог предвидеть, не