Фантастика 2026-146 - Николай Скиба

от маршрута часто дают больше, чем прямой путь. Это не была никакая глубокая мысль, просто факт из опыта. Сколько раз случайное отступление в сторону давало что-то, что прямая дорога бы не дала. Зерие оказалась отклонением от маршрута. Мир магии был отклонением.

Вот только надо понять, стоит ли это отклонение времени. Поиск разлома может занять годы. Монах может знать что-то, а может оказаться просто старым человеком с интересными байками. Как проверить заранее? А никак.

Значит, смотреть по ситуации и импровизировать…

Из-за стены справа донёсся звук. Негромкий женский голос, раздражённый, с характерной интонацией человека, которому что-то надоело.

— Сказал тебе, Джирайя, не лезь к хозяйке!

Пауза. После был ответ от мужского голоса, нисколько не смущённый, даже с какой-то странной убеждённостью:

— Но она сама...

Звук удара о что-то мягкое, не кулак, скорее подушка полетела. Потом стена справа отчётливо тряхнулась, и что-то грохнуло об пол.

Я смотрел в потолок. Потом медленно, без особых эмоций, закрыл глаза. Ну надо же.

Джирайя и Цунаде. В соседней комнате. На том же постоялом дворе. Несколько суток спустя после того, как наблюдал их бой с Ивовской группой у переправы.

Судьба у этого слова было несколько значений, и большинство из них звучали как что-то торжественное и значимое. На деле это выглядело вот так, лежишь на жёстком матрасе, слушаешь, как кто-то получает подушкой по голове за то, что лез к хозяйке постоялого двора, и думаешь о том, что мир маленький вне зависимости от того, в каком из них ты застрял.

За стеной ещё раз что-то упало. Потом женский голос снова, теперь уже откровенно раздражённый, и что-то неразборчивое. Потом мужской, уже примирительный, тоже неразборчиво.

Потом тишина. Я же так и лежал, глядя в тёмный потолок. Завтра у меня было три дня до выхода каравана. Можно потратить их на дополнительный сбор информации, можно просто на восстановление. Можно начать ежедневные сессии с конструкцией Шести Глаз, по сорок секунд, с постепенным увеличением. Малейшего прогресса за три дня не будет, но нужно же с чего-то начинать.

Здесь есть время, это было первое ощущение за долго. Не ощущение свободы, до свободы, когда ты дома было далеко. Просто отсутствие острой нехватки времени, которая была с тех пор, как оказался в разных мирах. Каждый день там был под давлением, убраться из того мира, вернуться в тот, вернуться сюда, выбраться из Ивы, выбраться, не попасться, попасть домой. Давление не прекращалось.

Сейчас оно стало тише. Не потому что исчезло, я застрял в чужом мире, и ситуация не изменилась. Но появилось что-то похожее на ориентир. Монах в Тайё, аномальные места, архивы Конохи. Это не гарантия, это просто направление движения. Но направление лучше, чем его отсутствие.

За стеной стало тихо и я перевернулся на бок уже закрыв глаза по-настоящему. Последний мыслью перед сном было что всё же как это интересно, что мир, судьба и всякое такое умеет подтаскивать людей в нужное место в нужное время, хотя никто этого не просил.

***

Глава 78. Война

Девятый день моего путешествие начался с запаха гречневой каши и чьего-то громкого спора за стеной.

Не за той стеной, что раньше, а за другой, со стороны лестницы. Там кто-то настойчиво доказывал что-то хозяину постоялого двора, и хозяин с таким же настойчивым спокойствием отвечал. Слов не разобрал, просто интонации, одна напирающая, другая держащая позицию.

Встал в привычном темпе не торопясь взял и проверил снаряжение не глядя, руками. Кунаи на месте, документы на месте, деньги на месте. Занимательный рефлекс, который выработался в этот короткий период, который я здесь.

За окном было серое утро. Были просто облака без дождя, плотные как вата. Горы на юге тонули в дымке, и только верхушки кое-где протыкали её снизу, белыми снежными вершинами.

Поглядев на пейзаж мира что был родным и не родным одновременно, спустился в общий зал.

Здесь было уже людно, хотя до настоящего утреннего часа ещё не дошло. Несколько торговцев у дальнего стола, двое путников у окна с видом людей, которые не выспались и не собираются притворяться, что выспались. Хозяин за стойкой разливал чай в глиняные кружки, движениями отработанными до полного автоматизма. Каша распределялась по мискам, пар поднимался к низкому потолку.

Занял место у стены, как обычно. Спиной к доскам, лицом к залу. Заказал рис и чай, добавив жестом что-то кислое если есть. Хозяин кивнул и через минуту появилась маленькая плошка с маринованными сливами. Хорошее место, умеют читать желание.

Медленно ел жуя неспешными движениями и наслаждаясь вкусом. Никуда не торопился ожидая заинтересованных лиц. Наконец те вошли через десять минут неспешна показываясь с лестницы.

Первым вошёл тот, которого слышал через стену. Светлые волосы, татуировки на с глаз, которые уходили в щёки, в которых сразу угадывалось что-то характерное, не просто случайный узор, а маркировка. Двигался широко, занимая пространство больше, чем требовалось, и при этом, похоже, не замечал этого. Огляделся по залу с видом человека, который привык, что в любом помещении у него есть право на лучшее место. Хм-ф похоже, когда был моложе был более дерзким. Интересно насколько?

За ним шла девушка. Длинные светлые волосы, собранные сзади, но не аккуратно, скорее по-походному, быстрым узлом. Она не оглядывалась так, как он. Она уже знала, что в зале, ещё до того как вошла, это было видно по тому как сразу прошла к столу, не задерживаясь у входа.

Третий спустился последним. Застыв на секунду на последний лестнице тот остался стоять. Это было короткое состояние стопа, когда тот успел сделать что хотел. Потом прошёл следом за двумя.

Это не было ничем примечательным для стороннего наблюдателя. Спустился человек, прошёл к столу. Но я смотрел на то, что было между действиями. Та секунда у лестницы, она была не замешательством и не осторожностью. Она была ровно такой длины, которая нужна, чтобы получить полную картину зала. Потолок, углы, выходы, количество людей, их расположение, возможные угрозы. Всё это считывалось быстрее, чем выглядело со стороны.

Сел чуть боком к ним. Не демонстративно, просто так лёг угол и я думал о нём. Орочимару.

Ему было лет семнадцать, может восемнадцать, я не угадывал точно по возрасту у молодых. Длинные свободные чёрные волосы до плеч