Фантастика 2026-146 - Николай Скиба

деньги. Деньги есть, украденные в деревне, но они не бесконечны. Нужно что-то придумать с этим в дороге. Мелкие работы, охрана торговцев — во время войны всегда есть такие заказы. Платят нормально, вопросов не задают, если ты хорошо работаешь.

Решаемо. Постепенно светало, и лес вокруг начал оживать — птицы, шорох мелкой живности в кустах. Обычное утро в горах. Никаких взрывов, никаких патрулей, никаких людей с оружием и вопросами.

Тишина была приятной, сидел у ручья и слушал её ещё немного, не торопясь вставать. Это не было отдыхом в обычном смысле. Просто — минута без движения, без задачи. Позволил себе её, потому что дальше таких минут может не быть долго.

Потом встал, отряхнул одежду и пошёл на юг. Лес быстро поглотил меня и деревья смыкались над головой, фильтруя первый утренний свет. Земля под ногами стала мягче, сырее. Воздух вокруг был другой, запах хвои и прелой листвы, совсем другой запах, чем в горах.

Шёл ровно, без спешки. Спешить было некуда — впереди долгий путь, и лучше идти в темпе, который можно держать неделями, чем загнать себя за три дня. Думал о том, что знал про это время.

Вторая Мировая Война Шиноби, полгода прошло с начала. Сакумо Хатаке жив, Белый Клык уже в бою это узнал из слухов. Орочимару, Джирая и Цунаде ещё не стали Легендарными Саннинами, но, если верить тому что слышал в баре уже в игре. Ханзо им ещё не дал это звание хотя это должно произойти именно в этой войне.

Встреча с Ханзо Саламандрой получилась неплановой, но теперь стало понятно кое-что важное. Полубог — это слово, которым его называли, не было преувеличением для шиноби. Они действительно видели в нём что-то за пределами человека. А встреча с мной, скорее всего, изменила что-то в этом восприятии — в обе стороны. Ханзо теперь знал, что бывает нечто, что бьёт его самого. Неожиданное знание для человека с такой репутацией.

Это могло создать проблемы. Или возможности — зависит от угла зрения.

Орочимару…мысль появилась неожиданно.

Я думал об архивах, о записях про пространственные аномалии, о Мангекьё Шаринган и его влиянии на ткань пространства. Но был ещё один источник, который знал о запрещённом, о том, что находилось за пределами обычной науки шиноби.

Орочимару всю жизнь занимался именно таким — тем, чем никто другой не занимался. Клетки, кеккей генкай, невозможные трансформации, границы человеческого тела. И в ранний период — до предательства Конохи — он работал в официальных рамках, имел доступ ко всему, что деревня собирала веками.

Ещё молодой. Ещё в Конохе. Хотя нет, сейчас он в поле — война всё же. Все Саннины в бою. Найти его будет сложнее, чем кажется.

Но мысль отложил. Лес редел. Впереди угадывался просвет — выход в долину. Там, судя по ориентации, должна была начинаться дорога. Настоящая, с колеями от повозок.

Я замедлился, активируя сенсорику и сразу же заметил три подписи на дороге. Все слабые — гражданский уровень. Повозка, возможно, и охрана, одна. Не шиноби, просто человек с оружием — самурай или просто охранник. Двигались медленно, с востока на запад. Торговый обоз, скорее всего. Именно то, что нужно.

Подправил хенге — добавил возраст, изменил черты лица достаточно, чтобы не было узнавания, если кто-то видел в Ивагакуре. Одежду привёл в порядок насколько возможно, три дня в горах оставили следы, но не катастрофические. Потрёпанный, но не бродяга.

Вышел на дорогу за несколько метров до повозки. Охранник — плотный мужик лет сорока с копьём через плечо — насторожился сразу, рука ушла к древку. Я поднял обе руки, показывая пустые ладони.

— Не враг, — сказал спокойно. — Иду с гор. Дорогу ищу на юг.

— Откуда? — Охранник не расслаблялся.

— Из торгового посёлка на севере. Там всё плохо стало. Война добралась…

— Многие так говорят нынче, — пробурчал охранник, но руку от копья убрал. Из повозки высунулась голова — пожилой мужчина с длинными усами, купец по виду. Оценил меня взглядом и улыбнулся.

— Куда именно на юг?

— Страна Горячих Источников сначала. Потом видно будет.

— Мы в Танигакуре идём. Через Источники пройдём. — Купец покривился немного. — Подвезу за работу. Дорога неспокойная стала.

— Согласен.

Купец кивнул, и я залез на повозку — не внутрь, а сзади, на деревянный бортик. Позиция, с которой видно дорогу сзади и вокруг. Привычка, купец удовлетворённо кивнул, и повозка тронулась.

Лошадь тянула неторопливо, колёса чавкали в грязи, а купец молчал первые полчаса — изучал меня боковым взглядом, оценивая. Охранник ехал рядом верхом, тоже молча.

Потом купец кашлянул.

— Слышал, в Ивагакуре что-то случилось. Взрывы, пожары. Шиноби говорили.

— Слышал тоже, — ответил ровно. — Потому и ушёл.

— Мудро.

Дорога уходила в низину. Горы оставались позади, становясь меньше с каждым километром. Лес по сторонам сменился кустарником, потом открылись поля заброшенные, с прошлогодней сухой травой. Война опустошила эти края раньше, чем добралась до Ивы напрямую.

Я смотрел на эти поля и думал о разломах.

Должен быть способ найти их. Пространственная нестабильность не возникает без причины и без следов. Шиноби, которые работали с пространственными техниками — Хирайшин Второго Хокаге, техники измерений, места использование сильнейших техник — все они оставляли следы в местах. Остаточные аномалии, где обычные дзюцу иногда вели себя странно. Где компасы у торговцев начинали врать и где животные избегали конкретных мест.

Местные не понимали, почему это происходит. Они просто замечали и называли такие места нехорошими или странными. В каждой стране были такие истории — деревни в глубинке знали свои аномальные точки и обходили их стороной.

Это и есть направление. Не библиотека Конохи в первую очередь — хотя и она тоже. Сначала — разговоры. Местные истории, легенды, суеверия. Где-то среди них есть то, что нужно. Повозка переехала небольшой мост через реку. Вода внизу была прозрачной, быстрой — горная, ещё не замутнённая равниной.

— Как зовут? — спросил купец. Просто так, чтобы не молчать.

— Кен, — ответил первое что пришло в голову.

— Кен, — повторил купец. — Я Дайсуке. Торгую тканями, немного специями ещё. — Он вздохнул. — Раньше хорошо торговал. Сейчас, лишь бы