Фантастика 2026-146 - Николай Скиба

— Кем ты был раньше? — спросил негромко.

Посмотрел на огонь.

— Тем, кем не хочу быть снова.

Дайсуке смотрел на меня ещё секунду, потом кивнул. Не потребовал объяснений, не стал уточнять. Просто принял ответ и отвернулся к огню. Умный человек. Умеет не задавать лишних вопросов, когда понимает, что ответ на них уже есть. Горо подбросил ветку в огонь и тот вспыхнул сильнее.

Я же сидел, смотря на пламя и думал о том, что произошло днём. Во время нападения на долю секунды, рефлекторно, активировал Шаринган. Просто потому что так быстрее, глаза сразу дали полную картину, траектории, напряжение мышц до начала удара, распределение чакры в телах восьми человек вокруг.

И тут же пришло другое.

Появилась боль за глазницами, резкая, как раскалённые иглы, на долю секунды. Зрение не пропало, но смазалось, как будто объектив сбился с фокуса, и всё стало чуть размытым, потеряв чёткость. Я немедленно убрал Шаринган, перешёл на обычное восприятие и через пару секунд всё встало на место.

Бой это не затронул, там достаточно было обычного опыта. Но сам факт…

Структура Шести Глаз, которую собрал ещё в Токио, была рабочей. Это факт. Слияние духовной чакры с обратной проклятой техникой дало что-то своё, не копию оригинала, собственную версию, заточенную под мои каналы. Более того во время Токио я бы не мог нормально использовать Мангекьё вообще. Слепота возвращалась бы каждый раз, а духовная деградация шла бы быстрее.

Но похоже проблема никуда не делось. Шесть Глаз Годжо, это ведь не орган зрения в обычном смысле. Это что-то похожее на процессор, который оценивает огромное количество переменных одновременно и складывает их в тактическую картину. У Сатору эта структура была интегрирована от рождения, вся биология под неё заточена, все каналы выстроены с учётом нагрузки.

Моя версия держится, но она живёт поверх того, что уже есть. Когда работает тихо, в фоновом режиме, нормально, когда форсирую, когда нагружаю намеренно, каналы за глазами похоже начинают плохо реагировать. Потому что они не перестроены под этот тип нагрузки. Они просто обрабатывают её как умеют, и когда объём превышает привычное, получаю именно то, что получил сегодня.

Нужна интеграция в глубину. Не настройка поверх, а полная перестройка каналов вокруг глаз. Это был медленный процесс под нагрузкой, через практику и это не один сеанс медитации. Это большое время, которое мне нужно провести в безопасности.

Отложил в список приоритетов. Рядом с межмировыми разломами и архивами Конохи.

Огонь всё потрескивал, а Дайсуке уже дремал, привалившись к борту повозки. Горо сидел напротив и смотрел в темноту, первая вахта, это молчаливо распределилось само собой ещё в первую ночь. Я возьму вторую. Закрыл глаза и откинулся на землю, не чтобы спать, просто чтобы слушать.

Лес жил своей ночной жизнью. Птицы, шорох в кустах, далёкий плеск воды в ручье. Ничего лишнего, никаких чужих чакра-подписей в радиусе восприятия. Спокойная ночь.

Думал о разломах снова. О том, что узнал из разговоров в повозке за три дня. Дайсуке упоминал разные места, мимоходом, как торговец упоминает ориентиры. И среди этих ориентиров попадалось кое-что интересное.

«Было странное место у западного перевала, там компасы врут, наши ещё деды говорили».

«Развалины старого святилища за Танигакуре — туда местные не ходят, скотина в ту сторону не идёт».

«Говорят, в горах у северной границы Источников есть озеро — воды нет, а отражение есть. Давно это было, может байка».

Может, байка. Но такие истории не возникают из ничего. Что-то реальное в основе есть всегда, вопрос в том, что именно. Мысленно записал, разберусь позже.

***

Четвёртый день был лёгким. Дорога наконец подсохла, и рельеф выровнялся окончательно. Дайсуке морально восстановился и снова заговорил, уже с прежней лёгкостью, будто нападение было просто неудобным эпизодом, в дороге который стоило забыть, не больше. Правда, теперь иногда поглядывал на меня с новым выражением, не с беспокойством, скорее с тем осторожным уважением, которое появляется у людей, когда они видят что-то, чего не понимают, но понимают, что лучше не лезть.

Я не разочаровывал и не подтверждал. Просто молча ехал и улыбался под шутки. К обеду показались первые признаки Страны Горячих Источников, появился запах серы в воздухе, едва уловимый, и небольшая речка с паром над водой. Дайсуке даже оживился.

— Вот оно. Считайте, дошли. Теперь ещё полдня и мы на месте.

Горо кивнул, и лошадь пошла бодрее, видно, тоже почувствовала что-то. Дорога здесь оказалась оживлённее. Несколько обозов попались навстречу, несколько прошло попутно. Беженцы с севера, торговцы, пара монахов с посохами. Людское движение, которое война выбила с привычных маршрутов и перераспределила по нейтральным дорогам.

В деревню Скрытый в Горячих Источниках добрались к закату.

Это был небольшой город, по меркам этого мира вполне приличный. Каменные дома, мощёная улица в центре, рынок, несколько постоялых дворов. Запах горячих источников тут был уже постоянным, тёплый серный запах к которому, наверное, местные привыкали и перестали замечать.

Дайсуке нашёл постоялый двор, который знал по прошлым поездкам. Хозяин его узнал, обрадовался, таких клиентов любят. Торговый обоз всегда значит деньги, и мы спокойно разместились. Поели нормальную горячею еду с мясом, первый раз за три дня. Горо ушёл наверх рано, а Дайсуке обещал выпить с хозяином за успешный переезд.

Я же остался в общем зале где народу было немного, несколько торговцев, двое путников с дальнего конца зала, и компания местных у окна. Тихо, но для постоялого двора в военное время нормально. Мне налили сакэ, и я сел у стены спиной смотря в зал. Привычная позиция.

За соседним столом оказались двое шиноби. Не из крупных деревень, протекторов нет, да и форма разная, просто наёмники. Говорили вполголоса, не специально тихо, просто привычка людей, которые давно живут в местах, где лишние уши опасны.

Не слушал намеренно. Просто слышал, при желании можно было перестать, но не стал.

— ...на севере пока держится. Ива давит, но у них тоже потери серьёзные после того взрыва в деревне.

— Слышал про взрыв. Что там было вообще?

— Никто не знает точно. Говорят, кто-то изнутри.

— Диверсия?

— Может. А может, просто удача для Конохи.

— У Конохи сейчас своих проблем хватает. Говорят, всего трое из Конохи