Война легиона - Николай Александрович Метельский

пошлом смысле, а… Слишком распутные, что ли? Не знаю, как словами выразить, что забавно. В общем, слишком распутно и вульгарно. Это если говорить о знатных дамах, конечно. Тысячу раз упоминал, но в плане свобод, простолюдины всегда были на первом месте. Возможностей меньше, зато нет стольких ограничений.

— Охотники, это не совсем… Ладно, всё, я понял, — поднял я руки.

— Какие ещё варианты? — спросила она уже в своём обычном стиле.

То есть свободно, нагловато и чуть высокомерно. Но в меру. Похоже, дама адаптировалась к обстановке, поняла, что в угол её никто загонять не будет.

— Можешь поиграть в политику, — хмыкнул я. — Если что поддержу. Опять же — род Кардисов такое позволяет. Пусть другие платят тебе за содержание Сестёр Сарины.

— Политик из меня не очень, — пожала она плечами. — Идея интересная, но я не потяну. Есть ещё что-нибудь? — спросила она уже с любопытством.

Фигею я с неё. Обычно говорят: дашь слабину и на шею сядет… С Кардис, похоже, даже слабины не надо, достаточно просто не давить.

Бросив взгляд на часы, вздохнул. Видимо, обеда мне сегодня точно не видать.

— Можно определить вас в храм, — усмехнулся. — Звучит странно и нереально, но думаю смогу сделать из вас паладинов.

— А ты хорош… — протянула она уважительно. — Но давай всё-таки без храма. Жрицей мне становиться как-то не хочется.

— Тебе прям не угодить, — поморщился я. — Хорошо, тогда вот тебе ещё один вариант…

Глава 5

— Ждите здесь, — обратился я к Легиону и Гряку.

После чего взялся за ручку двери.

Как я попал в это место? Да как-то… почти случайно. Вообще-то, я посещал филиал министерства здравоохранения, и после совещания, собирался ехать в строящуюся академию стражи, но так как Первая бринийская находилась недалеко от министерства… Не знаю. Задумался, сказал кучеру, куда ехать, опять задумался о делах государства, а когда приехали, уже возвращаться стало бессмысленно. Ну а раз я всё равно здесь, то почему бы и не зайти к старой леди? Тем более, пока добирался до её палаты, даже дело придумал, с которым можно к ней подойти.

Когда дверь открылась, лежащая на кровати женщина повернула ко мне голову, а узнав, кто именно к ней пришёл, состроила мину великомученика, молчаливо вопрошая у богов за что ей всё это.

— Добрый день, леди Кардис, — поздоровался я со старушкой.

Хотя, справедливости ради, выглядела она лет на пятьдесят. Достаточно много возрастных морщин, но тем не менее. Седины в чёрных волосах до плеч, я не видел, впрочем, для этого даже магия не нужна, достаточно краски. На деле же ей уже за семьсот вроде бы. Или около семи сотен лет… Да не, во время войны заму деда уже было то ли семьсот три, то ли семьсот четыре года. Показания её подчинённых разнились…

— Романов, — произнесла она недовольным тоном. — А я так надеялась, что ты не появишься.

— Да бросьте, леди, что такого? — усмехнулся я. — Не мог же я не навестить старую знакомую?

— Знакомую? — скривилась она, а потом словно что-то вспомнила. — Точно, ты же не Алекс, о каком знакомстве может идти речь?

И правда…

— Пусть так, но я к вам в любом случае по делу, — ответил я, осматривая палату. — По очень важному.

Судя по тому, что здесь работает одна-единственная печать целителей, да и та под кроватью, старушка идёт на поправку. Впрочем, тот факт, что Сарина Кардис рассказала ей о нынешнем состоянии дел, уже говорит о многом.

— Последний раз, когда ты мне такое говорил, я получила подарок в виде подушки, изрисованной какашками, — проворчала старая Кардис, наблюдая за моим приближением.

— Очень редкий подарок, — заметил я, подойдя к стулу, стоящему недалеко от кровати. — Лебединый пух и очень нестандартный рисунок делали ту подушку жутким эксклюзивом.

Поставив стул поближе к кровати, сел лицом к Кардис.

— Жутким, — скривилась она. — Это да. И очень важным по твоим словам.

— Здоровый сон улучшает производительность, — пожал я плечами. — Учитывая вашу должность — это важно.

— У тебя и впрямь кардинальная стадия, — резко перешла она на серьёзный тон. — Ты в курсе, что такие, как ты, всегда заканчивали сумасшествием?

— Сонтано сообщила, — скривился уже я. — Не волнуйтесь, на ваш век моего здравого смысла хватит.

— Леди Сонтано⁈ — удивилась Кардис. — Так она… Ну да, леди Сонтано точно дожила бы. Вы всё ещё в ссоре?

— Мы не очень ладим, — ответил я осторожно. — Не более.

— Тысячелетняя ссора, — хмыкнула Кардис. — Даже иронично, где-то.

Я только на стуле поелозил. Не объяснять же ей, что ссора закончилась довольно быстро, после разноса от императора, а обоюдные пакости, это так, черты характера нас обоих.

— Кстати, — полез я во внутренний карман пиджака.

— Только не подарки, — скривилась Авелия Кардис.

— Как скажете, леди, — положил я руку на колено.

Хотел подарить ей одну из склянок с жидкой маной, которые лежали у меня в духовном кармане, но раз не хочет. В карман пиджака я полез для большего интереса, на деле мог и из воздуха склянку достать, но так даже лучше. Интереснее.

Помолчали.

— Ладно, сдаюсь, что за подарок? — спросила она таким тоном, словно одолжение мне делает.

— Нет никакого подарка, о чём вы? — изобразил я удивление.

— А в кармане что? — нахмурилась она.

— Платок, — ответил я. — Хотел лоб вытереть.

— А к чему твоё «кстати»? — не сдавалась она.

Любопытство не порок. Но только пока им не начинают другие пользоваться.

— Ах да, точно, — легонько стукнул я себя по лбу. — Сбили вы меня, леди. Я хотел сказать о том, что расконсервировал Лабораторию. И имею туда свободный доступ.

Кардис ничего не сказала, лишь хмуро смотрела на меня. Правда, долго так продолжаться не могло.

— Точно никаких подарков? — уточнила она.

Пора переходить на второй уровень.

— Ладно, ладно, — поднял я руки. — Был подарок. Хотел вам бутылёк очищенной маны подарить, для поднятия настроения. Но вам он не понравился. А кто я такой, чтобы с вами спорить?

— От такого подарка я не откажусь,