Газлайтер - Григорий Володин

исход каждого боя. Они выглядят спокойно, даже слишком. Через небольшое окно подсобного помещения я разглядываю их внимательно. Они явно контролируют ситуацию — или думают, что контролируют.

Наконец, на арене остаётся только одна альва. Та самая пацанка. Она готова к следующему бою.

Я поворачиваюсь к Ледзору, который уже поднялся, глядя на арену с широкой ухмылкой.

— Твой выход, Одиннадцатипалый, — говорю я, голосом, полным решимости. — Давай отожги.

Ледзор хлопает меня по плечу, его лицо светится азартом.

— Хо-хо! Пожелай мне удачи, граф! — бросает он, направляясь к арене.

— Удачи, дружище! — хлопаю его в ответ по спине.

Ледзор с громовым криком «Хрусть да треск!» проламывает стену, словно ледяной таран, открывая нам путь. Я с Красивой устремляюсь вверх по коридору и, не замедляясь, врываюсь в кабину с монахами.

Не теряя времени на лишние церемонии, обрушиваю на них Голод Тьмы и пси-гранаты. Пятеро монахов падают замертво, но остальные успевают активировать защитные артефакты. Их барьеры вспыхивают, поглощая мою магию. Что ж, придётся повозиться.

Один из гумункулов, раздутый до неприличных размеров, бросается в атаку. Его удаётся отбить — ударом ноги я выпинываю его прямо в стеклянную стену. Гумункул разбивает её и с глухим треском падает на арену. Внизу же Ледзор, облачённый в ледяной доспех, сражается с альвой-пацанкой.

Он явно старается не наносить смертельных ударов, выбирая аккуратные удары, чтобы не повредить её слишком сильно. Альва же, напротив, атакует с яростью, которая больше похожа на необузданную стихию. Её кислотный доспех пылает ядовито-зелёным светом, а в руках с бешеной скоростью появляются кислотные клинки, которые она меняет на лету.

В один из моментов ей удаётся выбить топор из рук Ледзора.

— Мороз на кости! — бормочет он, пятясь назад.

Теперь он использует магию льда, чтобы сдерживать её натиск. Замороженные шипы вырастают между ними, но альва, не сбавляя ярости, прорывается сквозь них. Натиск усиливается, ситуация накаляется с каждой секундой.

— Кто эта бешеная⁈ — рявкает Ледзор, уклоняясь от её очередного удара.

Я сам задаюсь этим вопросом, пока отбиваюсь от монахов. И тут замечаю, что Красивая исчезла из поля зрения. Это определённо нехорошо. Уже собираюсь искать её ментальными щупальцами, как вдруг у самой арены замечаю неожиданную гостью.

Рядом с Ледзором появляется красивая рыжая девушка.

— Умница, — выдыхаю я, приятно удивлённый.

Девушка с грацией хищницы подхватывает выбитый топор и ловким движением бросает его Ледзору. Тот ловит оружие на лету и моментально переходит в наступление. Его удары становятся точными, а энергия возвращается с новой силой.

А рыжая девушка вновь превращается в тигрицу. Она издаёт низкое рычание и бросается на заглянувших на арену монахов.

— Сударыня, так держать, — говорю я по мыслеречи с лёгкой усмешкой, довольный её смекалкой. Красивая знает своё дело.

Тем временем бой на арене продолжается, а я сосредотачиваюсь на монахах. Они всё ещё пытаются сопротивляться, но их действия уже потеряли координацию. Один за другим они падают под моими атаками. Пси-гранаты, шары Тьмы, каменные пики — я выкладываюсь на полную.

Мои перепончатые пальцы! Какая отличная тренировка!

И вдруг сверху раздаётся гулкий треск. Потолок содрогается, будто мир вот-вот рухнет, а где-то вдалеке раскатывается оглушительный рёв линкоров Русского Царства. Их залпы звучат, как предупреждение всему живому: сопротивление бесполезно.

В этот момент связь со Светкой оживает:

— Даня, армия монахов и големов двинулась в сторону Северной Обители! Доходяги-гумнуколы проглотили наживку! Твой план сработал!

Я усмехаюсь, оглядывая разруху вокруг.

— Теперь скажи Владиславу Владимировичу, — произношу, глядя на трясущийся потомлок, — пусть возьмут все цели на мушку и не упустят никого.

Связь обрывается, а я вновь возвращаюсь к происходящему.

Я методично уничтожаю монахов одного за другим, стараясь избегать прямого вторжения в их разум. Гагер уже доказал, что способен оставлять ловушки в сознаниях своих союзников, и я не собираюсь наступать на те же грабли дважды. Вместо этого я использую Голод Тьмы и пси-гранаты, чтобы истощить их артефакты и взять тепленькими

Между атаками я продолжаю контролировать ситуацию на арене. Альвы всё ещё стоят, как статуи, их пустые глаза смотрят в никуда. Похоже, монахи пока не могут взять их под контроль. Эксперимент с боями явно задумывался, чтобы завершить этот процесс, но теперь ясно: эксперимент дал сбой. Да, сильнейший среди заражённых станет лидером, но вот беда — этот лидер точно не будет подчиняться монахам.

На арене Ледзор начинает доминировать над альвой с кислотной магией. Её движения замедляются, доспехи начинают растворяться, но её ярость не угасает. Она всё ещё сражается, словно каждая секунда — вопрос жизни и смерти. Ледзор, напротив, выглядит спокойным и собранным, его ледяные удары точны и разрушительны.

И вдруг раздаётся оглушительный грохот. Одна из стен рушится, окутывая арену облаком пыли. Из него, как из театрального занавеса, появляется Бер, держа в руках огромный фламберг чуть ли не больше самого альва. Его взгляд быстро обходит арену, пока не останавливается на Ледзоре и альве.

— Ты что, напал на мою невесту⁈ — ревёт Бер, как раненый зверь.

Прежде чем я успеваю что-то сказать по мыслеречи, он бросается на Ледзора, размахивая здоровенным фламбергом так, будто это легкая палка.

— Бер, ты кретин! Стой! — мысленно кричу я, но, блин, мои слова не доходят до него. Гнев полностью затуманил его мозги.

Бер атакует Ледзора с яростью, заставляя его уклоняться и переходить в защиту. Каждый удар фламберга сопровождается свистом, а пол под их ногами трещит от тяжести ударов.

Ситуация накаляется, и в этот момент Красивая бросается вперёд. Она прыгает на спину Бера, но, к счастью, без когтей, просто толкает его. От неожиданности Бер теряет равновесие и кубарем катится в сторону, на мгновение оказываясь на полу.

— Мои перепончатые пальцы… — выдыхаю.

Обстановка становится всё хаотичнее. Я глубоко вздыхаю, на мгновение закрываю глаза, а затем сосредотачиваюсь на мысленном послании:

— Бер, балбес! Твоя Зела заражена демоническим вирусом! Она под контролем этой дряни! Ты должен помочь Ледзору её победить. Только так мы сможем взять ситуацию под контроль.

На мгновение Бер замирает, его ошарашенный взгляд метается между мной и Зелой.

— Какой ещё вирус⁈ — кричит он, крутя головой.

Тем временем Ледзора снова атакуют монахи. Они пытаются оттеснить его от альвы, явно понимая, что он представляет для их плана главную угрозу. Я занят своей собственной битвой, вынужден оставлять Бера один на один с его выбором: защитить возлюбленную или помочь своим союзникам.

Я снова