Вампиры: Кольцо безумия. Душа дракона. Крест и крыло - Галина Дмитриевна Гончарова

Больно, больно, БОЛЬНО!!!

И я упрямо делаю еще один шаг.

Спазм разрывает все тело на части, но последним усилием я делаю еще один шаг – и начинаю падать.

Страх пронзает все мое тело, заставляет изогнуться в диком крике – и в следующий миг я обнаруживаю себя, мертвой хваткой вцепившийся одной рукой – в Мечислава, а другой – в пучок травы.

Зеленой травы с ландышами.

Я на своей поляне.

Слава богам!

Мечислав изумленно оглядывается вокруг.

– Юля, где мы?

Я отпускаю его руку и вытягиваюсь на траве. Облегченно вздыхаю. Здесь мы можем спокойно дождаться конца операции. Здесь моя сила льется свободным потоком. И браслет на правой руке перестает рвать запястье, словно огненными когтями. Я больше ничего не беру у Шарля. Совсем ничего. Здесь мне на все хватит.

Можно просто лежать на траве и ждать. Когда все будет готово, нас позовут.

Ага, если бы при этом еще успокоился один клыкастый!

– Юля, где мы и что это за место?!

– Это доброе и хорошее место, – отозвалась я, наслаждаясь избавлением от боли.

– Я не спрашиваю, какое оно. Я спрашиваю – где мы?! – надавил голосом вампир.

Я потянулась на траве. Хорррошо, муррр….

– Расслабься и наслаждайся жизнью. Скоро мы уйдем отсюда в реальность. А пока – получай удовольствие.

– Здесь?!

Вопрос был задан таким тоном, что я отвлеклась и поглядела на вампира.

– А что здесь не так?

Мечислав чувствовал себя явно неуверенно. Бледное лицо, чуть подрагивающие пальцы, тревога в зеленых глазах… что ему тут не нравится?

Что им всем тут не по вкусу?! Шарль, Мечислав…

Деревья зашумели – и пришел ответ. Словно выплыл из глубины памяти на поверхность.

Это – не их место. Если они здесь со мной и по моей доброй воле, их могут принять. На время. Очень короткое время и по моей просьбе. А если нет, если я не прошу за них…

Если они посмеют прийти сюда сами…

Я вдруг ощутила что-то странное.

Словно была букашкой, которую ветер, по причуде судьбы, забросил на айсберг. И теперь рядом было ЭТО. Нечто страшное и равнодушное, холодное и тяжелое, которое могло оборвать мою жизнь в единый миг… только что айсбергу до какой-то букашки.

Я невольно поежилась.

М-да. Если себя так чувствуют все, кто попал сюда со мной – ребятам не позавидуешь. Хотя Мечиславу еще мало досталось! Как он вообще посмел влезть под пули?!

Этот вопрос я и задала.

Вампир передернул плечами.

– Предательство. Простое предательство.

– Такое уж простое?

Холодное и страшное исчезло, и я опять растянулась на траве, наслаждаясь жизнью.

– Расскажешь, как тебя так удачно предали и кто?

– Сам не знаю. Мне сообщили о третьем убийстве – и я помчался.

– Понятно. И вас там обстреляли.

– Водитель открыл дверь.

– Ага. И вы получили привет из гранатомета?

– Да. Кто-нибудь еще выжил?

– Нет.

– А как выжил я? Мне не отрубили голову? Почему?

Я отвела глаза в сторону.

– Я попросила Вадима поехать вслед за тобой. Мне было не по себе. Сильно. Они поехали – и успели.

Несколько секунд на поляне царила тишина. А потом вокруг меня решительно обвились руки вампира, притягивая к горячему твердому телу. Я невольно откинулась на его плечо и расслабилась. Что-то мне подсказывало, что здесь хватит одного лишь слова «нет». Где-где, а здесь можно не бояться посягательств на мою честь. Кстати, интересная формулировка. Значит, у женщин честь именно там и находится? А у мужчин – где?!

– Юля, я уже не знаю, как тебя и благодарить.

– Как ты меня можешь отблагодарить, ты уже знаешь.

– Знаю. Который раз ты рискуешь для меня жизнью…

– С моей точки зрения – намного больше, чем нужно. Но и выбора тоже нет. Видишь ли, нас связывают печати, – покривилась я.

Вранье вышло ненатуральным.

– Пушистик, ты прекрасно можешь разорвать нашу связь. И мы оба это знаем. Но ты спасаешь меня снова и снова…

– Еще одно слово – и в следующий раз я точно этого делать не стану, – предупредила я.

Вампир поднял руки, словно защищаясь. И я тут же отлепилась от него.

– Интересно, скоро нам отсюда уходить? – сменил он тему.

Я обвела взглядом поляну.

– Можно посмотреть, что ТАМ происходит? Где наши тела…

Несколько секунд ничего не происходило. А потом деревья зашумели. Заволновались, затрепетали, словно под ветром, которого не было – и я поняла, что окно открыто.

В центре полянки блеснула жидким серебром небольшая лужица.

– Иди и смотри, – ворчливо предложила я.

– А мне что-нибудь покажут? – ехидно вопросил вампир.

Вместо ответа с сосны сорвалась здоровущая шишка – и стукнула его по макушке. Я от души расхохоталась. Не покажут. Факт.

Пришлось вставать – и идти к лужице.

– Можно? – спросила я у окружающего мира. – Пожалуйста…

Получилось в меру умилительно и умолительно. И полянка тут же откликнулась на мою просьбу. Лужица чуть потемнела – и я увидела наше трио, лежащее на кровати. Мечислав выглядел ужасно неаппетитно. Сейчас доктор как раз извлек из него вторую пулю – из легкого – и швырнул в стоящий рядом лоток. Вадим подавал инструменты и иглы.

– Шеф жив? – коротко спросил он.

– Сам удивляюсь, – отмахнулся вампир. – Как девчонка?

Вадим одной рукой подал ему пинцет (зажим?), а другой рукой нащупал у меня на шее пульс.

– Жива. Пульс ровный. Больше не скачет.

– А этот? Тампон!

– Жив. И тоже больше не дергается. Много еще осталось?

– Еще одна пуля. Где она у нас тут? О! Какая прелесть! В ребре застряла! Ну-ка, иди сюда, моя маленькая…

Мечислав поморщился.

– Врачи вообще жуткие циники, – утешила я. – Так что тебя сейчас просто ассоциируют с колбасой. Неприятно, но лучше перетерпеть, чем помереть.

– Да я не о том. Теперь наверняка ребро сломали. Придется дня три не дышать лишний раз.

– А вы все равно не дышите.

– И вид не делать. И говорить будет сложно.

– Перетерпишь.

Жалеть вампира я не собиралась. Не фиг было под пули подставляться. Если бы не Шарль, я могла бы и подохнуть тут, пытаясь вытащить одного зеленоглазого типа. И вот не надо мне про романтику. Меня не устраивает вариант «Они умерли счастливыми в объятиях друг друга». Лучше уж «Как они друг драга достали за последние две-три тысячи лет»! Вот!

Тем временем из вампира извлекли третью пулю. Я слышала, как она брякнула о металлический лоток.

– Оставишь себе на память? –