Приграничье 1-13 - Павел Николаевич Корнев

средних лет, в распахнутой фуфайке и меховой шапке с завязанными на макушке ушами. Оружия он на виду не держал, но у дома стоял мордоворот с двустволкой. Через мощную грудь был протянут патронташ, на поясе висел немалых размеров тесак.

— Чего вам? — спросил бородатый.

— Посторонись! — Я бесцеремонно отодвинул его с дороги, шагнул за ограду и огляделся. Автомобилей нигде видно не было. — Охотники, значит?

Сбоку у сарая стоял еще один парень, этот был вооружен карабином СКС.

— Охотники, — подтвердил мужик.

— И округу знаете?

— Знаем…

— Отлично! — Я приложил к воротам свою карту с отметкой Патруля "Только для служебного пользования", разгладил ее и ткнул пальцем в наше местоположение. — Заимка тут?

— Тут, — подтвердил бородатый.

Я провел пальцем по ниточке дороги и спросил:

— Здесь проехать можно?

— Смотря куда.

— До Границы доедем?

Мужичок замялся, тогда подал голос громила с двустволкой.

— Завязнете, — пробасил он.

— Пожалуй, что завязнете, — подтвердил бородатый.

Вскоре после заимки дорога раздваивалась, ответвление уходило в сторону от окна к отмеченному на карте мосту через реку. Туда я и ткнул.

— А сюда доедем?

— Вряд ли, — засомневался мужичок. — Дороги не просохли еще.

Я вздохнул и принялся сворачивать карту.

— Ладно, попробуем. Бревно с дороги убирайте.

— А это не мы! — быстро ответил громила.

Я шагнул со двора на улицу, обернулся и честно признался:

— Да по фигу кто. Следить за территорией надо! Давайте, руки в ноги и пошли! Я за вас свою работу делать не буду! Шнеле, шнеле! Арбайтен!

Охотники переглянулись, но решили на конфликт не нарываться, и молодые парни отправились убирать бревно с дороги. Бородатый мужичок остался у ворот и спросил:

— А вам зачем туда?

— Погранцы северореченских на пропускном кошмарят, пришла информация, что те напрямик через Границу где-то здесь полезут. К востоку болота, к западу болота, а тут и дорога, и мост. — Я выдал эту историю и уставился на бородача. — А сами-то откуда будете?

— С Выселок мы, — быстро ответил мужичок. — Каждое лето сюда…

— Да по фигу! — вновь оборвал я собеседника. — Видели кого на днях?

— Нет.

— Если что — сообщайте на опорник. — Я указал на антенну. — Частоты знаете?

Мужичок промычал что-то неразборчивое, но тут просигналил грузовик. Я увидел, что дорога свободна, и зашагал к машине.

— Не шалите тут! — крикнул напоследок и махнул рукой наемникам. — Погнали!

А когда те забрались в кузов, подошел к откинутому пологу тента и негромко произнес:

— Аккуратней. Один точно колдун.

— Может, превентивно завалим? — предложил Клоп.

Я только покачал головой и направился к кабине.

В историю с охотничьей заимкой мне нисколько не верилось, но недоверие — это не повод устраивать бойню. Просто надо быть начеку.

Грузовик неспешно покатил по неровной дороге, подминая под себя кусты и тараня разросшиеся вдоль обочин молодые деревца. А когда минут через пятнадцать впереди показалась развилка, стало ясно, что громила с двустволкой нисколько не преувеличивал — раскинувшаяся впереди лужа напоминала самое настоящее болото.

— Не проедем, — решил Гусь. — Точно увязнем.

Я выбрался из кабины и с обочины потыкал палкой в грязь. Да нет, только если на танке.

— Поворачивай! — скомандовал я, вернувшись на пассажирское место.

Ответвление дороги выглядело посуше, по нему мы проехали метров сто, и я там велел глушить мотор. Грунтовка уходила от окна в сторону, ехать по ней дальше не имело никакого смысла. С развилки машину не видно — уже хорошо.

— Идем пешком, — объявил я, и у Напалма вырвался горестный вздох.

— Опять пешком!

— Тут недалеко. Километров пять всего осталось.

Пиромант матерно выругался, оглянулся на жену и похлопал себя по губам.

— Молчу-молчу!

Я забрался в кузов и поменял ботинки на сапоги, затем подошел к Серому и предупредил:

— Смотрите в оба. Ребята мутные какие-то. Могут следом пойти.

— Думаешь, это они окно держат?

— Все может быть, — пожал я плечами и махнул рукой. — Идем!

Но сразу из кабины высунулся Гусь.

— Сканер передачу засек! — сообщил он нам. — Шифрованную.

Я припомнил антенну на крыше сторожевой вышки и повторил предупреждение:

— Аккуратней.

Наемники начали распределять позиции вокруг грузовика, а мы двинулись напрямик через лес. Я шагал первым, следом Напалм и ведьмы, сзади всех прикрывала Вера в своей накидке-хамелеоне. Шли наискосок с таким расчетом, чтобы выйти к грунтовке, и очень скоро за деревьями замелькала коричнево-бурая грязь, щедро разбавленная мутной водой луж.

Только сунься — по колено уйдешь.

К счастью, вдоль обочины меж кустов тянулась извилистая тропинка, по ней мы и зашагали.

Интересно, это "охотники" по своим надобностям протоптали или кондукторы к окну даже в весеннюю распутицу таскаются? Хотя впереди река, вполне могут и звери на водопой ходить.

— По сторонам смотрите, — предупредил я ведьм и добавил Напалму: — Тебя это тоже касается. Не понравились мне эти деятели. Точно темнят.

— Тебе вообще хоть кто-нибудь нравится? — усмехнулся в ответ пиромант.

— Не особо. Не мизантроп, просто в людях немного разбираюсь.

Напалм хохотнул.

— Как писал Ницше Шопенгауэру: чем больше я узнаю людей, тем больше мне нравятся дробовики!

— Как-то так, да.

Тут нас нагнала Яна и спросила:

— С чего ты взял, что с колдуном разговаривал?

— Такое сразу чувствуется, — пожал я плечами. — Даже не знаю, как объяснить.

Ведьма кивнула и больше вопросов не задавала. Да и пиромант замолчал. Тишину леса нарушали только шорох наших шагов да щебетание птиц.

Мы прошли чуть больше половины дистанции, когда тропинка пошла под уклон и пришлось сворачивать в лес, обходя грязь и лужи. На краю одной из них я и заметил отпечатки ребристых подошв. Следы показались совсем свежими.

Слишком четкие для вчерашних, ночью бы снежком припорошило. А утром лужи еще были морозцем прихвачены. Значит, недавно шли.

Мне это совсем не понравилось.

— Кто-то шел перед нами! — предупредил я остальных и обратился к ведьмам: — Есть какие-нибудь чары быстрого оповещения?

Лика недовольно поморщилась.

— У нас еще два окна сегодня по графику.

— Если ввяжемся в перестрелку, весь график к чертям собачьим отправится. И хорошо, если только график.

Ведьмы переглянулись, и Лика сдалась.

— Хорошо! — вздохнула она. — Тридцать метров устроит?

У обочины дороги разрослись кусты, из-за их густой листвы мы петляли по тропинке едва ли не вслепую.

— Устроит, — кивнул я, перехватил "сайгу" и зашагал дальше, внимательно приглядываясь к чужим следам.

До нас здесь прошло двое, это точно: разный рисунок на подошвах и даже размер обуви. И судя по длине шага, роста они были немалого. Не ниже меня, а то и выше.

Вспомнились виденные на заимке подручные бородатого колдуна, те еще громилы, но нет — шаги тянулись только в одну сторону. Кто бы здесь ни прошел,